Целительница
Шрифт:
— Здорово! Поздравляю! Не могу тебя представить в роли отца, но это так, лирическое отступление.
— Я тоже не могу пока, — странно улыбнулся Алексей.
— Ты на меня так не смотри! — засмущалась Виктория под его взглядом. — У нас всё однозначно в прошлом. И вообще мне одного раза хватило: я с женатыми мужчинами не встречаюсь, особенно если у них жёны беременные.
— Я не об этом. Удивляюсь, как всё обернулось. Никогда бы не подумал, что мы будем вместе работать, да ещё по разную сторону баррикад. Что будем вот так сидеть
— Я не понимаю, ты жалеешь о чём-то?
— Нет. Это настроение сегодня такое. Вы же стратегию не согласовали, — улыбнулся Смолин и подозвал официанта, чтобы попросить счёт.
***
Вика стояла между башнями Москва-сити и смотрела в тёмное небо. Ветер безжалостно трепал её волосы. Здесь всегда было так — ветрено и немного мрачно. Солнце не могло пробиться через высотки. А сейчас и вовсе зашло за горизонт.
Пятницкой теперь совсем не нравились пятницы. Они стали пустыми без Виктора. Незачем было спешить домой.
«Может, завтра выйти на работу? — размышляла она, не понимая, чем заняться в выходные. — У Маши дела. Родители будут читать. А я хоть почту разберу, пока рабочий телефон не трезвонит».
— Грустишь? — услышала она голос Краснова за спиной. — Звонил тебе трижды за полчаса. Уже и Наташу попросил тебя найти.
— Прости, не слышала. Что-то срочное? Что-то забыла? Вроде всё проверила. Все письма тебе на подпись отправила, — смутилась Вика.
— Да, срочное, — улыбнулся Николай. — Полина поехала в караоке. Выручай. То есть приглашаю с нами. И ей на радость, и сама развеешься.
— Николай, в прошлый раз мы разошлись в четыре утра, — с сарказмом заметила Вика.
— Это не я вас заставил заказать ещё одну бутылочку шампанского, — усмехнулся он. — Я совсем не против вернуться домой к полуночи. А вы-то с Полей сможете?
— Вот я и боюсь, что нет.
— Ну, дети малые по тебе не плачут. Завтра суббота, так что нечего беспокоиться. Поехали.
— Ладно, поехали!
***
Пятницкая сидела на скамейке в небольшом сквере и рассматривала меж деревьев многоэтажку из красного кирпича, в которой жил Виктор со своей семьёй.
Виктория не понимала, что ждать от встречи, поэтому очень волновалась. Да ещё эта бессонная ночь, проведённая в караоке… Но она не смогла ответить отказом женщине, которая родила буквально три месяца назад и теперь искренне просила о личном разговоре.
Глубокий вдох в низ живота и медленный выдох. Вдох и выдох. Дыхательные упражнения позволяли Вике быть максимально спокойной в этой непростой ситуации.
— Добрый вечер, — улыбнулась усталая Ольга. Кажется, жена Виктора похудела ещё больше, хотя это её и не портило. — Извините, что я с ребёнком. Не с кем пока оставить. Иван совсем маленький. На счастье, он спит.
— Добрый, — улыбнулась в ответ Виктория. — Можно посмотреть?
— Конечно! —
— Милое создание. Такой кроха. И имя простое и хорошее.
— Это он уже подрос, — заулыбалась Ольга. — И всё в порядке. Ребёнок совершенно здоров. Спасибо вам!
— Чем смогла, — развела руками Пятницкая и немного поёжилась, вспоминая свой роман с Виктором.
Ольга присела возле неё на скамейку и, качая коляску, выдавила из себя:
— Он вас любит.
Виктория бросила на Ольгу удивлённый взгляд. Сдержать эмоции не помогло даже глубокое дыхание.
— Да, Виктор любит вас. Я тогда сразу не поняла. Но потом увидела ваше совместное фото в корпоративном журнале на каком-то мероприятии. Вы просто стояли рядом, а он был такой счастливый! Нет, не думайте, я хоть и блондинка, но понимала, что он меня никогда не любил. А вас — да. Я после того снимка поняла, почему он на вас так смотрел и так говорил с вами, когда вы приехали исцелять Ванечку.
— Мне стыдно, простите, — тихо промолвила Виктория.
— Я даже не знаю, есть ли в этом ваша вина. Это же чувства. А вы? Вы любите его?
— Да, — честно сказала Виктория.
— Но вы не вместе? — осторожно спросила Ольга.
— Нет. Как же это возможно в данной ситуации? — не поняла Пятницкая, указывая на детскую коляску.
— Значит, он вам не сказал. Я всё сомневалась: сказал или нет.
Виктория молчала, не понимая, к чему она клонит.
— Мы не вместе. Мы расстались ещё до родов. Я расстроилась из-за той фотографии. Устроила скандал. Он не сразу ушёл. Мы потом долго говорили, когда я успокоилась. И вместе решили, что так будет лучше. Мне и правда стало спокойнее. А вчера я подала на развод.
— Как вы будете одна с ребёнком? — смутилась Виктория.
— Я не одна. Мне мои родители помогают. И Виктор помогает. Он старается приезжать раза три в неделю. И полностью нас обеспечивает: квартира, машина. Сейчас няню подыскиваю. По сути у меня всё осталось как прежде. Только готовить ему ужин теперь не нужно.
— Хорошо, — осторожно одобрила Пятницкая, пока не понимая, как ей реагировать на сказанное.
— У меня здоровый сын, это ваша заслуга. И я решила, что должна сказать вам про нас с Виктором. Может, у вас получится то, что не получилось у нас. И вы будете счастливы вместе.
Вика не смогла ничего сказать, из глаз покатились слёзы. Это выходили и отчаянье, и стыд, и одновременно радость.
— Вы не плачьте, пожалуйста. У меня же сейчас гормоны, я тоже разрыдаюсь, — начала успокаивать её Ольга, поглаживая по плечу.
Вика лишь закивала, прикрывая глаза и снова и снова делая дыхательную гимнастику.
— Спасибо, — сказала наконец Пятницкая, утирая слёзы.
— Хотите — приходите в гости. Даже с Виктором. Я же понимаю, что однажды у него всё равно кто-то появится. И лучше пусть это будете вы.