Целительница для графа
Шрифт:
В деревню я старалась не ходить. Не хотелось слышать шепот за спиной, косые взгляды и ехидные усмешки. Знала, что судачат обо мне, что приписывают мне всякое.
– Лесная ведьма приворожила какого-то несчастного, да и тот сбежал.
– Да нет, наоборот, пришёл какой-то, потешился с деревенской дурочкой и бросил.
Пару раз приходила портниха Анна, которая, казалось, знала все деревенские секреты. Она рассказывала мне деревенские сплетни. Все судачили, что у меня был мужчина, какой-то приезжий, который потом исчез так же внезапно, как
Анна говорила, что больше всех радовались Лиам и его жена. У них вроде как все наладилось, жили они вместе, как и прежде, в своем доме. Женщина явно сочувствовала мне, но я не переживала. Даже радовалась, если у Лиама всё наладилось, значит, он перестанет приходить ко мне и делать всякие пакости. Я давно остыла к нему и не хотела даже разговаривать с ним.
Я старалась поддерживать вежливую беседу, но, думаю, по мне было видно, что говорить с кем-то я не хочу и что на душе у меня тяжело. Объяснять, кто был причиной моих переживаний, я не хотела.
Карл, мой верный друг, чувствуя мое подавленное настроение, старался поддерживать меня как мог. Он приносил мне блестящие камушки, воровал у деревенских самые спелые яблоки и рассказывал забавные истории из жизни лесных обитателей. Его присутствие, хотя и немного ворчливое, поддерживало меня и не позволяло окончательно погрузиться в отчаяние.
Чтобы хоть как-то отвлечься от грустных мыслей, я старалась сосредоточиться на простых, рутинных делах – готовилась к зиме: квасила капусту на зиму, наполняя бочки кисловатым ароматом, солила хрустящие огурцы с укропом и чесноком, сушила ягоды и травы, развешивая их пучками под потолком, чтобы они наполнили избушку своим душистым запахом.
Я пыталась смириться с тем, что жизнь моя, кажется, предопределена. Буду жить одна здесь, в своей уютной избушке, вдали от людских глаз и пересудов, лечить деревенских жителей своими травами и отварами, и иногда, в долгие зимние вечера, позволять себе вспоминать об этих днях, что мы провели вдвоем с Инаром. О наших прогулках по лесу, о нашей страсти, о его теплых объятиях и нежных поцелуях. Как хорошо, что они были. Хотя бы они. Эти короткие мгновения счастья я буду хранить в своем сердце.
Несколько раз за это время я слышала звуки княжеской охоты, доносящиеся из глубины леса. Звонкие крики загонщиков, лай гончих псов, и, конечно же, властный голос князя. Каждый раз при этих звуках меня охватывала паника, и я торопилась покинуть лес как можно скорее, словно спасаясь от невидимой угрозы. Я не хотела столкнуться с ним. Не хотела видеть его в окружении свиты, в богатых одеждах, с высокомерным выражением лица, которое, наверняка, он надевал, находясь на публике.
Я уверена, что князь уже подобрал ему достойную невесту. Какую-нибудь знатную девушку из богатого рода, с хорошим приданым и безупречной родословной. Не такую, как я – простую лесную ведьму, без роду и племени. Теперь, когда он вернулся к своему долгу и своим обязанностям, он и не вспоминает обо мне. Наша короткая встреча была лишь мимолетным увлечением,
Иногда, в особенно грустные вечера, мне казалось, что все это мне приснилось. Что Инара никогда не было, что все наши встречи, наши поцелуи, наши объятия – это лишь плод моего воображения, вызванный одиночеством и тоской.
Однажды я возилась в саду, пропалывая грядки с поздней морковью. Солнце приятно грело спину, земля пахла влагой и увядающей листвой, и на какое-то мгновение я почти забыла о своей тоске. Почти поверила, что могу быть счастлива и одна.
Неожиданно Карл, который сидел на солнышке на крыльце избушки, вычищая перья, закаркал тревожно и громко.
– Элис, сюда кто-то идет! – закричал он.
Я вздохнула, выпрямилась и вытерла грязные руки о фартук. Наверняка, какие-то деревенские жители пожаловали за лекарствами или отварами. Осень – время простуд и обострений хронических болезней.
– Что в этот раз нам с тобой нужно, Карл? – спросила я, усмехнувшись. – Яйца или мясо? Может, кто-то решил отблагодарить нас за исцеление хвори?
– Да нет же, глупая! – возмущенно прокаркал Карл. – Идут с другой стороны… Точнее, едут.
Он повернул голову в сторону леса, откуда обычно не ходили деревенские.
– Едут всадники, – прохрипел он, – Со стороны замка.
У меня внутри все оборвалось, словно кто-то сжал мое сердце в ледяной руке. Я замерла, не в силах пошевелиться. Неужели это он? Неужели Инар вернулся?
Я не могла поверить в это, боялась поверить, чтобы потом не разочароваться еще сильнее. Но надежда, как маленький росток, пробивалась сквозь толщу боли и отчаяния.
Я посмотрела туда, куда указывал Карл, и увидела двух всадников, медленно выезжающих из леса. Они были одеты в форму стражников замка.
Глава 56
Я застыла, ожидая, когда стражники подъедут ближе, спешатся и подойдут ко мне. Они же, казалось, торопились, но в то же время двигались с каким-то нарочитым достоинством и неспешностью.
Сердце бешено колотилось в груди, отбивая тревожный, нервный ритм. Что они здесь делают? Что это все значит? Что-то случилось с Инаром? Несчастный случай на охоте? Тяжелое ранение? Болезнь, от которой не помогают обычные лекарства? Мои мысли метались, словно испуганные птицы, попавшие в ловушку, не находя себе покоя.
– Дыши ровнее, а то совсем позеленеешь, – прокаркал Карл, сидя у меня на плече и поглаживая клювом мои волосы, словно стараясь меня успокоить. – Не дергайся раньше времени. Сохраняй спокойствие. Помни, ты же ведьма, а не какая-нибудь деревенская дурочка.
Я попыталась успокоиться, сделать глубокий вдох, но ничего не получалось. Воздух словно застревал в горле, не давая мне вздохнуть полной грудью.
Старший стражник, с суровым, невозмутимым лицом, словно высеченным из камня, подъехал ко мне и остановился в нескольких шагах. Его глаза, серые и холодные, не выражали никаких эмоций.