Целитель и сид
Шрифт:
— А если соотношение «минус»?
— Значит, поток времени там движется в противоположном направлении. В остальном смотри соотношение и скорость. — Хельги помолчал, а потом спросил, — Что за книгу ты читаешь? Ты уверена, что у тебя достаточный доступ?
«Еще как уверена».
— Я не могу сейчас объяснить, — ответила я. — Хельги, ты мне очень помог. Могу я попросить никому не рассказывать о нашем разговоре? От этого зависит слишком многое.
«Например, судьба этого мира. Или даже моя жизнь».
— Клянусь
А потом я впервые в жизни совершила настоящее преступление.
Я взяла с полки в общем зале первую попавшуюся книгу подходящего размера и вида и унесла ее в закрытую секцию.
Там я поместила книгу на подставку верхней обложкой вниз, чтобы скрыть название. Когда я это сделала, автоматически активировался артефакт стасиса.
Потом я достала свой шарфик, до предела напитала его силой Смерти и по примеру Септимо завернула настоящий дневник в эту ткань.
Сумку у меня забрали еще на входе, так что свою добычу я спрятала в глубокий карман в складках юбки. Оставалось только надеяться, что при ходьбе книга не будет слишком бросаться в глаза.
Привлеченный сигналом от артефакта, в комнату пожаловал библиотекарь, окинул беглым взглядом подставку с книгой и проводил меня на выход.
Когда выяснится — а это обязательно произойдет! — что книга пропала, меня уже здесь не будет. Надеюсь, что это случится нескоро.
Как сумасшедшая, я медленно брела по знакомым улицам. Наверное, у меня был совсем дикий взгляд, потому что, когда я, не глядя, врезалась в какого-то уличного разносчика, он долго извинился и смотрел мне вслед.
Проклятье! Я поняла, что мне сейчас нужно, чтобы не сойти с ума окончательно…
Я помахала рукой и остановила извозчика, который быстро домчал меня до гостиницы у Старого Джоба, в которой я не раз останавливалась, и про которую говорил вчера сид.
Стоило надеяться, что к этому времени они еще здесь? А вдруг?
У порога я остановилась, не решаясь войти внутрь. Мне не хватало воздуха. Я постучала кулаком себя по грудине чуть ниже шеи, но ком не исчезал, и все мои навыки целителя куда-то подевались. Надо войти.
Мне нужен был сид.
Внутри было светло от множества ламп и светильников. В уши ударили сотни звуков: людские голоса на самых разных языках, стук столовых приборов, приглушенное пение менестреля. А нос уловил аппетитные запахи, от которых сейчас меня мутило.
Я оглядела зал, выискивая глазами Рейвена и его собеседника, но не находила.
Ко мне подскочила молодая подавальщица и осведомилась, чего я хочу.
— Может, госпожа желает ужин? Или остановиться
— А есть отдельный стол?
— Есть, но рядом с кухнями, там жарковато, и это рядом с дверью.
— Ладно. Не думаю, что я надолго. Проводите меня и принесите горячего вина с пряностями, — сказала я в ответ.
Когда я расположилась за столом и девушка принесла мой заказ, я спросила у нее:
— А можно узнать, не останавливался ли у вас один человек? Высокого роста, по виду полукровка или маг, длинные темные волосы, носит два меча за спиной. У него черный как смоль боевой конь, — как могла, описала я сида.
— Да, он иногда у нас останавливается. У вас к нему дело? Хотите побеседовать об этом с хозяином? — спросила служанка.
За что я люблю это заведение, так за отношение к постояльцам. Здесь невозможно просто так попасть в номер, минуя охрану и администрацию гостиницы. Но почему сейчас эти порядки мне не кажутся такими уж правильными?
Я молча достала золотой и незаметно сдвинула его по столу к служанке, чтобы было видно только ей. Та понятливо улыбнулась и, наклонившись, как будто вытирая со стола, прошептала мне на ухо номер комнаты, а монета молниеносно исчезла.
Допив вино и оставив на столе положенную плату, я, как будто так и надо, поднялась по лестнице наверх. Охранник на входе окинул меня беглым взглядом, но ничего не заподозрил.
Я стояла у двери и в мыслях рисовала картину.
Вот сид открывает мне дверь. Я обнимаю его и целую, как никогда никого в жизни. Наверное, он удивлен, но охотно пользуется этой возможностью, и все заканчивается вполне закономерно. А я получаю возможность на время забыть обо всем и забыться, отдавшись на волю страсти…
«Я ваша настолько, насколько вы мой», — сказала я. Что я на самом деле имела ввиду? Будет несправедливо, если я использую его таким образом. На меня словно плеснули ушат холодной воды, заставляя опомниться.
Наверное, только глупец не поймет, что ему предлагают жалкую подачку. А глупцом я его не считала. Будет несправедливо поступить так с ним.
Что, если просто попросить о помощи? Он сделает это? Кто я для него, чтобы ради меня спасать мир?
Я опустила руку, так и не постучав, и ушла, не обернувшись…
Единственным плюсом моего визита было то, что я немного пришла в себя. До дома я шла пешком, уже спокойно размышляя о случившемся.
Мне всегда хотелось знать, кем я была в пролом, до того, как меня нашли в Рэнсе. «Ну что, Твиг, узнала?» Практически. Почти. Только мечты порой сбываются совсем не так, как мы просили.