Царьград. Трилогия
Шрифт:
Из-за леса, с грунтовки, послышался шум мотора. Наверное, какой-нибудь припозднившийся лесовоз, кому тут еще ездить?
– Ты на тракторе, что ли? – подкинув в костер принесенных из лесу веток, тихо спросил студент.
Алексей хмыкнул – о, заметил-таки!
– На тракторе. Тракторист на рыбалку двинул. Меня с собой звал…
– Да, погода сейчас для рыбалки подходящая.
Да уж… Для рыбалки-то подходящая, а вот для чего другого. Эх, грозы бы! Грозы! Пусть сильнее грянет буря!
Протокуратор и сам не заметил, как произнес свои мысли вслух.
– Гроза? – удивился
– Так… чувствуется – не хватает в здешней атмосфере электричества!
– Да вон электричество. – Студент с усмешкой кивнул на дизель. – Целый генератор. Кстати, надо бы завести, опробовать.
– Давай заведем, – охотно согласился беглец.
Электричество… Энергия… Федотиха говорила про грозу – энергия… А что, если…
– Слышь, студент. А к генератору еще можно кабелек подключить?
– Уже подключен – вон катушка. Мало ли, судейский стол на ночном ориентировании осветить потребуется.
– Ай, хорошо, хорошо… Вот эта катушечка, да?
– Она…
– Ну давай, запускай… Посмотрим.
Дизель завелся с треском, словно бы выстрелил в ночь гулкой автоматной очередью. И вспыхнул свет – яркие, развешенные на деревьях лампочки-двухсотки. И на свет, словно мотыльки, вышли из лесу двое… Один в форме младшего лейтенанта милиции, второй – вислоусый – в простецкой хэбешной курточке.
Алексей поспешно спрятался за генератором.
– Здравствуйте, товарищи! Кто тут у вас за главного?
– Ну я, – обернулся к гостям студент. – Проходите к костру, пожалуйста.
– Спасибо… Вы давно здесь?
– Второй день.
– Отлично… А случайно, не встречался вам здесь…
Дальше протокуратор слушать не стал – включив напряжение, схватил в охапку катушку с проводом и со всех ног бросился к гати.
– Стой! Стой, стрелять буду!
Бухнув, разорвал тишину пистолетный выстрел.
Заметили, гады! Только б не упасть, не споткнуться…
Черной блестящей змеей шелестел позади кабель.
Ну вот, кажется, и пень. Да, вот он… Еще немного. Пара шагов. Хорошо хоть – свет кругом, видно…
– Стой, кому говорю?! Стреляй по ногам, Слава!
– Не могу я по человеку!
– Стреляй, я приказываю! Стреляй!
Добежав, Алексей свалился за пень, ухватив провод… ага, две жилы…
А преследователи уже ступили на гать – видать, неплохо ее знали – местные. Еще бы, такой куш на кону. «Волга»!
Эх, ножичек бы прихватить… изоляция крепкая, не рвется… А что, если пряжкой от ремня? Да-да, именно пряжкой…
– Вон он, за пнем! Теперь никуда не денется – живьем возьмем, гада!
Ага, живьем…
Алексей наконец справился с изоляцией. Растянул два провода… и – резко, ударом – соединил оба конца…
Грохот! Дым! Яркая, слепящая глаза вспышка!
И темнота. Все погасло, все…
Да уж, электричество…
Глава 14
Май 1450 г. Константинополь
Ту, что блистала среди красавиц
в вакхической пляске,
Ту, чьею гордостью был блеск
золотых кастаньет…
…Великая сила! Это беглец
Хотя, если подумать, было еще не ясно – где он? Там… или еще – здесь?
Все эти мысли роем пронеслись в голове протокуратора, а потом он попытался подняться на ноги… И не смог. И упал около пня, закрыв глаза. А уже ближе к утру, придя в себя, услышал крики:
– Алексий! Алексий! Вон он, около пня… Жив иль убит? А ну, гляньте-ка, парни!
– Сделаем, дядько Епифан!
Епифан… услыхав, расслабленно подумал Алексей. Епифан… Староста…
Он вернулся осенью 1449 года. Федотиха выполнила все условия и даже более того. Еще было время добраться…
Алексей тяжело заболел тогда, месяц метался в бреду, спасибо разбойничкам Епифана – выходили. Оклемался, окреп да, простившись, подался в Брянск, к знакомым купцам. Оттуда – во Львов, а уж дальше, торговыми трактами, в Константинополь. Как раз к маю и добрался – успел! – увидев, наконец, Адрианопольские ворота, Влахернский дворец и синие купола церкви Хора. Все такое до боли знакомое, родное… Вот здесь вот, в этих местах, он когда-то впервые увидел Ксанфию, а тут они катались в ее коляске, а вон там, у старой стены Константина, целовались, а в тех кустиках…
Ах! Как бы не встретиться с самим собой или с Ксанфией! Или с кем-нибудь из друзей, приятелей, коллег… Нет, никак не нужно здесь совершенно излишней путаницы! Ни к чему встречаться, дела надобно делать. Тем более, бабка Федотиха предупреждала, что сейчас здесь ничего изменить не получится – встречайся не встречайся. Федотиха… бабка? Графиня!
Остановившись на постоялом дворе у Влахернской гавани под видом валашского купца, протокуратор, не тратя времени на отдых, тут же принялся действовать. Некогда было отдыхать, приглядываться – нужно было искать подходы к мессиру Франческо Чезини, владельцу престижной школы… и одновременно – гнусного притона, вовлекшего в свои сети золотую константинопольскую молодежь.
Маскировка валашского купца – длинная крашеная борода, седой парик до плеч, широкая бесформенная хламида – конечно, делала Алексея неузнаваемым, особенно если не очень приглядываться, однако дело осложнялось тем, что в момент убийства он должен стать вполне узнаваемым, чтобы заменить труп. И чтобы никто ничего не заподозрил! А для этого как минимум нужно было оказаться в притоне, да еще в точно рассчитанное время, вечером 30 мая. Ну, месяц еще был!
Притон Франческо Чезини был заведением в высшей степени аристократическим и не для всех доступным, а потому проникнуть туда в облике торговца-валаха возможным не представлялось. Пришлось срочно менять имидж. Алексей походил по базарам, пошатался по цирюльням и лавкам, в которых торговали египетской и персидской косметикой, большей частью произведенной тут же, на Артополионе, из собачьего жира, гусиных потрохов и прочей мерзости. Накупив необходимых вещей, он отправился обратно на постоялый двор и, разложив в своей каморке покупки, уставился на них с самым задумчивым видом.