Быстрая и шустрая
Шрифт:
Порядка в бритвинском кабинете не навели. Стол завален: папки, бумаги, цепочки из скрепок… Когда Дима что-то обдумывал, он обычно нанизывал друг на дружку цветные скрепки, сплетал из них целые ожерелья. Неоконченная цепочка лежала на клавиатуре компьютера – и потому казалось, что Бритвин просто на минуту вышел. Сейчас он вернется, скажет с напускной строгостью: «Ну-ка, кыш с моего кресла, Женька!»
«Прости меня, Дима», – прошептала Женя, сметая бритвинское имущество в картонные ящики.
Очень скоро от Димы остались только его
Женя стерла со стола и компьютера слой пыли. Перенесла в кабинетик свое барахлишко. Брызнула на жалюзи своей туалетной водой. Устроилась в Димином кресле – отличное седалище, не чета ее прежнему жесткому стульчику. Хорошо сидеть не в закутке-выгородке, а в настоящем кабинете – со стенами и дверью! Хоть какое-то подобие автономии – от «Глобуса», от вездесущего ока Дубова… Жаль только, кабинет не запирается. Но такова политика агентства. Сотрудники должны быть на виду. Под постоянным контролем. Исполнительным и положительным труженикам скрывать нечего.
Запирать двери имели право только начальники – Дубов и бухгалтер Федор Степанович. Ни Дима Бритвин, ни тем более его преемница Женя к высшему руководящему составу не относились.
Бритвин когда-то рассказывал Жене, что однажды он пытался разжиться замком. Пожаловался, что художники и менеджеры постоянно воруют из кабинета бумагу и авторучки. Но поколебать Дубова так и не смог. Единственное, что ему удалось, – установить компьютер таким образом, чтобы монитор стоял экраном к стене. «Я не могу генерировать идеи, сидя спиной ко входу!» Этот аргумент, как ни странно, показался Дубову убедительным.
Женя вышла в общую комнату.
Дубов до сих пор в офис не прибыл, и сотрудники вовсю наслаждались свободой. Новые Женины подчиненные – менеджерицы Лена и Марина – увлеченно рассматривали новый «Космополитэн». Женя подавила искушение спросить, что интересненького пишут. Какие тут журналы, если к обеду нужно подготовить пять статей про пресс-конференцию «Пополамов».
– Тексты уже готовы? – поинтересовалась Женя.
Девушки обиженно отложили журнальный глянец и нехотя включили компьютеры.
Дизайнеры ворковали над чашечками с кофе. Фотографии «Пополамов» – срочно отсканировать и сделать плакат! – грустили на столе. Пришлось построить и дизайнеров. Женя убедилась, что Тряпкин с Трубкиным с оскорбленно-обиженным видом принялись за разбор «пополамовских» фоток, и отправилась к себе в кабинет. Подумала мимоходом: «Тяжело быть начальником…» Глубоко вздохнула и включила компьютер.
«Привет тебе, Дима Бритвин!» – высветилось на мониторе.
Женя вздрогнула.
Немедленно влезла в «главное меню» и сменила Димину персональную заставку на нейтральные переплетенья из труб.
Потом инстинктивно обернулась – не стоит ли кто за спиной? Мысль, что теперь она сидит в собственном кабинете и сзади
«Идет поиск», – ответил компьютер.
Женя откинулась в просторном кресле.
«Программа не найдена», – сообщил ей компьютер.
Женя растерянно уставилась на экран. Вот тебе и «Банк – Клиент»! А Бобров вчера уверял ее, что в крупных фирмах есть эта программа…
Женя нажала кнопку «повторить поиск». Безрезультатно.
«И слава богу», – с облегчением подумала она. Поспешно вышла из поисковой программы. Она так и скажет Боброву: «Твоя, Мишенька, идея оказалась несостоятельной!»
Нужно выбросить бобровское задание из головы и заняться собственными делами. Для начала – переписать в бритвинский компьютер свои файлы.
Женя достала дискеты и включила программу «Проводник». Взгляд случайно наткнулся на название одной из имеющихся в компьютере программ: «Деньжата».
Похоже, вот она, программа «Банк – Клиент» – только переименованная в соответствии с Диминым вкусом.
«Может, не надо? – засвербила в мозгу отчаянная мыслишка. – Не буду я ее трогать. А Боброву скажу, что системы „Банк – Клиент“ в моем компьютере нет…»
Женя как загипнотизированная смотрела на слово «Деньжата». Потом «кликнула» по нему «мышью».
Программа открылась. Простенький, дрянной шрифт: «Система Банк – Клиент». Пожалуйста, введите пароль».
Женя зябко повела плечами. Вспомнила вчерашние бобровские уроки: «Этот пароль – ерунда, формальность. Он дает доступ только к архивам. Зная его, денег не переведешь… Поэтому народ не мудрит, ничего особого не изобретает. Слово должно быть очень простым. Типа «пользователь», «бухгалтер». Или, допустим, «глобус».
«Интересно, как бы я вошла в эту программу с компьютера? В своем прежнем закутке? – подумала Женя. – Когда со всех сторон глазеет народ и в любой момент сзади может подойти Дубов?»
Она переключила клавиатуру на английский алфавит и ввела пароль: «USER». [26]
Компьютер издал противный скрипучий звук и выдал: «Пароль неверен. Повторите попытку».
Женя задумчиво посмотрела на экран. Написала в окошке для пароля: «DUBOV».
На этот раз компьютер скрипнул, как ей показалось, еще громче и еще противней: «Пароль снова неверен. Вы уверены, что знаете его?»
«Совсем я не уверена!» – огрызнулась на компьютер Женя. И набрала фамилию главбуха Федора Степановича: Пахомов. То есть, конечно, латинскими буквами: «Pakhomov».
26
Пользователь (англ.).