Буйство
Шрифт:
— Для того, чтобы я встал во главе, не стоило убивать моего отца.
— Я не хотел этого: я сделал это, намереваясь спасти ему жизнь. Риззоло рано или поздно убили бы его. Откуда мне было знать, что у них есть люди в Комиссии.
— Риззоло не могут внедрить никого в Комиссию.
— Ты считаешь, что ФБР убрало твоего отца?
Мики ударил кулаком по столу:
— Ты еще не понял? Кто-то еще сделал это.
— Кто?
— Откуда, черт побери, мне знать? — Мики посмотрел на Понте и вернулся к первоначальной теме. — Знаешь, ты подставил моего отца по
Понте от такого признания ничего не терял, а Мики мог начать ему верить.
— Подумывал немного.
Мики глянул в окно. Молчание длилось минуту-другую. Понте не смог вынести дольше и спросил:
— Что ты собираешься делать?
— Позвонить Риззоло и прекратить эту чертову войну.
— Эдди Риззоло?
— Почему бы и нет? Я уверен, что не он убил моего отца. Он несколько раз пытался со мной связаться. Он хотел заняться наркотиками. Почему нет? Мы оба молодые. Для обоих в Нью-Йорке хватит места. Надо кончить войну прежде, чем Комиссия перебьет нас поодиночке.
— Твой отец полагал, что их делами заправляет его сестра.
— Что? Никто мне этого не говорил.
— Это то, что он думал.
— А ты что думаешь?
— Может быть. У нее есть мозги.
— К черту Эдди. — Мики рассмеялся. — Я буду делать дела с ней.
— Я этого не советую.
— Почему бы и нет, консиглиер? Я не шучу.
— Твой отец приказывал мне нанять парня позаботиться о ней.
— Это была твоя идея?
— Нет.
— Эдди об этом знает?
— Тот парень исчез. Я не знаю, что знает Эдди.
— Думаю, что не знает. Иначе он не предлагал бы мир. — Он тихо рассмеялся. — Для парней вроде Эдди одно дело, когда убьют отца или брата, но когда кто-нибудь возьмет на мушку его сестренку, он вызовет его на дуэль.
— Теперь ты знаешь.
— Спасибо за предупреждение, — сказал Мики и замолчал опять.
Понте посмотрел в окно. По морю бежала яхта. День был прекрасен.
— Сал, ты знаешь, что я должен с тобой сделать?
— Знаю.
— И с твоей подружкой.
— Я знаю, — сказал Понте, удивляясь, откуда о ней знает Мики. Но сегодня вообще был удивительный день.
— И даже с твоей семьей.
— С моей семьей?
— Сал, ты убил моего отца.
— Я не хотел этого.
Мики выпрямился и потянулся, разминая свои мускулы, которые были видны и под свитером. Понте подумал, что он видит другого человека. То, что произошло, превратило принца в короля. Понте не мог выдержать паузу. Пытаясь скрыть страх в голосе, он спросил:
— Что ты собираешься делать?
— Я собираюсь позвонить Эдди Риззоло.
— А что насчет меня?
«Сумасшедший Мики» шагнул к своему крестному отцу так близко, что Понте показалось, что Мики собирается его поцеловать. Но вместо этого Мики поднял свой миниатюрный пистолет и сунул ствол в губы Понте.
— Для тебя, для меня, для твоей жены и для твоей подруги лучше всего будет, если ты прыгнешь на рельсы метро.
Джек
В поисках источника утечки информации шеф сразу же исключит себя. Без сомнения, исключит и Сару Галахер, и Рона Кослера. И тогда останется совсем немного подозреваемых: агенты ФБР, разыскивающие дона Ричарда. Установить, что они тут ни при чем, займет всего несколько дней. И останется только один подозреваемый — Варнер. Он сам виноват, что влип в эту историю, позволив себя провести Регги Ранду и Таггарту. Конечно, они охотились за доном Ричардом. Почему же еще они перевели на его счет триста пятьдесят тысяч долларов? Варнер сам проверил, сколько у него в швейцарском банке. При мысли о деньгах Варнеру стало несколько лучше. Но тем не менее каждый раз, как за дверями поскрипывала ступенька, он с тревогой глядел на дверь, ожидая, что сюда вломятся его коллеги, размахивая пистолетами и ордером на арест. Он запер свой пистолет в массивный сейф. Подальше от искушения пристрелить кого-нибудь из них.
К нему подошли, когда он дремал. Но не через дверь и не те, кого он ждал. В окно на веревке, подобно Тарзану, влетел какой-то парень. Он был весь обмотан в кожу, с головы до пят, что предохраняло его от разбитого стекла. Его глаза поблескивали в прорезях маски. Парень направил пистолет на Варнера и свободной рукой отрыл окно на пожарную лестницу. Через окно перебрался Регги Ранд и отдал распоряжение человеку в коже покинуть комнату через дверь.
— Нет, — сказал он Варнеру, когда они остались одни. — Я пришел не убивать вас.
— Вы вломились сюда, чтобы принести мне свои извинения?
— Даю вам слово, — ответил Регги, — что события вышли из-под моего контроля. Я стараюсь сделать все, что от меня зависит.
— Вы все же не хотите извиниться?
Варнер не изменил свое положение на кровати и не намеревался это делать. Он лежал, закинув руки за голову, размышляя, зачем британец так себя утруждает, ведь убить его вполне мог и «Тарзан».
— Я хочу, чтобы ты сегодня вечером отправился в Европу. За границей ты довольно богатый человек. Тебе нужна пластическая операция. Иначе твои дела плохи.
— Тюрьма — это плохо, — согласился Варнер. — Смерть — еще хуже.
— Ты говоришь по-русски, не так ли?
— Да, был случай поучиться.
— Не беспокойся, — сказал британец, и Варнер начал верить, что он говорит правду, — если тебе будет недостаточно твоих денег, есть масса интересной работы.
— Проясним ситуацию. Ты стараешься спасти мой зад, потому что нарушил свое слово, что с Понте ничего не случится. Я тебе ничего не должен.
— Только одну маленькую услугу.
— И что это? Похищение самолета?