Буйство
Шрифт:
— Да.
— И какие же вы хотите для этого использовать средства?
— Провоцировать конфликты. Использовать наркотики. Привлечь закон.
— А что вам нужно от меня?
— Первое. Конфликты. Я хотел бы сейчас нанять солдат: боевиков Ирландской республиканской армии, палестинских террористов, профессиональных наемников.
— Теневая мафиозная группа?
— Точно так. — Ему очень понравилось выражение Регги.
— А теперь — о наркотиках, — продолжал Крис. — Наркотики — это валюта мафии. Мне
— На манер торговцев портвейном?
— Да. И третье мое оружие — закон. Я использую Интерпол, полицию Нью-Йорка — все, что смогу, — и двину на мафию. Я использую полицию как источник информации. Комиссия по борьбе с организованной преступностью тоже будет давать информацию мне.
— Никогда не доверял полицейским, которые служат нескольким хозяевам, — улыбнулся Регги.
— Но я же могу доверять вам... Каждый человек имеет свою цену.
— Не забывайте, что существуют пределы возможностей...
Таггарт улыбнулся в ответ:
— Вот для чего вы мне и нужны. Оценивать мои действия.
— Я понял, чего вы хотите. Поставить себе на службу одно из семейств мафии. Одержать победу над всеми мафиозными семействами. Ликвидировать семейство, которое вы использовали. А дальше?
— Вручить полицейским извещения об увольнении.
— Закрыть лавочку и уйти?
— Да.
Регги хотел сказать по этому поводу, что наивно надеяться самому не попасть в ловушку, но только заметил:
— Это займет много лет...
— Мне некуда торопиться, — ответил Таггарт. — Все говорят, что я очень молод.
— И денег.
— Я начал делать деньги.
— И конечно, — добавил Регги, — с какого-то времени ваши операции тоже начнут давать деньги.
— Может быть.
И снова Регги подумал, как наивен его собеседник.
Он действительно не представляет ту гигантскую прибыль, которую приносит торговля героином.
— Но мне нужны ваши головорезы, Регги. Мне нужны бойцы, информаторы...
— Убийцы.
Крис взглянул Регги в глаза. Лицо полицейского было непроницаемо.
— Я буду сам охотиться за убийцами, вы это знаете.
— И напрасно.
— Я их уничтожу. Они убили моего отца.
— Но моего отца они не убивали. Простите меня, но я хочу задать вопрос: чего вы хотите от меня?
— Того, чем вы и собирались заниматься: продавать оружие, быть экспертом по безопасности. Я читал про вас. Вы участвовали в очень сложных операциях. Вряд ли у кого-нибудь еще есть такой опыт.
— А вы уверены, что именно этого я хочу?
— Разве это не так? Тогда какие у вас пожелания?
— Кто будет хозяином этого дела?
— Опять о том же! Конечно, я.
— Значит, вы хозяин,
— Регги, зачем возвращаться к одному и тому же?
— А почему, могу я спросить, не нанять убийц и не ликвидировать всю верхушку мафии?
— Потому что вы правы: это — система, а не один человек.
— Возникнут новые преступные группы и примутся за старое.
— Новые группы будут слабы, и полиция легко справится с ними.
— ФБР приступает к большой операции против организованной преступности.
— Рад это слышать, — улыбнулся Таггарт. — Я им помогу. Никто не говорил, что их борьба будет легкой.
— Они примутся и за вас, если вы не будете осторожны.
— Я буду осторожен. Я найму только лучших. И начинаю с вас, Регги.
Регги вздохнул:
— Один миллион долларов в год.
— Что?
— Моя цена. И наличными!
— Миллион...
— Я не хочу торговаться. Это моя цена. Головорезам всегда хорошо платят за работу. Вы это знаете.
— Минутку. Я не говорю, что вы этого не стоите. Но у меня нет этих денег сейчас. Я заплачу, но в будущем. Дайте мне, скажем, пять лет. Это очень большая сумма.
— Вы можете получить ее от торговли наркотиками, — ответил Регги, не сдерживая сарказма.
— Я буду платить вам миллион в год, — сказал Крис, думая о том, где, черт побери, он возьмет эти деньги, — и начну платить, как только мы начнем это дело.
— Вы не поняли, к чему я клоню. Я сомневаюсь, что у вас эта сумасшедшая идея останется в голове к тому времени, как вы будете способны заплатить такую сумму.
Он встал, кружка эля так и осталась нетронутой. С сомнением покачав головой, он сказал:
— Я думаю, я должен поблагодарить вас за то, что вы обо мне вспомнили.
— Это не сумасшедшая идея. Она будет работать. Представьте себе кран около строящегося здания. Здания нашего общества. Ночью все уходят, но кран продолжает работать, воруя материалы с улицы и встраивая в здание целые этажи, которые становятся его частью, частью общества. Этот кран — мафия. Мы ликвидируем их одного за другим, и когда мы уничтожим последнего, кран упадет на улицу.
— Я не собираюсь стоять под ним, когда он будет падать.
— Мы будем на вершине здания.
— Когда у вас будет возможность нанять меня, — холодно сказал Регги, — мы поговорим.
И он, не попрощавшись, направился к выходу из пивной. Крис смотрел вслед с изумлением, которое сменила злость. Никто не обращался с ним так, как этот англичанин. Он тоже поднялся и направился к железнодорожной станции, откуда поезда отправлялись в Лондон. К своему удивлению, на платформе он снова увидел Регги. Крис подошел к нему и пообещал:
— Я вернусь, сукин ты сын. И мы обязательно поговорим — если ты все еще будешь лучшим из полицейских.