Бунтарка
Шрифт:
— Доброе утро, Василиса. Познакомься, это мой давний приятель — Мирослав Дымарский. Он… В общем он… Проездом в нашем городе, и я ищу ему жильё на неопределенное время.
— Бессонов, — мои губы расплываются в улыбке. — Я на идиотку похожа?
— Определенно — нет, — отзывается его друг. — Я работаю над вашим делом.
— Дым, — одергивает парня Кирилл, с укором глядя в его сверкающие озорством глаза. Я подмечаю, что этот парень значительно старше нас. Скорее, это и вовсе уже состоявшийся мужчина.
— Поверь мне, Кир. Если девушке любопытно — она тебя
— Кофе? — любезно предлагаю я, увидев, что их чашки пусты.
— С удовольствием! — лучезарно улыбается мне в ответ Мирослав.
— Лицо попроще сделай, — предостерегающее говорит Бессонов, смотря куда-то в стену. — Я знаешь ли, и так на пределе.
— Твой тепличный цветочек, конечно, достоин внимания, но у меня уже есть жена, Бес. Не забывай, каким трудом мне досталась моя красавица, — он демонстративно потирает золотое кольцо на безымянном пальце.
— Василиса, — я вздрагиваю от того, как он произносит моё имя. Когда поворачиваюсь к Кириллу, понимаю, что он смотрит на своего приятеля. — Без уменьшительно-ласкательных, Дымок.
— Принято, — закатывает глаза Мирослав, а я стараюсь сдержать рвущуюся на губы улыбку от его милого прозвища. — Так на чём мы остановились?
Я забираю чашки и завариваю кофе, навострив уши. Долгая тишина, которая похожа на вердикт, жжёт мою спину.
— Ты не сможешь вечно меня оберегать от любого плохого слова или существующей угрозы, Кирилл, — говорю я, не оборачиваясь, ополаскивая чашки в раковине. — И Мирослав прав — не расскажешь сам, полезу на рожон и это тебе не понравится ещё больше.
Я слышу, как он недовольно щелкает языком и, клянусь, точно закатывает глаза.
— Дымарский скачал данные из твоего телефона и подготовил официальное доказательство о твоём преследовании и поступающих угрозах, — после тяжелого вздоха рассказывает Кир.
— Значит, мне не показалась, что та странная программа на моём телефоне лишняя? — спрашиваю я, скорее всего, себя, чего парней.
— Умная, внимательная ещё и знойная, — тихо замечает парень.
Я обернулась, придавшись поясницей об столешнице, разглядывая парней за столом. Мирослав выглядит предельно спокойным и милым парнем. А Бессонов, несмотря на свой опрятный вид и уложенные после душа волосы, выглядит мрачнее тучи.
— Ты уже говорил с отчисленными студентами? — переводит тему Кирилл.
— Пока только с одним. Двое переехали в другие города, и один из них уже полгода в больнице. Он проходит реабилитацию и к нему никого не пускают. Думаешь, это тоже дело рук Ковалёва?
— Не сомневаюсь. Он отлично может потрепать и даже не вспотеет. А если кто-то прижал его хвост или наступил на глотку, то и вовсе… — Кирилл замолкает, кинув короткий взгляд в мою сторону. Мои плечи напряженно расправились до хруста в спине.
— Стас действительно избил студента и способствовал его отчислению? — спрашиваю я, несколько ошеломленно.
Слишком поздно в моей
— Он до тебя не доберется, Василиса, — говорит Кирилл и встает с места, в следующую секунду оказавшись рядом со мной. Парень обнимает, поддерживая.
— Я так понимаю, что ты собираешь свидетелей и помощь, — размышляю я, стараясь абстрагироваться от прямых мыслей о Стасе и его угроз, которые я читала несколько вечеров подряд. Это не было похоже на шутку… Что если…
— Да. Дымарский в этом спец. Ещё пришлось обратиться к отцу. Он сказал, что шансов немного, но сейчас стоит вопрос о доказательствах и показаниях, которые поспособствуют судебному разбирательству, если Ковалёв сам не сдаст свои позиции.
— Тогда стоит ещё поговорить с Тимофеем. Он тоже был в курсе происходящего и предостерегал меня об опасности. Думаю, Тим что-то знает о Ковалёве. А ты, Мирослав, можешь проверить камеры с одной вечеринки? Я дам всю требуемую информацию. Думаю, что можно найти запись о том, как Ковалёв подстраивает… В общем, будет дополнительный компромат, — мгновенно включаюсь я в процесс, затараторив.
Кирилл и Мирослав переглядываются. У них происходит какой-то ментальный диалог, который я с интересом могу только наблюдать. Расшифровать такое, к сожалению, невозможно.
— Кажется, ты сказал, что она… — начал было Мирослав.
— Помолчи, — несдержанно отвечает Кирилл. — Тебе лучше позавтракать и ждать Дарью. Ты сделала, что она просила?
Выгибаю бровь. Он же не думает, что сможет держать меня на коротком поводке вечно? Несколько дней я побыла послушной, и этого больше, чем достаточно.
— Чёрт, — фыркнул Бес, правильно расшифровывая мою реакцию.
— Предлагаю бартер, — миролюбиво улыбаюсь. — Я — подписываю все заявления, детально рассказываю обо всех ситуациях с Ковалёвым, а вы держите меня в курсе событий.
— Она мне нравится! — утверждает Мирослав.
— Не поддакивай ей, Дым. Ты даже не знаешь, на что она способна в желании добиться справедливости! — неожиданно вспылил Кирилл, и видимо, сам такого от себя не ожидал.
Я понимаю, что непроизвольно отхожу к столешнице, повернувшись к ним спиной. Я начала наливать в чашки кофе и складывать на поднос всё, до чего дотянется моя дрожащая рука.
— Чёрт, прости, Принцесса. Я не хотел тебя обидеть… — с сожалением выжимает из себя Кир. — Ты сказала, что не хочешь в этом участвовать и недавно жалела этого ублюдка. Ты необъективна и слишком эмоциональна. Будет лучше, если ты займешься собой.
— Как скажешь, — едва получается держать в себя руках. — Мирослав, ты любишь с кофе с молоком? Сахар нужен? — мой голос стал выше, несмотря на то, что в горле забился камень обиды, а на глаза уже набежали слезы.
— С молоком, пожалуйста, — слышу растерянный голос и оборачиваюсь, низко склонив голову. — Я лучше пойду, — почти шепчу, не в силах преодолеть накатывающую истерику.