Бункер
Шрифт:
Спасатели на всех пляжах мира похожи друг на друга, как две пули из одной винтовки. Особенно похожи их рекомендации, меры безопасности и таблички со строгой надписью на двух языках– на местном и, как правило, на английском: «Заплывать за буйки строго запрещено!»
Протопав километров пять по городу, я пришел на самый отдаленный каменистый пляж, называющийся Плоче. Пляж находится на выступающем мысе, благодаря чему здесь наилучшая прозрачность воды. Он неплохо обжит и оборудован– здесь полно лежаков,
Выбрав местечко подальше от людских лежбищ, бросаю сумку на гальку. Море, где дно усеяно галькой и камнем, всегда намного чище и прозрачнее. Достаю свой дыхательный аппарат шпионского вида, маску, ласты. Не спеша облачаюсь в легкое снаряжение, не обращая внимания на торчащую рядом желтую табличку.
По завершении подготовки на выбранном мной местечке остается лишь сумка, светлая кепка с футболкой, темные очки и резиновые шлепанцы. Амне пора окунуться и полазить по-над дном, ощущая полную свободу от приказов, задач, обязанностей…
Вода удивительно теплая. Чистота и хорошая прозрачность мне не в диковинку– в северных широтах редко можно встретить загаженную людьми акваторию. Авот приятной телу температурой воды мы– пловцы отряда «Фрегат»– не избалованы.
Дно ровное и уже на глубине пяти метров поражает разнообразием красок. Здесь и округлый мрамор, и остатки раковин, и мелкие юркие рыбешки.
Прохожу дальше. На глубине восьми метров дно отлично освещено стоящим в зените солнцем. Здесь попадаются первые кораллы. Красота, да и только!
Оглядываюсь по сторонам. Кое-где на поверхности беспечно плещутся отдыхающие, прямо над головой темнеет дно прогулочной шлюпки. Немудрено, ведь я нахожусь в разрешенной зоне для купания– до запрещающих буйков еще метров пятьдесят…
Судя по цифрам наручного дайверского компьютера, я достиг глубины пятнадцати метров. Вбаллоны моего «шпионского» дыхательного аппарата забита обычная смесь, поэтому ниже двадцати пяти метров идти опасно. Да и нет большого желания. Здесь отличная освещенность дна и огромное разнообразие флоры и фауны. Что еще нужно?..
Я пролазил по дну минут десять и снова решил осмотреться. Такова многолетняя привычка боевого пловца, от которой никогда не отделаться. Впоследние пару лет видеть пространство вокруг во время работы помогает «всевидящее око» поисковой станции. Ну а привычка осматриваться так и осталась.
Вокруг никого, кроме единственного тела, спокойно плывущего над моей головой.
Наблюдая за поверхностью, размышляю: «Интересно, как далеко этот парень отплыл от берега? Наверняка ограничительные буйки остались позади. Или это не парень?..»
Судя по ярко-оранжевому бикини, это была женщина. Ис весьма недурственной фигуркой. Лица я, к сожалению, не видел.
«Впрочем, какое мне дело?»– продолжил я любоваться разнообразием красок подводного мира. Однако что-то заставило меня прервать занятие и вновь посмотреть вверх.
Женщина
Чего всегда не хватает любым спасателям, так это времени. Вособенности если трагедия разыгрывается под водой или на приличной дистанции от берега. Это аксиома. Ктому же сигнал тревоги зачастую звучит не тотчас после трагедии, а спустя несколько минут. Пока сигнал дойдет до спасательных служб, пока выяснится суть, пока спасатели определят координаты…
В общем, выбора у меня не оставалось.
«Черт бы побрал этих пьяных русских туристов! – отталкиваюсь от дна и, позабыв о декомпрессии, рву наверх– мне к легкой форме кессонки не привыкать. – Вечно мне больше всех надо!..»
Глава шестая
Российская Федерация; Калининград
Несколько дней назад
Станислав появился в начале второго дня раскопок. Поздоровавшись, он осмотрел площадку и кое-какие находки, сделанные накануне Бруно. На расстеленной тряпице аккуратно лежали черепки глиняной посуды, железный наконечник стрелы и бронзовый челенг– часть шейной подвески лошади.
– Поздравляю с первыми артефактами, – не без зависти произнес он.
– Так присоединяйтесь!
Тот вздохнул:
– Меня ждет рутинная работа в виде стопки листов с недописанным докладом.
– Примите наши соболезнования, – пошутил Бруно. – Мы тоже не любители душных кабинетов. Лучше уж здесь, на воздухе…
Потоптавшись несколько минут у края площадки, Станислав попрощался и направился к пролому в заборе. Троица вернулась к раскопкам…
Как только русский археолог убрался с пустыря, Вальтер засобирался в подвал.
– Ты уверен, что он не вернется? – настороженно спросил Бруно.
– Прикроешь в случае чего.
– Что ему сказать?
– Скажи, что у нас перерыв и мы решили побродить с металлоискателем. Пошли, Мартин…
Пробравшись в подвал, Вальтер отодвинул от стены кусок фанеры и принялся колдовать над простеньким с виду инструментом. Отсоединив от лопаты металлический черенок, он разобрал его на две составные части и, перевернув, вставил одну в другую. Далее он переключился на корпус магнитометра.
Спустя минуту из прочного шланга был извлечен пучок проводов, а сам шланг прикручен к штуцеру будущего отбойного молотка. Мартин занимался киркой. Отвинтив жало, он подал его товарищу.
Воссоединяясь в одно целое, составные части от различных инструментов постепенно приобретали вид небольшого отбойного молотка. Последним этапом стало подключение к корпусу магнетометра аккумуляторного блока.
– Готово, – осмотрел инструмент Вальтер.
– Что дальше?
«Профессор» осветил фонарем отмеченное ранее на полу место, под которым покоился металлический люк бункера.