Бульдозер

Орлова Василина

– Как вы намерены исправлять такое положение дел?
– спросила корреспондентка, исполнясь серьезности.

– Мне исправить его не удастся, - улыбнулась Елена.
– Исправлять его надо общими силами, каждому из нас. Наверное, найдутся люди, которые скажут: дескать, утопия. Найдутся и те, кому это вообще не нужно. Слишком много нас, таких, которым достаточно жить в свое удовольствие. Но хватает и интеллектуалов, которые намерены выплыть из этого водосборника своими силами, на одиноких лодчонках. Всех нас по-своему устраивает этот мир, такой, какой он есть. Но некоторых в меньшей степени.

–

И вы как раз из тех, кого он не устраивает?
– уточнила корреспондентка.

– Можно считать, что так.
– Елена вдруг увидела за спиной девушки развевающееся на ветру, как флаг неведомого государства, полотнище огненно-рыжих волос.

– Извините...
– она отстранила девушку.
– Мне пора... Карина Львовна, вот сюрприз!
– закричала еще издали.

– Да уж, сюрпризик, - ядовито ответила Карина.

Глаза ее были широко распахнуты, на губах корчилась усмешка.

– Какими судьбами?
– спросила Елена как ни в чем не бывало, правда, уже не надеясь, что все обойдется светским разговором.

Не такова была Карина, чтобы позволить обвести себя вокруг пальца.

– Я не намерена терпеть ваши издевки!
– рявкнула она.

– Помилуйте, какие издевки?

– Можно подумать, вы и сами не знаете какие, - распалялась Карина все больше.
– Не стройте из себя овечку!.. Вы устраиваете вечеринку, и полгорода знает об этом, а я, ваш компаньон, одна не в курсе!.. И что же? Где рекламные щиты галереи "Астрал"? Где я в качестве почетной гостьи? Узнаю об этом совершенно случайно, лечу сломя голову, а вы восклицаете: "Какой сюрприз!" Да вы просто смеетесь мне в лицо! Такова ваша благодарность за проявленное к вам внимание! Вот чем вы платите за вседневную и неустанную заботу о вас. Вы уже, наверное, забыли, благодаря кому вознеслись из грязи в князи!..

– Что вы такое говорите, Карина, - холодно ответила Елена.
– Выпейте минеральной воды, она вас освежит на жаре.

– Ой-ё-ёй, снежная королева!
– кривлялась Карина.
– Да, да, да! Только благодаря мне вы стоите здесь и изображаете из себя куртуазную даму. Какое счастье для всех нас, что нашлась смельчачка, возглавившая новый крестовый поход против пошлости и глупости в искусстве! Ха-ха-ха! Вы мне ноги должны целовать. Если бы не я, ничего бы этого не было. Не верите, вижу по глазам. Тогда спросите Майю, вашу подругу!.. Спросите, спросите ее. Полюбопытствуйте.

– Вы знакомы с Майей?

– Знакомы ли мы с Майей?
– Карина снова расхохоталась деланным злобным смехом.
– Говорю вам, спросите-ка лучше у нее! Она же ваша подруга, а не моя!.. Она вам расскажет обо всем, и о нашем с ней уговоре, и о том, как готовилась вытолкнуть вас на сцену...

– Вы лжете!
– вскрикнула Елена.

Но Карина уже затесалась за чужие спины.

Не может быть! Явная ложь, чего ради Карине втаскивать человека с улицы на подиум своей дурацкой галереи? Майка не могла так поступить со своей лучшей подругой. А если бы поступила, не в силах была бы играть свою роль с такой достоверностью. Даже заводить такую беседу с подругой стыдно, грешно подозревать Майю...

Мысли скакали как бешеные белки в колесе. Елена разглядела в толпе Кирилла и бросилась к нему.

– На вас лица нет!
–

глянул он.
– Что стряслось?

– Скажите правду, Кирилл, - приступила Елена.
– Вы знали, что у Карины все с самого начала было продумано, еще до того, как я появилась в галерее "Астрал" на той злополучной выставке?

– Почему злополучной?
– не понял Кирилл.
– Оттуда началось ваше восхождение.

– Ответьте на вопрос, - настаивала Елена.
– Вы знали или нет?

– Нет, нет, успокойтесь...
– замешкался Кирилл и произнес: - Ну, я тогда этого не знал.

– Тогда? А сейчас? Сейчас вы уже знаете... Так все и было?

– Ну, видите ли...
– начал было Кирилл, избегая смотреть ей в лицо.

– Не могу поверить, - проговорила Елена, все поняв, глядя прямо перед собой.

– Поймите, Лена, сейчас уже не важно, кто и что планировал с самого начала, - стал увещевать ее Кирилл.
– Вы стали самостоятельной, вы всегда были такой. Если у кого-то были на вас планы, безразлично какие, вы все равно рушили их с неподражаемой безоглядностью. Вы никогда не нуждались в помочах, вас надо было только подтолкнуть к первому шагу... Вас готовили для прыжка, а вы взлетели. Чего вам еще?..

– Может быть, - догадалась Елена, - и вы тоже исполняли предусмотренную роль? Ну да, конечно, ведь это Майя хотела познакомить меня с вами... Вы были своеобразной приманкой, вы надеялись, что вам удастся полностью подчинить меня себе, поработить...

– Вы преувеличиваете, Лена, - ответил Кирилл.
– Вы слишком взбудоражены, чтобы спокойно все обдумать. Уж не вообразили ли вы меня лишенным всякой совести человеком? Я не позволил бы себе порабощать вас, странно вы выражаетесь.

– Ну да, скажите еще, что у вас не было такой цели!
– ощерилась Елена.
– Вы сами говорили, тогда, в ресторане, что хотите заставить меня в вас влюбиться... Не помню, как там точно это звучало... А я была готова поверить вам...

– Я люблю вас, - просто сказал Кирилл.

Секунд пятнадцать, а может, полную минуту - она потеряла счет времени Елена смотрела на него, не произнося ни слова, потом сказала, обретая спокойствие, с бледной улыбкой:

– Я вам не верю. Вы предали меня в самом начале. Вы думали, что можете запросто играть мной? Что же, пожалуй, так все и вышло. Впрочем, теперь действительно безразлично.

– Я не хотел играть вами, - сказал Кирилл, потемнев лицом, и воскликнул: - Но сегодня, Елена! Сегодня-то ваш день. Это была полностью ваша идея, смотрите.
– он обвел рукой пространство площади, на котором собралась внушительная толпа.

Художники уже подвозили полотна, выставляя их на всеобщее обозрение, блики фотовспышек высвечивали на мгновение знаменитостей из разноперого сборища, десятка два телекамер с разных ракурсов фиксировали происходящее, в толпе шуровали бойкие личности с диктофонами и блокнотами в руках.

– Да, сегодня мой день, - подтвердила Елена равнодушно.
– Благодарю вас, что нашли время присутствовать на празднике.

Елена глянула на часы и поспешила прочь от Кирилла, обмениваясь приветственными репликами со знакомыми, кивая тем, до кого кричать оставалось далековато, и все искала в толпе одно лицо... Но его не было.