Букет белых эустом
Шрифт:
Георгий приехал к Кире в коммуналку, увидел её, осунувшуюся, с черными кругами вокруг глаз, силой заставил собраться и повёз в клинику неврозов. Кира почти месяц приходила в себя, а выйдя из клиники, твёрдо сказала себе: никогда не вспоминать о том, что прошло. Не было в её жизни ни Кирилла, ни мертворождённого ребёнка, ни позора и бегства из родного города. Забыла раз и навсегда!
ГЛАВА 11. УЛЬЯНА
Ульяна открыла глаза и не сразу поняла, где находится. Большая светлая комната освещена солнцем, через
— Доброе утро! — Ульяна поздоровалась с Людмилой Михайловной.
— Доброе! А я тебя уже будить собралась идти. Садись завтракать. Сейчас за тобой Кира заедет.
— Спасибо! А Кира уже уехала на работу? Тогда пусть за мной не возвращается. Вы мне адрес дайте, а я сама доеду.
— Она ещё со вчерашнего дня не возвращалась! — проворчала Людмила Михайловна. — Сейчас явится.
Действительно, через несколько минут раздалась трель дверного звонка. Кира, в нарядном платье, но с усталыми глазами, заглянула на кухню:
— Ульяна, ты позавтракала?
— Доброе утро! Да, я готова.
— В халате поедешь? — улыбнулась Кира.
— Нет, — смутилась Уля.
— Значит, пока не готова. Давай собирайся. Нам с тобой про всё полчаса осталось, — Кира ушла, а Ульяна поднялась, чтобы идти одеваться.
— Сиди, ешь спокойно, — остановила Улю Людмила Михайловна, — Куда торопиться? Успеете.
Ульяна послушно села и принялась поспешно доедать кашу.
Когда Кира вышла из душа, Ульяна уже ждала её под дверью в прихожей.
— Ну, ты просто вжик, — Кира одобрительно посмотрела на девушку, — сейчас оденусь и поедем.
Ульяна ехала в офис «Цветочной симфонии», и сердце её замирало: одно только слово «офис» заставляло преисполниться важностью с ней происходящего. Девушке казалось, что блистательная Кира должна работать в небоскрёбе из стекла где-нибудь в Москва-Сити, но они отправились в промзону на окраине города.
— Подожди меня немного, пока я на оптовую базу загляну, — сказала Кира и ушла почти на час.
Потом они поехали посмотреть помещение, сдаваемое в аренду, затем сделали крюк, чтобы захватить «заодно по дороге», как выразилась Кира, новые фитолампы для живых растений. Наконец они прибыли в офис, который занимал полэтажа старенького трехэтажного здания в центре Москвы.
— Вот, Катюша, тебе временную замену привезла. Посидит на телефоне, — представила Кира Ульяну беременной шатенке. — Объясни ей, как тут у тебя всё работает.
— Вам из «Цветочного рая» конверт прислали, и ещё Пономарёв звонил, — Катя, докладывая об утренних делах, прошла следом за Кирой в кабинет.
Ульяна огляделась: огромный стол, за которым ей предстоит работать, шкафы с папками, горшочки с цветущими фиалками на подоконнике. Помещение было светлым, предпочтение явно отдавалось белому цвету, как и в Кириной квартире. В приёмную зашел молодой человек в узких брюках не то с короткой бородкой, не то с многодневной щетиной:
—
Ульяна кивнула: наверное, он спрашивает про начальницу. Московский мажор (так окрестила Уля зашедшего) постучался и скрылся за дверью кабинета. Потом туда же, зашла девушка в ярком балахоне, кто-то ещё заходил, выходил… Ульяна завороженно смотрела на происходящее, представляя, как будет работать с этими людьми. Наконец из кабинета вышла Катя.
— Ты раньше где работала? — секретарь поправляла складки платья на круглом животе. Спрашивала из вежливости, ей Ульяна была неинтересна, волновала новая жизнь, которая шевелилась внутри, каждую минуту напоминая о скором появлении.
— Нигде. Я в этом году педколледж окончила, но знаю хорошо компьютер.
Ульяна хотела подробно рассказать о своих умениях и навыках, но Катя её перебила:
— Значит, записывай: утром тебе надо в первую очередь…
Неделя пронеслась для Ульяны молниеносно. Утром, не дожидаясь Киры, она мчалась к метро, чтобы в девять уже сидеть за широким столом, отвечать на звонки, разбирать почту. Она понемногу стала ориентироваться в служебной иерархии, узнала, что девушка в ярком балахоне, Марина, «правая рука» руководителя, а мажор Тимур Усманов, на самом деле совсем и не мажор, а трудяга, отвечающий за логистику компании. Менеджер Никита в первый же день пригласил Ульяну в кафе и подарил смешного тряпичного зайчонка.
— Ты с ним поосторожнее, — посоветовала Катя, — уши не развешивай. Знаешь, бывают такие: говорят о любви сразу всем подряд.
— Знаю, — вздохнула Ульяна.
Своё пребывание в квартире Киры Ульяна с первого дня расценивала как неудобное, стесняющее хозяев, а попав на работу в «Цветочную симфонию», и вовсе посчитала неприличным пользоваться гостеприимством своей начальницы. Поэтому начала в Интернете подыскивать недорогую комнату, сообщив Людмиле Михайловне, что надеется на следующей неделе перебраться в съемное жильё. Ульяна полагала, что мать Киры обрадуется, что незваная гостья освободит гостиную, но неожиданно услышала:
— Куда это собралась? Ещё вляпаешься во что-нибудь. У тебя на лбу написано, что ты дура наивная. Живи тут, пока в Москве не освоишься.
Ульяна растерялась:
— Людмила Михайловна, давайте я Вам хотя бы за питание буду отдавать. А то живу у вас как нахлебница.
— Отработаешь. В субботу окна будешь мыть. А то я из фирмы приглашаю, а там неизвестно кого пришлют, ещё и обчистят. Мне под потолок лазить тяжело, Кире некогда, так, чтобы мне чужих людей в дом не пускать, я тебя привлеку.
Ульяна с удивлением и радостью слушала, что её эта строгая, неулыбчивая женщина чужой не считает. Рассказав тёте Ире, что работает секретарем, ей дали трудовую книжку и обещали хорошую зарплату, Уля получила набор предостережений, а узнав, что девушка бесплатно поселилась у своей руководительницы, где её ещё и кормят, тётя Ира запаниковала: «Здесь что-то нечисто! Немедленно возвращайся!». Как ни успокаивала Ульяна тётку, та заявила, что только сдаст баланс, сразу сама приедет за племянницей в Москву.