Будущего нет
Шрифт:
– Обращайся.
– Товарищ майор, возьмите меня на секцию рукопашного боя. Пожалуйста.
Помолчав, посмотрев в глаза Сергею, офицер уточнил:
– Что вы хотите там освоить, товарищ курсант?
– Бой без оружия.
Резко вспомнился угрожающий финкой Петя. И ужас, который испытывал там, в будущем, бомж при виде медленно приближающегося клинка.
– Бой против вооруженного ножом противника.
– Все?
– И ножевой бой.
– Интересный выбор. Какой курс?
– Четвертый.
– Факультет?
– Тоже
О специализации факультетов майор уже знал. Это было понятно по вопросительно приподнятой брови и явному интересу во взгляде.
– Зачем это вам, товарищ курсант?
Александров постарался ответить с максимальной убедительностью:
– Надо. Очень надо, товарищ майор. На будущее.
Последнее прозвучало честно.
– Ну, разувайся, выходи на маты. Что по рукопашному бою на экзамене получил?
Скидывая кеды, Сергей ответил:
– Четверку.
И сразу уточнил:
– «Снятие часового» подзавалил.
– Сейчас посмотрим.
Повернувшись к занимающимся, офицер позвал:
– Михайлов! Прервись. Давай с макетом ножа ко мне.
Они встали друг напротив друга. Жестко глядя исподлобья, Сергей ожидал «удар ножом снизу». Образ злобно ухмыляющегося Пети словно наплывал на подобравшегося противника.
– Бей!
Встречный блок левой вышел таким, что нож вылетел из руки третьекурсника. Рывок, имитация (почти удар) коленом в пах, вывернуть руку за спину, зафиксировать.
– Стоп! Что же ты нож не удержал, Михайлов?
– Да он резкий какой-то, бьет со всей дури. Руку отбил. У нас же тренировка?
Майор согласно кивнул, подбирая резиновый макет:
– Тренировка. Но готовимся мы к войне.
И без перерыва продолжил, командуя самому себе:
– Удар ножом сверху. Бей!
С блоком получилось и в этот раз, но выйти дальше на прием не удалось. Резко отшатнувшийся офицер ловко крутанул в пальцах макет. Черная полоса стремительно мелькала у тела, целя то в грудь, то в лицо, заставляя непрерывно уклоняться и уходить от ударов. Против такого мастерства стандартные приемы самозащиты бессильны. Раза три получив резиновым клинком по прикрывающей тело левой руке, Сергей с отчаянием понимал – шансов нет.
– Стоп! Ничего, гибкий. И реакция есть. Подходи… – Взгляд на электронные зарубежные часы «Монтана», – Через сорок минут.
– Есть. Я пока наверху на снарядах позанимаюсь?
– Позанимайся.
Яростно отжимаясь на брусьях, Сергей мысленно грозил Пете, Рыжему, всему своему поганому будущему:
– Я подготовлюсь, твари. Мы еще посмотрим…
***
– Серега!
Плотный парень радостно махал рукой, подзывая к себе. Стоящий рядом такой же здоровяк широко улыбался.
– О, Шуран, а что «болтам» от тебя понадобилось?
Не отвечая на поддевку командира отделения, Александров вопросительно посмотрел на Никитина:
– Володь, я схожу к парням?
– Хорошо. Только аккуратно, не забывай, что сейчас
– Есть.
Кирилл и Вадим были курсантами первого факультета, уже пятикурсниками. По негласному училищному делению – «болты», но эти отдающие оскорблением названия Сергей не любил.
Отличные парни, сильные борцы-вольники. Они и познакомились на почве борьбы – тогда, в первый раз, Сергей сделал заметку о победах команды ракетного училища. Редакцию газеты заинтересовал материал, поэтому следом вышла небольшая статья с фотографией спортсменов. Парням было очень приятно.
А два месяца назад они отличились уже в другой ситуации. Проходя по переулкам Мотовилихи, борцы увидели отблески пламени за окнами деревянного домишки и услышали испуганные детские крики.
Конечно, такая мелочь, как запертая дверь, их не остановила. Вынеся преграду вместе с коробкой, курсанты проскочили по горящему коридору в комнаты. Чумазых, испуганных мальчика с девочкой они подали подскочившим соседям в выбитое мощным ударом ноги окно. За спиной гудело стремительно раздуваемое тягой пламя, но пятикурсники решили проверить и вторую комнату. Не напрасно – на диване лежала пьяная «в сисю» мать детишек. Матерясь, отправили на улицу и ее, а потом, буквально уже из огня, выскочили и сами.
Дом полыхал, как коробка спичек, от припеченых шинелей и шапок мощно перло горелой шерстью. К пожару бежал народ с ведрами, в конце улицы уже мелькали вспышки спецсигнала пожарной машины, а герои решили скромно смыться. Причина предельно банальна – парни были в «самоходе», самовольной отлучке, проще говоря.
Так и остались бы они безвестными пятикурсниками-ракетчиками, если бы Сергей из принципа не изложил происшедшее в газетной статье. Разумеется, мудро умолчав о деталях и грамотно расставив акценты.
Ознакомившись с материалом, командование первого факультета немедленно представило не в меру скромных героев жаждущей общественности. По телевизору, в «Новостях Прикамья» их не показали, но серия статей в прессе прошла.
Мощное рукопожатие, дружеский хлопок по плечу:
– Серега, идем в буфет! Мы проставляемся!
– За что, мужики? Да и патруль сейчас шастать будет, самоподготовка же…
Ответил Кирилл:
– Начальник патруля – наш курсовой. А за что…
Он достал из кармана небольшую красную коробочку, раскрыл:
– Вот!
На бархатной подушечке лежала новенькая медаль. «За отвагу на пожаре».
Вадим дополнил:
– Сегодня нам вручили. Если бы не ты, Серега…
– Я-то тут причем? Парни, вы ведь сами…
– Все! Кончай болтать, там наши уже в буфете ждут. Пойдем!
Начальник патруля, конечно, зашел. Но только поздравил виновников торжества, да задал пару вежливых вопросов о газетном творчестве Сергея. Разливая по стаканам лимонад «Буратино», Александров внезапно понял, что ему напомнила газировка из сна. Пепси-колу.