Будешь Моей!

Анро Ники

Одетый в синий костюм, он выглядел, как успешный человек, но я знала лучше. Максим Гарцев никогда таким не был. Он играл жестко и также жестко трахался.

Я взяла стакан с водой дрожащей рукой, молясь, что он не будет воспринимать меня как девушку, которая когда-то безнадежно была влюблена в него. Я уже была другой. Я изменилась. У меня была тайна, о которой я не хотела говорить ему.

Максим тоже изменился. Стал стройнее. И жестче. Его лицо теперь было великолепнее из-за новой резкости в области подбородка и скул.

Я сделала глубокий, трепетный вздох при виде его, реагируя на его присутствие, как будто я была физически атакована.

— Какова вероятность того, что он все узнал? Для чего он там появился? — спросила Саша с шелковистой четкостью, когда мы сели в ее автомобиль — Ты не должна была сбегать, что люди подумают? Все что было в прошлом, да у тебя остался подарок от него, но это нечего не значит…

К сожалению, я потеряла нить разговора в тот момент, когда встретилась с глазами девушки с которой он прибыл. Рев крови в моих ушах заглушил все. Я как подбитая дворняжка сбежала из собственной помолвки прихватив за собой Сашу. Я боялась не только с ним встречи, но и кое что ещё…

— Я не знаю, — ответила я, немного испуганная энергией, которую она излучала, как тигрица на охоте.

Это было несерьезно, — сказала я сама себе, когда ехала на лифте в отеле. «По крайней мере, не для него…» — Больше похоже на одну длинную ночку. Я не думаю, что он даже узнал меня сейчас.

И, черт меня дери, если меня это не задело. Он даже не посмотрел на меня. Господи если бы я только знала, не приехала бы в этот город, не устраивала этот праздник, на котором настоял Валентин.

Как только я зашла в номер, скинула с себя платье, я хотела забыться, ещё нужно объяснится с Валентином.

Мой телефон в сумке начал звонить и я вышла из ванны чтобы ответить на него. Можно было и не смотреть на звонившего, и так знала, что скоро он позвонит.

— Арсюш — Голос Валентина прозвучал из динамика — Я приехал тебя нет, почему ты уехала? И этот мужчина снова появился в нашей жизни. Ты его позвала? Ты больше не хочешь…

Я ненавидела то, как застучало мое сердце, услышав о нем.

— Он до сих пор там?

— Он со своей подругой.

— Прости меня — я сжала переносицу — это выше мои сил. Я в номере, встретимся завтра, позавтракаем, придумай что нибудь для гостей.

— Хорошо, отдыхай.

С тех пор как я осталась совсем одна, он снова пытался изо всех сил добиться меня, приглашая на свидания, присоединяясь ко мне, когда я страдала из за отца и ледяных скамейках в парке, скрашивал моё одиночество. Он был добрым, милым, веселым и прекрасным примером того, что значит быть джентльменом. Другими словами, полная противоположность Максиму.

Ничего схожего.

Я сняла нижнее белье и направилась в ванную, бросая шарики для ванн под струи воды.

Я откинулась назад и позволила горячей воде подняться до моей груди, выдыхая, поскольку это согрело мою кожу.

Становилось

легче не думать об Максиме теперь, когда Валентин предложил мне выйти замуж, но было тяжелее заставить себя забыть его. Я до сих пор думала о нем поздно вечером, когда была в постели, часто желая, чтобы он был внутри меня.

Тем не менее, я не бежала к нему и его сволочному образу жизни, и я никогда бы не позволила, чтобы он пришел ко мне.

Никогда.

Я закрыла глаза, пока теплая вода обволакивала меня. Чья-то рука накрыла рот, в то время как вторая ласкала голую кажу бедра.

Адреналин вспыхнул во мне слишком поздно, и уже не имело значения, как сильно я боролась, пытаясь встать с ванны.

— Ты напугана? — грубый глубокий голос проник в самое сердце — Если закричишь, ты заплатишь.

Я кивнула головой, как смогла, пытаясь унять скачущее сердце и разрываясь между остатками страха и возрастающим гневом.

Он убрал руку, и я сделала несколько глубоких вдохов, быстро моргая и пытаясь решить, будет ли хорошей идеей укусить его. Скорее всего, нет…

Его темные волосы были коротко подстрижены по бокам. Густые ресницы казались очень интенсивными. Раньше я действительно думала, что они были мягкими и теплыми? Не было ничего мягкого в Максиме. Он был жестким и измученным человеком, отрезанным от безжалостной ткани.

Мое тело помнило его. Помнило его прикосновения, его аромат, то, что я чувствовала, когда он был во мне…

— Как ты узнал где я. Что тебе нужно. Снова?

Его рот изогнулся, показывая его восхитительные ямочки. О, как это меняет его, скрывая то, насколько опасным он был с его легким ребяческим очарованием. Я ненавидела это его игривое настроение так же, как и обожала его.

Жар его тела начал проникать в мое. Каждый сделанный мной вдох был наполнен его запахом, каждое совершенное им движение вызывало эхо воспоминаний, заполнивших меня.

— Расслабься — убеждал он, его ладонь двигалась ближе к моей пульсирующей плоти, почти два года прошло, я до сих пор не могу забыть, множество ночей с ним.

— Не смей.

— Сейчас ты в моем мире, Арсения. Мои правила.

19

®Арсения:

Прошлое:

— Доченька! — ко мне подбегает мама вся в слезах — где папа? Что с ним?

Я обняла ее, крепко прижавшись. Отца увезла скорая, сейчас он был в реанимации, о нем нечего известно не было. Как был без сознания, так и остался.

— Мама, успокойся, он в реанимации. На работе упал…С ним все будет хорошо — прозвучал призыв в моем голосе.

Мой живот скрутило, я ненавидела эту ситуацию, душа болела за отца.

— Я так испугалась…

— Я тоже очень сильно. Но я уверена, с ним все будет хорошо, это же папа, по другому не может быть — сказала я, молясь за то, чтобы это действительно было так просто.