Шрифт:
Глава 1
Когда Изабелла возвращалась домой, уже стемнело, и окна ее квартиры в цокольном этаже дома на одной из живописных викторианских площадей Северного Лондона отражали бледный серебристый свет молодого месяца. Она спустилась вниз по каменным ступенькам, ведущим к входной двери.
Изабелла повернула ключ и не спеша, толкнув дверь коленом, вошла с портативным компьютером в руках в прихожую. Как обычно, несколько конвертов валялось на сине-оранжевом мозаичном кафеле маленькой прихожей. Изабелла
«Пусть его сегодня не будет, — про себя взмолилась она. — Только не сегодня. Я слишком устала и не в силах справиться с новой проблемой». Увидев, что все конверты маленькие и белые, она вздохнула с облегчением.
Изабелла, мысленно поблагодарив Бога, решительно захлопнула за собой дверь и, не снимая пальто, прошлась по квартире, зажгла лампы и задернула шторы.
Тут кто-то постучал сверху. Три удара, тишина, потом еще три удара. Изабелла улыбнулась. Это стучала ее соседка сверху, Флоренс Проктор. Она подолгу прислушивалась, не вернулась ли Изабелла, сгорая от нетерпения перекинуться хоть парой слов с человеческим существом.
— Уже иду! — крикнула Изабелла, подняв голову к потолку. Она вышла из передней двери и проверила, щелкнул ли замок. Флоренс ждала у двери своей квартиры, занимавшей половину первого этажа высокого, выстроенного террасами дома, в котором они с Изабеллой снимали жилье.
— Заходи, заходи, дорогая! Я так рада тебя видеть!
— С тобой все в порядке, Флоренс? — спросила Изабелла, заметив напряженное лицо пожилой женщины. Флоренс никогда не говорила о своем возрасте, но Изабелла догадывалась, что ей далеко за семьдесят. В этот вечер ее лоб бороздили глубокие складки, а от глаз разбегались тревожные морщинки.
— Да-да, разумеется, — весело ответила Фло. — Я просто подумала, что ты не откажешься выпить рюмочку хереса, перед тем как заняться приготовлением ужина.
— Только маленькую рюмочку, — улыбнулась Изабелла, у которой сладкий липкий херес Флоренс вызывал не больше аппетита, чем жидкая патока.
Фло налила темно-коричневый напиток в хрустальные рюмки.
— За твое здоровье, дорогая, — сказала она, делая первый глоток. — Трудный был день?
— Можно сказать и так! — усмехнулась Изабелла, вспомнив поспешные переезды с одной встречи на другую, конфиденциальные переговоры с инвестиционными компаниями, попытки успокоить встревоженных клиентов.
— Ты слишком много работаешь, — с материнской заботой в голосе сказала Флоренс. — И такая худенькая.
Изабелла слабо улыбнулась. Она вспомнила, что, когда переехала в свою квартиру и отделала ее в стиле, навеянном Японией, без каких-либо излишеств, Флоренс смотрела на нее с подозрением. Высокая стройная девушка из Эдинбурга с аристократическим шотландским акцентом, занимающая высокооплачиваемую должность советника по финансам, и без всяких намеков на мужа!
Изабелла
— А как ты провела день, Фло? — мягко спросила Изабелла. — У тебя усталый вид.
Фло, допив свою рюмку хереса, осторожно поставила ее на стол и сцепила пальцы. Изабелла заметила, что они дрожат.
— Они опять барабанили в мою дверь… Эти дети из двадцать девятого дома, что через дорогу.
— О Господи! Когда это случилось?
— Сегодня после обеда. Они пришли часа в четыре, стали грохотать почтовым ящиком и колотить в дверь ногами. — Она закусила губу, и в ее глазах заблестели слезы. — Потом еще раз, примерно полчаса назад.
Изабелла взяла руку Фло в свои ладони.
— И что ты сделала?
— Я просила их уйти. Я не открыла дверь. Не посмела, даже через цепочку. Теперь так часто показывают всякие ужасные вещи по телевизору… Как избивают стариков и…
— Фло, дорогая, — начала Изабелла, — я уверена, что этим детям просто скучно, вот они и досаждают соседям. На самом деле они не опасны.
— О, не знаю, — ответила Фло. — Иногда мне кажется, что я начинаю верить в зло. Никогда раньше не верила, думала, что люди по природе своей порядочные и добрые. Но если бы ты только слышала, что они кричали. Какие выражения! Я краснею, стоит мне только вспомнить.
Изабелла могла себе представить. Она почувствовала злость и обиду за Фло.
— Может, мне пойти и поговорить с их родителями, рассказать им, что происходит?
— Ох, нет! — воскликнула Фло. — Не делай этого, Изабелла. Эти молодчики меня и так ненавидят, а тут и вовсе возьмутся за меня по-настоящему.
— За что им тебя ненавидеть, Фло?
— За то, что я старая, слабая и нетвердо держусь на ногах, вот за что! На помойку! — Фло сердито смотрела на Изабеллу, словно та задала очень глупый вопрос.
— Вот что я тебе скажу, Фло, — вдруг заявила Изабелла. — Я в выходные прослежу за этими детьми, и если поймаю их за хулиганскими выходками у твоей двери, я их так напугаю, что они дорогу сюда забудут.
Фло смотрела на нее с благодарностью, но и весьма скептично. Потом сжала руку Изабеллы.
— Если бы только у меня была такая дочь, как ты! — сказала она.
На несколько минут воцарилось дружелюбное молчание.
— Ох, — с виноватым видом воскликнула Фло, — я забыла тебе рассказать, дорогая. Сегодня приезжал один из этих фургонов спецдоставки. Я видела, как человек спускался по твоим ступенькам с небольшим пакетом, но не успела быстро спуститься по лестнице и предложить оставить пакет у меня. Полагаю, они завтра опять приедут. Ты чего-то ждешь? Чего-нибудь приятного?