Бригадир
Шрифт:
«Заткнись и дай мне еще. Пожалуйста».
Как может мужчина не улыбнуться в ответ на эту просьбу? Я подчинился без колебаний, используя пальцы и язык, чтобы подвести ее все ближе и ближе к экстазу, все еще отстраняясь, а затем толкая несколько раз. Я был уверен, что она упадет со стойки от своей бурной реакции, и мне пришлось удерживать ее, высасывая ее сладкие соки.
Я понятия не имел, как долго она пребывала в муках нирваны, прежде чем ее рука медленно скользнула вниз по зеркалу, и она обмякла,
Даже после того, как я встал, ее сок покрывал мой рот. Я не стал вытирать его, накрыв ее рот своим. Было что-то собственническое с ее стороны, когда она обхватила меня за шею, притянув меня как можно ближе. Это был неловкий угол, но мне было все равно. Я бы трахнул эту женщину где угодно и когда угодно.
Шантель застонала в поцелуй и обхватила своими длинными ногами мои бедра, как я и любил. Комната уже пахла сексом, и это был самый сильный афродизиак в мире.
Все в этом моменте было еще более особенным, цепляние друг за друга было необходимым. Как такому человеку, как я, так повезло?
Я втолкнул свой язык внутрь, мой поцелуй был более доминирующим, чем прежде. Я был таким сильным, что почти случайно оторвал ее. Но она осталась цепляться за меня, извиваясь подо мной так, как могла делать только она.
Она сосала мой язык, удерживая меня на месте, и изо всех сил старалась тереться своей мокрой киской о мой член. Через пару минут я уже не мог выносить этого. Я оторвал ее задницу от края стойки наполовину, перекатившись на подушечки ног, чтобы легко пронзить ее своим членом.
Каким-то образом ей удалось вырваться из поцелуя, запрокинув голову и издав стон, свидетельствующий о крайней страсти.
Момент был невероятным, настолько, что я был брошен в свое собственное сладкое блаженство. Как будто я всегда был предназначен быть с ней. К черту скептиков или тех, кто мог бы осудить нас обоих за запретный аспект. Почему я должен волноваться о том, что кто-то думает обо мне?
«Я хочу тебя. Ты мне нужна. Ты будешь моей». Для нее это было какое-то странное заявление, как будто кто-то из нас в этом нуждался.
Шантель медленно подняла голову, бросив на меня еще один из своих дразнящих взглядов. «Это хорошо, потому что ты не можешь от меня избавиться. А теперь трахни меня так, словно от этого зависит твоя жизнь». Она приподнялась на стойке, выгнув спину, пока мое внимание не переключилось на ее сладкие соски.
«Это вполне возможно, моя милая принцесса». Мне хотелось прошептать ей на русском языке столько всего, столько ласковых слов, которые я хотел, чтобы она услышала, но это было важнее.
Плюс ко всему, мне нужно было, чтобы она поняла, насколько это важно для нас.
И так оно и было.
Она старалась изо всех сил встретить каждый жестокий
Жаждая ее.
Я понятия не имел, как долго мы трахались, как два животных, но достаточно долго, чтобы пот тек по обеим сторонам моего лица, а в груди сжалось от настойчивости и потребности.
Мы наполовину смеялись вместе, наполовину рычали, как дикари. Зеркало запотело, вся комната была как парилка.
Но это было совершенно идеально.
С еще несколькими жесткими ударами моего ствола я мог легко сказать, что долго не продержусь. Но мы пытались. Бог знает, мы пытались, но сладость нахождения внутри нее, то, как ее киска затягивала меня еще глубже, было слишком.
По ее тяжелому дыханию и мотанию головы я понял, что она снова готова кончить.
В следующие несколько драгоценных секунд мы кончали одновременно.
На самом деле, не было ничего лучше, чем наполнить ее своим семенем.
Когда-нибудь я надеюсь завести с ней собственного ребенка.
Господи. Откуда взялась эта мысль?
Когда пульсация моего члена начала замедляться, ее киска продолжала сжиматься и расслабляться, и я был уверен, что она доведет меня до еще одного оргазма.
Через несколько секунд она открыла глаза. Было что-то совсем иное в том, как она смотрела на меня. И снова, у меня было чувство, что мой жесткий взгляд был прежним. Она положила ладонь мне на грудь, разминая мышцы.
Не было никаких сомнений, что ее терзали какие-то тяжелые мысли.
Даже ее нижняя губа дрожала.
Я схватил ее за подбородок, заставляя держать голову так, чтобы я мог видеть ее глаза. «Детка. Все будет хорошо».
«А что, если это не так?»
«Это была твоя идея, чертовски хорошая. Лучшее, что я когда-либо слышал».
«У меня просто... у меня просто плохое предчувствие».
«Послушай», — прошептал я, убирая волосы с ее лица. «Это понятно. После всего, что произошло, ты, вероятно, в шоке. Так бывает не всегда». И я не лгал. Хотя мне было интересно, похоже ли это больше на то, каким будет будущее.
Если бы я был молящимся, я бы так и сделал, потому что не был уверен, что думать. Кроме того, что-то темное и зловещее держали над нашими головами.
«Я не могу потерять тебя. Я просто…» Она была близка к слезам.
Я нежно поцеловал один глаз, потом другой. «Тссс. Ты меня не потеряешь. Я слишком подлый и крутой, чтобы умереть. Однако мне нужно одеться и разобраться с этим. Как ты и хотела. Твоя блестящая идея».
Конечно, она во многом сожалела о своих невероятных мыслях, но я был ей бесконечно благодарен.