Бригадир

Стоун Пайпер

«Похоже, он тебе нужен», — сказала я с усмешкой. «Но это не ответ на вопрос».

По крайней мере, его смешок был легче, не наполненным потребностью отомстить. «Он блестящий человек, но он не хакер. Я плачу людям за это. Нет, он не дружит ни с кем из них. Мы намеренно держим разные отделы в неведении друг от друга в качестве метода безопасности. Таннер даже не знает их имен. У меня слишком много мер безопасности, чтобы он мог следовать за мной сюда. Ты можешь расслабиться», — заявил он, и я могла сказать, что его колеса крутятся

и крутятся.

«Ладно. Тогда тебе следует сделать это раньше, а не позже. Если ты этого не сделаешь, это будет грызть тебя до тех пор, пока ты не сможешь больше это выносить. А тут еще и буря надвигается».

Он поднял глаза и принюхался. Неужели этот человек действительно думал, что это скажет ему что-то точное относительно погоды? «Не волнуйся. В это время года у нас часто бывает такой штормовой вид. Увидишь. Скоро снова засияет солнце».

По крайней мере, его голос звучал более оптимистично, что меня потрясло.

«Наслаждайся», — продолжил он. «Я последую твоему совету, и если ты не будешь осторожна, ты окажешься в списке моих сотрудников, молодая женщина».

«Только если мне предложат шестизначную зарплату, высокую шестизначную зарплату». Я просто поддразнивала, но все выражение его лица снова смягчилось. Этот человек был двойственностью эмоций.

Он провел тыльной стороной костяшек пальцев по моей щеке. «Милая. Ты понятия не имеешь, как много ты стоишь. То, что ты дала мне и моему сыну, бесценно. Я хочу, чтобы ты была рядом очень долго. Ты меня понимаешь?»

Долгое время. Он не признавался в любви, но слова значили для меня так много, что я легко могла сказать, что он имел это в виду. «Я знаю. Делай то, что нужно. У нас все будет хорошо. Твои люди очень хороши в своем деле, и Дэмиена они нисколько не беспокоят. Я буду скучать по тебе, если ты уйдешь, но я буду здесь».

«Попробуешь пойти куда-нибудь, и я тебя найду. Неважно, сколько времени это займет».

Николай поднялся на ноги, а я вздрогнула от его слов, чувствуя так много эмоций сама. Когда он наклонился, целуя мои губы, это был первый раз, когда он проявил такую привязанность, перед своим сыном. Казалось, времена меняются.

Может быть, это и к лучшему.

С другой стороны, очень немногие фантазии сбылись.

Однако, это было нежно и сладко, его язык слегка скользил по моему рту. Это было все еще собственнически, но нежно. Он пытался сказать мне без слов, что он чувствовал и насколько важной я стала для него.

Черт возьми, если я не дрожала.

«Я собираюсь привести себя в порядок перед стратегическим совещанием с моими людьми здесь, включая звонок по Zoom с Александром и Вадимом. Чем больше я думаю о твоей идее, тем больше она мне нравится. Это потребует отъезда, и это займет некоторое время. Может быть, всю ночь».

«Я понимаю. По крайней мере, я могу приготовить еду, которая нравится Дэмиену, и у нас много фильмов».

«Теперь ты просто

пытаешься заставить меня ревновать. Маленькая негодяйка».

Его смех еще долго резонировал во мне. Это пугало меня до смерти.

Уходя, он несколько секунд смотрел на Дэмиена, даже присел и что-то сказал, но я не расслышала, но подозревала, что Николай признал, что ему снова нужно уходить.

Хотя я и знала, что я была права, мое сердце болело больше, чем когда-либо прежде. Как будто конец был близок.

Но какой конец?

Я потягивала вино несколько секунд, наконец, заметив, что малыш явно устал. Между солнцем и плаванием я могла сказать, что ему нужно вздремнуть.

Мысль провести ночь без Николая была отвратительна, но я стояла на своем убеждении. Враги проигрывают, когда ты делаешь именно то, чего они от тебя не ожидали.

К сожалению, я знала, что то, что Николай узнал от Таннера, наверняка изменит человека, к которому я привыкла.

Навсегда.

Глава 26

Николай

Женщина была чертовски гениальна, ее стратегическая идея была одной из лучших, которые я когда-либо слышал, не говоря уже о том, чтобы использовать. Пока я все это время упивался жалостью к себе и яростью, я забыл все, чему меня научил отец.

Я подозревал, что Вадим и Александр поступили так же.

Как эта женщина могла так чертовски легко внести ясность? Я был поражен.

Я восхищался ею.

Смех вырвался из моего горла. Звук был почти горьким, но я определенно не чувствовал к ней никакой обиды, только обожание за ее глубокие мысли и помощь мне вытащить голову из задницы.

Наконец я позволил воде течь мне на голову, надеясь, что это хотя бы частично очистит мою душу.

Как будто это возможно.

Столько всего нужно было сделать, все еще беспокоясь, что я не был уверен, кому можно доверять. Да, у меня было несколько людей без семей, как Дэнни и Максим. Враг не сможет добраться до них, но как насчет рядовых?

Единственное, что было в этой теории, так это то, что мало кто из рядовых солдат знал обо мне, режиме или бизнесе. У меня было чувство, что тот, кто это сделал, слишком много знал о том, как управляются организации такого типа.

Что бы это могло значить, если бы я был прав?

Да, это потребовало бы интенсивного планирования, и было еще много неизвестного, включая то, с кем, черт возьми, мы имеем дело, но я действительно поверил в то, что она сказала о Таннере, предпочитающем отрезать себе правую руку. Может быть, поэтому я впал в состояние такого полного шока.

Становлюсь слабым.

Христос.

Я был полностью противен себе.

Одежду я бросил. Душ был быстрым, но я оттер кровь, покрывавшую часть моих рук и шеи. Тяжело. Наблюдая, как красное завихряется в сливе, я положил руки на стенку душа.