Бретонская колдунья

Галанина Юлия Евгеньевна

– А может, и госпожа Изабелла нагрянет… Вот скандалу-то будет! Госпожа Жанна не зря нас раньше не дергала: так бы и дала ей госпожа графиня лучший шелк по ветру пускать. А теперь госпожа Изабелла занята… И такое обилие рукавов у дочки будет на турнире для нее бо-о-ольшим сюрпризом, вот увидите! Она эти шелка хотела на выходное платье пустить, а мы крайними будем!

Уныние облаком нависло над комнатой. Казалось, девушки шьют не воздушные одеяния, а грубые паруса. Почему-то ломались иголки, рвались нитки, и работа двигалась вперед черепашьими шажками. Низко склонив головы над ненавистной работой, камеристки

молчали.

* * *

– Пресвятая Анна! Глазам не верю – целая куча скромных овечек шьет и молчит! Чур меня, чур! Это колдовство! – раздался знакомый веселый голос.

Как по команде подняв головы, девушки увидели удобно расположившегося на подоконнике фокусника с объемной корзинкой в руках. От неожиданности они побросали шитье и с визгом кинулись врассыпную.

Но бежать было некуда: Жанна лично заперла дверь, и камеристки сгрудились в самом дальнем от окна углу комнаты. Все, кроме Жаккетты, сразу узнавшей своего постояльца Франсуа.

– Чего вы? – крикнула она подругам, спокойно продолжая шить. – Это ведь фокусник, ему раз плюнуть.

– Моя маленькая швея, меня восхищает твоя слепая вера в мои безграничные возможности, но увы… Это не чудо, а работа моих же бедных, усталых конечностей! – отозвался с окна Франсуа и спрыгнул на пол.

– Я надеялся на более теплый прием. Ведь, кроме того, что я доставил вам счастье лицезреть меня, я также доставил подкрепление для ваших голодных животиков…

Услышав последние слова, девушки с точно таким же визгом кинулись обратно.

Франсуа с блаженным видом принимал их восторги и подставлял щеки для поцелуев.

Через минуту все рукава были скинуты со стола, и на их месте развернулся веселый пир. Горести вмиг забылись и жизнь опять стала прекрасной!

Фокусник королем сидел в торце стола и, подкрепляя свои слова винцом прямо из фляжки, рассказывал:

– Эти утром я проснулся, томимый двумя нуждами. Первую я скромно опускаю, нечего про малую нужду распространяться, тем более, что я давно ее справил. А вот вторая нужда была куда величественней: восславить доброту приютившей меня Жаккетты! Но принцессы не было в замке, и кровать ее давно успела остыть…

– Держать ночью надо было крепче! – ввернула пришедшая в прежнее жизнерадостное состояние Маргарита.

– Милая дама, Вы меня обижаете! Я честно предложил Жаккетте галантный турнир, но она отказалась, слава Богу, чему я был очень рад, так как сил поднять копье у меня не было… Увы! Но сегодня я грозный боец и предлагаю все желающим дамам поединок во имя Любви! Это к слову, а наша баллада продолжается. Томимый голодом я спустился в кухонный рай, где добрая женщина по имени Франсуаза поведала мне грустную историю, о том, как злой дракон похитил и заточил в неприступную башню пять наипрекраснейших дев. Мое горячее сердце не могло не возмутиться такой несправедливостью и, подкрепившись восхитительным местным блюдом – бобами с «гасконским маслом» – я преисполнился решимостью проникнуть в цитадель и спасти плененных дев от тоски и голодной смерти. К Вашим услугам, прекрасные дамы, я – Ваш преданный рыцарь и трубадур:

Боярышник листвой в саду поникГде донна с другом ловят каждый мигВот-вот

рожка раздастся первый клик!Увы, рассвет, ты слишком поспешил… [9]

Я хотел бы усладить Ваш слух подобными балладами и канцонами [10] , но, увы, цитра в корзину не влезла. Позвольте же стать Вашим менестрелем и развлечь вас прелестной и поучительной историей о Флуаре и Бланшфлер! Берите-ка в свои крохотные проворные пальчики иголки и разрешите покорному слуге занять вон ту симпатичную подстилку.

9

Перевод В. Дынник

10

Кансона или канцона – песня-посвящение Прекрасной Даме

– А что сегодня в театре будет? – спросила Аньес, опять загружая стол шитьем.

– О! Сегодня мы продолжим пьесу о Ливистре и Родамне, и там я буду играть далеко не последнюю роль. Советую посмотреть – король бы не отказался!

Франсуа растянулся на коврике в углу, где громоздились кучи лоскутов, подложив под голову мешок с тряпьем.

– Ну да! – отозвалась Маргарита. – Король, может, и не отказался, а мы от силы семь рукавов сделали. Еще больше двадцати осталось. Не успеем.

– С такой прекрасной историей, как моя?! – возмутился фокусник. – Вы и опомниться не успеете, как нашьете платьев на всю округу! Это вам не какое-нибудь простонародное фаблио [11] , а настоящий благородный рыцарский роман!

– Ух ты! – воскликнула Бриджитта. – Я страсть как люблю такие романы слушать. Сразу представляешь себя королевой или там прекрасной дамой, и рядом красавчик рыцарь в разноцветных перьях, совсем как мессира де Риберака на прошлом турнире!

11

Фаблио – средневековый народный рассказ, новелла

Она приложила к себе белое платье, к которому пришивала рукав, и, подражая походке мадам Изабеллы, павой прошлась по комнате.

– А по мне лучше простые истории… – пробурчала себе под нос Жаккетта. – Веселей слушать, а в этих романах одни вздохи, да слезы рекой!

Но ее никто не услышал.

– В давние-давние времена жила-была в Риме благородная супружеская пара, – начал свой рассказ Франсуа. – Все у них было: и любовь, и достаток, но не имели они детей. И печальные муж с женой уже готовились встретить одинокую старость…

– Бедненькие-е… – шмыгнув носом, прошептала Аньес. – И то правда, счастье не счастье без детишек.

– Но однажды супругам было чудесное видение: во сне к обоим спустилась с золотого престола Пресвятая Дева, протянула им прекрасную белую розу и сказала: «Если вы совершите паломничество к святому Жаку в Компостеллу, то он даст вам дитя!» А когда они проснулись, то увидели, что на розовом кусте, стоящем на окне спальни, распустилась белая роза! Возблагодарив Господа и Деву за это чудо, супруги с небольшой свитой присоединились к паломникам, идущим в Компостеллу.