Бред Тьюринга
Шрифт:
Его мать работает у очень богатых людей. В их нищей стране есть и те, кто живет, как живут в США, стране изобилия и материальных благ.
Его младший брат Эстебан не ходит в школу. Он помогает отцу ставить заплатки на шины. Иногда он моет машины на Главном бульваре.
В разбитые окна их дома всю ночь задувает ветер.
Мы поговорим об этом завтра, говорит Кандинский. Фибер вздыхает с облегчением. Он знает, что это значит.
Расположенный на площади Энклаве институт представляет собой унылое трехэтажное здание. Некогда в нем находились офисы "Эль Посмо" (тогда газета еще называлась "Тьемпос модерное"); низкие потолки, потрескавшиеся стены, замусоренные грязные лестницы. Стационарные компьютеры работают медленно,
Его товарищи – хакеры средней руки. Они пользуются бесплатными телефонными линиями, заходят на порносайты, торгуют нелегальными компьютерными программами, снимают деньги со случайно подвернувшихся кредитных карт. Эти ребята делятся с ним своим опытом, когда же он невольно обнаруживает, что знает гораздо больше, чем они, на него начинают смотреть с подозрением. Но это не важно: ему не нужны друзья; он уже решил бросить институт в конце этого семестра. Его курсовая работа – программа, предполагающая нелегальный доступ к кодам частных счетов; он рассудил, что поток информации в сети должен быть свободным, и поскольку секретные коды этому препятствуют, следует их взламывать. Его вызвали в кабинет ректора, который сказал: "Сынок, мы не готовим информационных пиратов". На следующий день Кандинский был отчислен из института. Фиберу Ауткасту не пришлось утешать его – он был счастлив.
Первым делом Фибера и Кандинского было проникновение на сайт одной из частных компаний и кража паролей ее руководства. Они сделали это из Интернет-кафе, которое принадлежало одному из приятелей Фибера. На грязных окнах были налеплены объявления о частных уроках работы на компьютере. Приятель Фибера получил несколько песо и посадил их за компьютер, стоявший в самом дальнем углу комнаты. Фибер напомнил: ты кое-что знаешь о программировании. Кандинский принял эти слова к сведению и с жаром принялся за дело. Знаки на экране казались ему осязаемыми.
После первого успеха Кандинский почувствовал себя настоящим взломщиком: он сталзаходить с компьютера на компьютер в поисках подходящей добычи, стараясь не позволять эмоциям захлестнуть его, заставляя себя сохранять спокойствие.
С кражами было покончено: зачем подвергать себя физическому риску. Простым нажатием клавиш он выводил на экран магические знаки, позволявшие украсть на расстоянии; с компьютера, арендованного всего на несколько часов, можно было узнать жизненно важную информацию: номера кредиток, банковских счетов, страховок. Цифры, цифры и еще раз цифры, которыми можно пользоваться, обходя закон.
Фибер Ауткаст похлопывает его по плечу и говорит, что он станет по меньшей мере одним из самых лучших хакеров. Кандинскому нравится звучание этого магического слова: "хакер". Оно означает ум, опасность, вседоступность. Злоупотребляя достижениями высокой технологии, хакеры создают собственные секретные программы. Они действуют на территории, запрещенной законом, но могут легко обвести власти вокруг пальца. Возможно, это и будет его жизнью.
В полдень, вернувшись домой, он встречает в дверях отца. В руках у него письмом из школы. За постоянные прогулы дирекция решила его отчислить. Отец в бешенстве: разве он не был лучшим учеником? А теперь он не будет ходить в школу? Что случилось?!
Кандинский не находит подходящих слов, чтобы все объяснить.
Мать режет лук в кухне. Он не смеет поднять на нее глаза. Избегает смотреть в ее сторону. Боится увидеть в ее глазах разочарование.
Уходит в комнату, в которой живет вместе с братом. Эстебан читает книгу, взятую в муниципальной библиотеке, биографию какого-то лидера Рабочей партии. Он очень смышленый
Зачем продолжать врать. Родители видят в нем воплощение своих надежд, того, кто сможет обеспечить им достойную старость… Наверное, сейчас лучше скрыться, уйти…
Кандинский молча выходит из дома, сопровождаемый бранью отца и всхлипываниями матери. Пугая голубей, он пересекает парк, проходит мимо шумной ватаги студентов Сан-Игнасио, сидящих на скамейке перед колледжем. Дом, парк и школа остаются в прошлом…
Глава 7
На закате, после долгого рабочего дня, ты, как обычно, пересекаешь на своей золотистой "королле" улицу Бэкона, между делом думая об Уильяме Дэвиде Фридмэне, [17] американском криптоаналитике, который нашел в тексте Шекспира скрытую ссылку на цитату из Фрэнсиса Бэкона. И еще Фридмэну удалось раскрыть немецкий код "Пурпура", один из самых запутанных и сложных за время Второй мировой войны. "Я не случайно езжу по улице Бэкона", – шепчешь ты и чуть было не проезжаешь перекресток на красный свет.
17
Уильям Фридмэн – с конца 1921 года главный криптоаналитик военного министерства США. Вскрывал шифры Германии и Мексики для армии США, выявлял антибританских агентов в Северной Америке.
Густые сумерки окутывают улицы, время от времени в каком-нибудь из домов зажигается окно; такси с горящими огоньками пересекают проспект со свирепым треском… Рио-Фугитиво страдает от нехватки электричества. Прошли хорошие времена. Город вырос так стремительно, что не успели возвести новые линии электропередачи. "Глобалюкс" был близок к решению этой проблемы, но доверие к этой компании быстро сошло на нет: отключения света без предупреждения, постоянные перепады напряжения, это скандальное повышение тарифов… Впервые протест объединил горожан самых разных сословий. Был ли недостаток электроэнергии толчком к падению Монтенегро? Забавно; и это после того, как он заморочил всем головы, да еще так близко к концу его президентского срока…
Ты кладешь в рот мятную жевательную резинку "Аддамс". К счастью, еще два квартала, и можно будет расслабиться. Раздевшись под покровом ночи, со стаканом виски в руке, ты включишь телевизор; тебе захочется, чтобы время замедлило свой бег и секунды застыли. Карла, Карла, Карла… И будут тени на стенах, тени, обволакивающие, умиротворяющие.
Это не в первый и не в последний раз, шепчешь ты, нажимая на акселератор. Иногда тебе хочется совсем потерять способность думать. Помешать течению мыслей, которые не оставляют тебя, лишая сил. Ты желаешь быть свободным, не думать ни о чем, перестать исступленно выстраивать эти цепи ассоциаций, создавать, по сути, иную реальность. Ничего лишнего – когда-то ты хотел сделать эту фразу своим девизом; теперь же тебе больше подходит другой: мышление излишне. Карла, Карла, Карла… Кто бы мог подумать…
Стоянка расположена в смежном здании. Всего четыре машины – сегодня спокойная ночь. Ты выплевываешь жевательную резинку на пол. На влажной стене видишь рекламный плакат "Грузовики "Форд". Анаграмма первого слова: "Путь". А вот и очевидный знак: среди этих восьми букв ты видишь также слово "Каин". [18] С детских лет ты чувствовал, что мир определенным образом говорит с тобой – в любом месте и в любое время. За последние несколько месяцев это ощущение усилилось; сейчас ты не можешь пропустить ни одного знака или слова, не подумав о них как о неких кодах, секретных структурах, которые должны быть немедленно расшифрованы.
18
"Грузовики Форд" – "Camioncs Ford". El Camino – дорога, путь (исп.).Cain – Каин.