Братство

Боуден Оливер

– Он... он... сказал правду.

Чезаре ударил ее наотмашь.

– Почему я об этом не знаю?

– Ты уехал... он решил действовать... он боялся Ассассинов...

Чезаре еще раз ударил сестру.

– Ты заодно с ним!

– Нет! Нет! Я думала, он сообщил тебе!

– Лгунья!

– Я говорю правду. Я, правда, думала, что ты знаешь или, по крайней мере, узнаешь довольно скоро о том, что сделал отец.

Чезаре еще раз ударил ее, так сильно, что девушка упала.

– Чезаре!
– воскликнула она, задыхаясь, в ее глазах смешались страх и паника.
– Ты сошел с ума? Это же я, Лукреция! Твоя сестра! Твой друг! Твоя любовница! Твоя королева!
–

Она поднялась и робко коснулась его щеки. В ответ Чезаре схватил ее за горло и стал трясти.

– Ты сука!
– он наклонился к ней ближе.
– А теперь скажи, - продолжил Чезаре, в голосе его звучала угроза.
– Где. Яблоко?

Когда Лукреция ответила, борясь с тошнотой, в ее голосе звучало недоверие.

– Ты... никогда меня не любил?

Чезаре отпустил ее горло и ударил сестру кулаком в лицо.

– Где Яблоко? Яблоко!
– заорал он.
– Говори!

Она плюнула ему в лицо, Чезаре схватил ее за руку и швырнул на пол, а потом принялся грубо пинать ногами, раз за разом повторяя свой вопрос. Эцио силой заставил себя не вмешиваться, он был сильно потрясен увиденным. Но Ассассин хотел услышать ответ.

– Хорошо! Хорошо!
– дрожащим голосом воскликнула девушка.

Чезаре поставил ее на ноги, Лукреция шепнула ему что-то на ухо, к невероятному разочарованию Эцио.

Довольный Чезаре оттолкнул ее.

– Правильное решение, сестричка.

Она вцепилась в него, но Чезаре снова с отвращением оттолкнул сестру и вышел из комнаты.

Как только он ушел, Эцио перегнулся через окно и впрыгнул в комнату рядом с Лукрецией, которая, совсем упав духом, медленно сползла по стене на пол. Эцио присел рядом с неподвижным телом Родриго и пощупал пульс.

Ничего.

– Покойся с миром, - прошептал Эцио, встал и повернулся к Лукреции. Она посмотрела на Ассассина и горько улыбнулась.

– Ты был здесь? Все это время?

Эцио кивнул.

– Хорошо, - кивнула она.
– Я знаю, куда пошел этот ублюдок.

– Ты скажешь, куда?

– С удовольствием. В собор Святого Петра. В павильон во дворе...

– Спасибо, госпожа.

– Эцио...

– Да?

– Будь осторожен.

ГЛАВА 44

Эцио бросился по Пассетто ди Борго, проходу, идущему через район Борго и связывающему замок Сант-Анджело с Ватиканом. Он хотел, чтобы рядом был кто-нибудь из его людей, или, чтобы хотя бы было время найти лошадь, но обстоятельства складывались таким образом, что ему пришлось, словно на крыльях, бежать. Стражники, которые оказались у него на пути, разлетелись в разные стороны.

Оказавшись в Ватикане, Эцио кинулся к павильону во дворе, о котором сообщила Лукреция. Теперь, когда Родриго умер, оставался шанс, что у Борджиа не будет влияния на нового Папу, потому что Коллегия Кардиналов (кроме тех, что были подкуплены Борджиа) была сыта ими по горло и люто ненавидела эту иностранную семью.

Но сперва ему нужно было остановить Чезаре прежде, чем тот доберется до Яблока и сумеет воспользоваться его силой и, Эцио смутно понимал желание противника, вернуть те земли, что потерял.

Пришло время нанести врагу решающий удар. Сейчас или никогда.

Эцио ворвался во двор и обнаружил, что тот пуст. В центре двора не было обычного фонтана. Вместо него стояла большая скульптура из песчаника, изображавшая сосновую шишку, стоявшую на постаменте в каменной чаше. Высотой она была около десяти футов. Эцио осмотрел залитый солнцем двор, свет, отражавшийся от голого белого пола, слепил глаза. Во дворе не было колоннады,

а стены окружающих двор зданий не были крашены. Лишь высоко, почти под крышей, были видны ряды узких окон, и на каждой стороне двора на уровне земли была дверь. Все три были заперты. Место выглядело очень просто.

Эцио повернулся к сосновой шишке и подошел ближе. Внимательно приглядевшись, он увидел узкую щель между верхушкой шишки и основной ее частью. Щель эта бежала по окружности. Взобравшись на постамент, Эцио, придерживаясь одной рукой за шишку, осторожно обошел вокруг, стараясь нащупать скрытую кнопку, которая открыла бы тайник.

Есть! Нашел. Эцио нажал на нее, верхняя часть шишки откинулась на бронзовых петлях, которые не были заметны снаружи. В центре шишки была полость, и Эцио увидел лежавший там мешочек из темно-зеленой кожи. Он развязал шнурок. Слабое свечение, льющееся изнутри, подтвердило его надежды - он нашел Яблоко!

Сердце его тревожно билось, когда он вытаскивал мешочек - он знал Борджиа, и гарантий, что внутри не окажется мины-ловушки, не было. Но он решил рискнуть.

Но где же Чезаре? Он, без сомнения, выехал сюда на лошади и опережал Эцио на несколько минут.

– Я заберу его, - сообщил холодный жестокий голос из-за спины Ассассина. Не выпуская мешочек из рук, Эцио спрыгнул вниз и повернулся лицом к Чезаре, который вошел через дверь в южной стене вместе с отрядом гвардейцев. Солдаты развернулись веером по двору, окружая Эцио.

Эцио подумал, что Чезаре вряд ли рассчитывал встретить здесь конкурента. Поэтому и решил сперва организовать прикрытие.

– Попробуй забрать, - усмехнулся Ассассин.

– Зачем эти игры, Эцио Аудиторе? Ты слишком долго безнаказанно пытался мне мешать. Но теперь все закончится. Я убью тебя своими руками.

Он обнажил современную чиавону с плетеной рукоятью и шагнул к Эцио. Но внезапно лицо его посерело, он схватился за живот, едва не выронив меч, ноги у него подкосились. Слабое противоядие, с облегчением подумал Эцио.

– Стража!
– прохрипел Чезаре, пытаясь устоять на ногах.

Гвардейцев было десять, пятеро - с мушкетами. Эцио увернулся от выстрелов, пули чиркнули по полу и стенам. Ассассин укрылся за постаментом. Вытащив один за другим отравленные дротики, Эцио выскочил из укрытия, бросая в противников отравленное оружие. Люди Чезаре не ожидали сопротивления и в недоумении смотрели, как Эцио кидает дротики. Первые трое умерли через три секунды, едва яд попал в кровь. Один из мушкетеров швырнул свое оружие в Эцио, но тот увернулся, и мушкет, вращаясь, пролетел у него над головой. Ассассин кинул еще два дротика, и мушкетеры рухнули на землю. Времени на то, чтобы, как и советовал Леонардо, забрать дротики, не было. Пятеро мечников (полагавших, что их товарищи справятся с Ассассином), оправились от шока, окружили противника и обнажили тяжелые фальчионы. Но мечи были слишком тяжелы для фехтования, поэтому Эцио легко, словно танцуя, уходил от неуклюжих ударов и бил стражников в ответ отравленным клинком и собственным мечом. У него не было времени долго и красиво сражаться, поэтому техника боя Эцио была простой и эффективной. Он отбивал удар своим мечом, а потом наносил удар отравленным клинком. Первые два безмолвно упали на пол, и остальные решили атаковать одновременно. Эцио сделал пять шагов, отступая, и сделав широкий замах, кинулся на ближайшего противника. Оказавшись рядом, Эцио упал на землю, уворачиваясь от меча стражника. Резанув врага по бедру, Ассассин прокатился дальше, к оставшимся гвардейцам и рубанул мечом по сухожилиям ног. Оба противника закричали от боли и упали на землю.