Братство Кольца

Толкин Джон Рональд Руэл

Проснулся Фродо глубокой ночью. Другие хоббиты спали. Эльфов не было. Сквозь листья тускло просвечивал серпик старой луны. В безветрии снизу до него донесся грубый смех и слитный топот. Несколько раз лязгнул металл. Звуки удалялись в глубь леса.

Неожиданно над люком флета появилась голова эльфа в капюшоне. Обеспокоенный Фродо сел.

– Что там?
– спросил он.

– Ирч!
– свистящим шепотом произнес эльф единственное слово, быстро втягивая на флет веревочную лестницу.

– Орки?
– скорее догадался, чем понял Фродо.
–

Что они делают?

Но эльф, не ответив, исчез в ветвях.

Внизу было уже тихо. Даже пороги, казалось, звучали приглушенно. «Хороши бы мы были на земле, - подумал Фродо.
– Но ведь у орков чутье хорошее, да и лазить они умеют». Он осторожно достал из ножен Шершень. Клинок горел синеватым огнем, на глазах остывая, и вскоре погас совсем. Однако ощущение близкой опасности почему-то не спешило уходить, скорее, наоборот, Фродо ощущал нарастающее беспокойство. Он привстал, на четвереньках подобрался к отверстию и стал всматриваться вниз. У подножия дерева, далеко внизу, что-то происходило.

«Это не эльфы, - думал Фродо, - их не услышишь. А тут вроде как принюхивается кто». Теперь уже Фродо был уверен, что кто-то поднимается по стволу вверх. Незнакомец дышал тяжело, явно стараясь не шуметь. Фродо, свесившись вниз, вдруг увидел два бледных горящих глаза, устремленных на него. В этот же миг неясный серый силуэт метнулся вокруг ствола и исчез.

Через мгновение появился Хэлдир. Он просто пришел по ветвям.

– На дерене кто-то есть, - сообщил он.
– Это не орк, он удрал слишком ловко, орки так не могут. Хоббиты, наверное, тоже?
– полувопросительно добавил он.
– Стрелять нельзя. Эта банда пока недалеко, не стоит поднимать шум. Орков много прошло. Они перешли Нимродель, чтоб у них лапы их грязные отсохли! Под деревом принюхивались. Нам втроем с сотней не справиться, вот мы и пошли перед ними, заманивая подальше. Орофин предупредит наш народ. Из Лориена до сих пор ни один орк не выходил. Завтра же северную границу закроют, а нам с рассветом идти на юг.

На рассвете хоббиты проснулись с ощущением ясного летнего утра. Голубое небо виднелось в просветах ветвей. На юге перед Фродо лежала долина Серебрени, вся в красноватом золоте мерно колышущихся лесов.

Рано утром отряд снова был в пути. Теперь вели Хэлдир и его брат Румил.

– Прощай, милая Нимродель!
– певуче воскликнул Леголас.

Фродо оглянулся, и среди серых стволов ему блеснуло пятнышко белой пены.

– Прощай, - пробормотал и он, думая о том, что вряд ли есть на свете еще хоть одна река с таким чарующим голосом.

Тропа по-прежнему вела их вдоль берега Серебрени. На земле попадались отпечатки орочьих сапог. Но скоро Хэлдир срезал какой-то знакомый ему угол и остановился на берегу.

– Здесь нас ждут, - сказал он и позвал мелодичным птичьим посвистом.

На той стороне из зарослей вышел эльф в сером плаще, с сияющими на солнце золотыми кудрями. Хэлдир ловко перебросил ему конец веревки, моток которой носил на поясе. Заречный эльф поймал и закрепил конец.

– В этом месте, как видите, Келебрант уже серьезная река, - промолвил Хэлдир.
– Здесь глубоко, течение быстрое, а

вода холодная. Теперь мостов нет. Мы переходим вот так.
– Эльф захлестнул свой конец веревки вокруг мощного ствола, и легко, словно в танце, перебежал на другую сторону.
– Идите за мной!
– позвал он.

– Я - то пройду, - ответил ему Леголас, - но остальным это вряд ли удастся. Им что, плыть?

– Нет!
– рассмеялся Хэлдир.
– Сейчас мы протянем еще две веревки, повыше и пониже, тогда чужеземцы смогут пройти.

Когда простой мост был готов, отряд принялся переправляться. Из хоббитов отличился Пиппин, быстро перешедший реку, придерживаясь одной рукой за перила. Он ни разу не взглянул под ноги. Сэма пришлось ждать долго. Он едва полз, подолгу не мог отпустить веревку, чтобы перехватиться руками, и как завороженный, неотрывно смотрел на воду внизу.

Когда он оказался на другом берегу, все облегченно вздохнули.

– Век живи, век учись, - нетвердым голосом просипел Сэм, - как любил говаривать мой старик. Оно конечно, он при этом про садоводство думал, а не про то, чтобы, значит, на насесте спать или, там, по-паучьи ползать. Даже мой дядюшка Энди таких штуковин не выкидывал.

Наконец весь отряд оказался на восточном берегу. Эльфы смотали две веревки, а Румил, возвращавшийся на талан, вытащил третью, быстро свернул в бухту, повесил на плечо и, махнув рукой, скрылся в лесу.

– Теперь мы на внутренних землях Лориена, - сказал Хэлдир.
– Чужеземцы здесь не бывают. Для вас сделано исключение, но гному я по уговору должен завязать глаза. Остальные пока могут идти так.

Гимли фыркнул.

– Я об этом не уговаривался. Я не пленник и не шпион. Мой народ никто не заподозрит в связях с Врагом. И с эльфами мы не враждовали. Если ты боишься раскрывать мне ваши тайны, так я не опаснее остальных.

– Я не подозреваю тебя ни в чем, - терпеливо сказал Хэлдир, - но таковы законы нашего края. Не я их создаю, не мне их и менять. Я и так сделал слишком много, позволив тебе ступить на землю за Келебрантом.

Но Гимли уперся.

– Я пойду свободно или уйду домой и сдержу слово, даже если сгину в глуши.

– Ты не можешь уйти, - вздохнул Хэлдир.
– С того места, где ты стоишь, у тебя лишь один путь - предстать перед нашими владыками. Только они теперь вольны позволить тебе уйти или остаться. За рекой наши сторожевые посты. Ты даже не успеешь понять, почему умер.

Гимли потащил топор из-за пояса. Эльфы неторопливо, но все равно очень быстро натянули луки.

– Чтоб им пусто было, этим твердолобым гномам!
– в сердцах воскликнул Леголас.

– Эй!
– вмешался Арагорн.
– По-моему, отряд веду я. Гному, конечно, нелегко снести такое отношение к себе. Я предлагаю завязать глаза всем, и Леголасу в том числе. Так будет справедливо, хотя и сделает наш путь скучноватым, да и времени он займет больше.

Гимли неожиданно расхохотался.

– Представляю, какими дураками мы будем выглядеть!
– гоготал он.
– А Хэлдир, значит, у нас поводырем будет? Ладно, не надо всем. Я согласен, если один Леголас разделит со мной компанию.