Брат Волк
Шрифт:
Хорд вскочил на ноги.
– Но это действительно безумие! – вскричал он. – Я здесь самый сильный! Позволь мне отправиться к Священной Горе и спасти мой народ!
– Но ты же не Слушающий! – не выдержал Торак.
– А ты помнишь вторую часть пророчества? – спросила у него Саеунн своим резким голосом старого ворона. – «Слушающий отдаст кровь своего сердца Священной Горе». Сможешь ты это сделать? Торак покачнулся, но сказал:
– Смогу, если понадобится.
– Но ведь можно и по-другому! – воскликнул Хорд. –
По толпе пролетел шелест одобрения. Фин-Кединн поднял руку, призывая всех к молчанию, и обратился к Тораку:
– Но ведь раньше ты говорил, что ты никакой не Слушающий! Почему же теперь ты так горячо утверждаешь обратное?
Торак надменно вскинул голову:
– Этот медведь убил моего отца! Он был создан, чтобы убить его!
– Так, значит, ты просто отомстить ему решил? – насмешливо фыркнул Хорд.
– Отомстить – это гораздо больше, чем просто потешить свое тщеславие, – презрительно бросил Торак и повернулся к Фин-Кединну. – Мне все равно, будете ли вы считать меня «спасителем народа». Да и какой народ я должен спасать? Я никогда даже знаком не был ни с одним человеком из своего племени. Но я поклялся отцу, что найду Священную Гору. И я сдержу свое слово.
– Мы зря теряем время! – крикнул Хорд. – Отдайте Нануак мне, и я все сделаю, как надо!
– А как надо? – тихо спросил кто-то.
Это была Ренн.
– Как, например, ты найдешь Священную Гору? – спросила она.
Хорд смутился.
А Ренн встала и как ни в чем не бывало продолжила:
– Говорят, это самая дальняя вершина в северной части Высоких Гор. Ну хорошо, предположим. Вот мы сейчас находимся как раз у подножия этих северных гор. Ну и где же она? – Ренн развела руками. – Я что-то ее не вижу. А ты? – и она повернулась к Хорду.
Тот скрипнул зубами: ответить ему было нечего. А Ренн обратилась уже к Саеунн:
– А ты ее видишь? Ты знаешь, где она находится? Нет? А ведь ты наша колдунья! – И Ренн спросила у Фин-Кединна: – А ты знаешь?
– Нет, – честно ответил вождь.
И Ренн, ткнув пальцем в Торака, сказала:
– Даже он этого не знает! А ведь он – Слушающий! – Она помолчала. – Но ведь кому-то наверняка это известно! Кто-то хорошо знает путь туда! – Она смотрела прямо на Торака, она прямо-таки сверлила его глазами.
И он догадался. Умница Ренн! И пока не упущена эта возможность…
Он поднес руки ко рту и завыл.
Толпа дружно охнула. Многие затаили дыхание от страха. А собаки тут же подняли дикий лай.
А Торак снова призывно завыл.
И вдруг какая-то серая стрела мелькнула у людей меж ног и подлетела прямо к нему.
Люди что-то испуганно бормотали, указывая на Волка; а собаки совсем взбесились, так что их пришлось отогнать прочь. И лишь какой-то малыш весело смеялся при виде пушистого серого волчонка.
Торак
Когда шум утих, Торак поднял голову.
– Только мой Волк может найти Священную Гору, – твердо заявил он, обращаясь к Фин-Кединну. – Это он все время вел нас. И лишь благодаря ему мы сумели найти все три части Нануака.
Вождь племени Ворона задумчиво гладил рыжую бороду.
– Прошу тебя, отдай Нануак мне, – взмолился Торак. – Позволь мне отнести его Великому Духу. В нем наша единственная надежда на спасение!
Костер вдруг принялся трещать и плеваться: в него с ближайшей ели упал большой ком снега. Люди Ворона молча ждали решения своего вождя.
А Фин-Кединн все гладил бороду и молчал.
– Хорошо, – сказал он наконец, – мы дадим тебе еду и одежду, необходимые для столь трудного похода. Когда ты намерен выйти в путь?
Торак, вздохнув с облегчением, быстро глянул на Ренн. Она коротко кивнула ему. Хорд попытался громко протестовать, но Фин-Кединн одним взглядом остановил его и снова спросил у Торака:
– Когда собираешься выйти в путь?
Торак судорожно сглотнул и пробормотал:
– Хм… Завтра?
Глава 29
Итак, утром они с Волком должны вновь углубиться в Лес, где рыщет страшный безжалостный зверь, а он, Торак, не имеет ни малейшего представления о том, как ему следует действовать дальше.
Ну доберутся они до Священной Горы, и что? Просить Великого Духа уничтожить медведя? Или, может, самому с ним сразиться?
Торак пребывал в полной растерянности.
– Тебе новые башмаки нужны или твои старые починить можно? – грубо прервала его размышления жена Ослака.
Она снимала с Торака мерку для зимней одежды.
– Что? – не сразу сообразил Торак.
– Башмаки, – устало повторила она.
Торак заметил у нее на щеках отметины, сделанные речной глиной. Он чувствовал, что явно злит эту женщину, что ей неприятно с ним разговаривать. Но почему?
– Я привык к своим башмакам, – сказал он. – Не могла бы ты…
– Починить их? – Она фыркнула. – Да уж небось справлюсь!
– Спасибо, – кротко поблагодарил ее Торак. И посмотрел на Волка, который жался в углу, нервно прижимая уши.
Жена Ослака куском швейной жилы обмерила То-раку плечи и удовлетворенно хмыкнула.
– Что ж, как раз будет! – непонятно пробормотала она. – Ладно, садись. Да сядь же!
Торак послушно сел, глядя, как она завязывает узелки, помечая необходимые размеры. Глаза у нее слезились, и она все время моргала. Заметив, что он наблюдает за ней, она рассердилась:
– Что смотришь?