Брачные узы
Шрифт:
Прошли с Виталиком на свои места. Он протянул мне поп-корн. Свет погас и начался фильм. Едва следила за сюжетом. Посмотрела на своего спутника. Он был увлечен триллером. Испуганно вжался в кресло и не притронулся к закуске. Я успокаивающе похлопала его по ладони. Виталик повернулся ко мне и улыбнулся. Набрал целую горсть поп-корна и стал по одному забрасывать в рот. Усмехнулась. Кажется, сегодня я не только весь день, но и весь вечер пробуду нянечкой.
Глава 15.
Юра занес спящего Мишу в квартиру. Я плелась следом. Совсем не было сил. Чувствовала себя такой опустошенной, такой униженной. Медленно снимала куртку. Все тело ломало. Была разбита на тысячи осколков и каждый из них изнывал от боли.
Пока копалась в прихожей, Юра успел вернуться из комнаты Миши.
— Уложил, — прошептал он, — ты сними с него одежду минут через десять, а то сейчас разбудим.
Я прислонилась к шкафу. Подняла на Юру тяжелый взгляд.
— Спасибо тебе. За все, — повторила в очередной раз.
— Не за что, Катя, — ответил сосед. Его голос сквозил теплотой и сожалением. — Ты справишься сама?
— Да, конечно. Не переживай за меня, — старалась произнести это уверенно.
— Я позвоню, — сказал Юра и вышел из квартиры.
Закрыла за ним дверь и прошла в комнату сына. Присела на краешек дивана. Стала осторожно снимать с Миши одежду.
Делала все на автомате. Перед потупленным взором мелькали обрывки сегодняшнего дня. Подсознание вновь и вновь прогоняло передо мной мучительные картинки. Заставляло свыкнуться с новыми обстоятельствами.
Не могла больше ничего чувствовать. Превратилась в комок натянувшихся нервов и нескончаемой, непреодолимой боли.
Укрыла Мишу одеяльцем. Опустилась на диван прямо в одежде. Крепко обняла сына, ища рядом с ним успокоения. Закрыла глаза.
Резко подскочила утром. Сердце бешено колотилось в груди. Футболка неприятно липла к телу. Вытерла проступивший на лице холодный пот. Посмотрела на Мишу. Сын раскинул ручки и ножки в стороны. Спит, совсем как Митя…
Поднялась и направилась на кухню. Открыла шкаф в поиске стакана. Увидела большую синюю кружку мужа… Отвела взгляд и набрала воды.
Полезла в аптечку. Нужно выпить лекарство. Душу я унять не могу, так хоть попытаюсь избавиться от боли, раскалывающей голову. Наткнулась на Митины таблетки. Зимой он сильно заболел. А за ним и Мишаня. Целую неделю выхаживала их… Нервно закрыла аптечку и села на стул. Слезы поднялись в глазах.
Вдруг вспомнила про Юру. Стало еще хуже… Бедный! Ему, наверное, сразу пришлось выехать обратно на работу. Как же я разревелась перед ним! Позорище! Какой стыд! Представила себя со стороны, захлебывающуюся, сотрясающуюся рыданиями, и передернулась. Нужно как-то его отблагодарить! Обязательно!
Подумала
— Мама! — позвал Миша.
Глянула на часы. Уже половина десятого. Сегодня долго поспал!
Занялась сыном. В домашних хлопотах боль уходила на задний план. Но стоило сделать перерыв, и она накатывала с новой силой.
Собирала Мишаню на прогулку. Уже надели нужные брюки. День выдался очень солнечным, поэтому искала в шкафу теплую кофту на замену куртке.
Вдруг раздался звонок в дверь. Я выпрямилась и сверлила ее взглядом. Воображение рисовало убитого горем, раскаявшегося мужа. Его опухшие от слез глаза, под ними черные круги после бессонной ночи. И красную, пылающую отметину на щеке.
Быстро преодолела расстояние. Дрожащей рукой открыла замки. Распахнула дверь и замерла, с разочарованием смотря на гостью.
— Вера Вячеславовна, — выдохнула, опомнившись.
— Здравствуй, Екатерина, — сказала она и прошла в прихожую. — Мишенька! — прижала подбежавшего к ней внука.
Я отошла и ждала, пока они поздороваются. Была неприятно удивлена визитом свекрови, которая уже выпустила Мишу из объятий, сняла туфли и прошла в квартиру.
— Взрослым нужно побеседовать, — строго объясняла она, увлекая внука в комнату. Включила ему мультики и прикрыла дверь.
Подошла ко мне ближе, чем я хотела бы ее подпустить. Брови вздернуты в изумлении, взгляд печальный, даже угнетенный.
— Митя мне все рассказал, — тихо сказала Вера Вячеславовна, заглядывая в мои глаза.
Я думала сделать шаг назад, но услышала ее и застыла. Все рассказал?!
— Тебе должно быть очень тяжело, — скорбно приговаривала свекровь. — Если честно, я сама не знаю, как реагировать. — Она приложила руку к сердцу и склонила голову набок.
— Спасибо… за сочувствие, — сбивчиво пробормотала я.
И что мне делать?.. Спасаться бегством от прилива чувств свекрови или собрать волю в кулак и дослушать эту женщину? Говорит, вроде, искренне.
Мы прошли на кухню и сели рядом на стулья. Вера Вячеславовна коснулась моей ладони. Я с трудом скрыла свою растерянность.
— Я в одном уверена: тебе надо отдохнуть. Остаться с мыслями наедине. Перегоревать случившееся… — мягко говорила она.
Комок обиды подкатил к горлу. Насилу сдерживала слезы. Не справилась и быстро утерла глаза.
— Тут вы правы, — я согласно кивнула, опустив взгляд к полу. Переждала накатившие эмоции и подняла к свекрови лицо. — Значит, Митя позвонил вам?
— Да… — протянула Вера Вячеславовна. Задумалась и ответила: — Он подавлен, Екатерина. Ему нелегко…
Я усмехнулась.