Босс моего сердца
Шрифт:
К чему он вообще мне это сказал?
И можно ли мне взять на сегодня выходной? А то чем дальше, тем день страннее становится.
В общем, дальше я стараюсь даже не смотреть в сторону босса.
Как решаю, так и забываю об этом, когда на кассе он протягивает свою карточку для оплаты моей покупки. А стоит мне открыть рот, смотрит так, что я тут же закрываю его обратно. При этом мысленно ругаю себя. С чего я вдруг ведусь на все его закидоны? Пусть он и мой начальник, но и происходящее далеко выходит за рабочие рамки. А потому,
– Вы зачем это сделали? – Останавливаюсь, глядя на него с бушующим негодованием.
Это ведь и впрямь ненормально, что он за меня платит. Тем более у меня для этого муж есть. Да и вина за испорченную блузку лежит на мне. А значит, и оплачивать покупку должна я.
Ещё бы Владислава Владленовича это как-то задело. Как строил из себя ледяную глыбу, полную безразличия, так и продолжает.
– Насколько помню, вы только позавчера жаловались девушкам из бухгалтерии по телефону, что у вас даже на маникюр не осталось денег на карте, а до зарплаты ещё долго, – поясняет. – Или я ошибаюсь? – выгибает бровь.
Не ошибается. Но!
– Вы что, подслушивали?! – возмущаюсь громче прежнего.
– Сложно подслушивать то, чего не скрывают. Говорите тише и вне рабочего места в следующий раз, раз вам не нравятся свидетели.
И я тут же вынужденно глотаю все свои претензии. Прав ведь, чтоб его! Заодно становится понятно, почему он пошёл со мной сюда.
– Все равно не стоило так делать, – ворчу, прежде чем отправиться на выход из торгового центра.
– Так и быть, вычту это из вашей зарплаты, раз вам так принципиально.
Снова останавливаюсь. Оборачиваюсь и смотрю на мужчину с самым мрачным видом.
– Я понимаю, что вы, Владислав Владленович, привыкли к продажным девицам, которые с радостью опустошат ваш кошелёк, но не стоит меня путать с ними. Я не они.
Говорю и тут же кривлюсь, потому что мои слова звучат настолько пафосно и тупо, что саму тошнить начинает. Неудивительно, что и мой босс не проникается таким пояснением.
– Поверьте, Алёна Игоревна, кого кого, а вас я точно никогда ни с кем не спутаю, – усмехается. – Идёмте лучше кофе с пирожными попьём, раз уж мы здесь, – подталкивает в спину в нужную сторону.
И я в очередной раз ловлю себя на мысли, что сегодня что-то странное происходит не только со мной, но и с окружающими. Может, магнитные бури особенно сильны этим днём? Но не спорю. Да и тошнота и впрямь присутствует, так что запить её кофе – самое то. Тем более если вприкуску с моей любимой «Прагой». А вот Владислав Владленович заказывает для себя «Красный бархат». И единственное, в чем у нас совпадают вкусы, – это эспрессо без сахара.
– Приятного аппетита, Алёна Игоревна, – желает начальник.
– Приятного, Владислав Владленович, – чинно-пристойно отзываюсь я, удобнее перехватывая ложку и примериваясь к квадратному куску десерта, думая, с какого угла
Не то чтоб это было важно, но тут своего рода привычка детства: сперва рассмотреть со всех сторон, уже потом начать наслаждаться вкусом. А вкус и впрямь божественный. Тут Владислав Владленович не прогадал, приведя меня в это место. Безумно вкусно! Кажется, я повторяюсь, но и ладно. Просто прикрываю глаза и со стоном удовольствия сую в рот новый кусочек пирожного.
– Начинаю думать, что нам стоило зайти в ресторан, нормально позавтракать.
Едва не давлюсь от подобного комментария. После чего тут же краснею, когда ловлю на себе внимательный взгляд цвета морской волны.
– Простите, – произношу приглушённо, как только проглатываю уже взятый в рот кусочек. – Я…
Не знаю, чем оправдать свою невоспитанность. Ладно бы дома так вела себя, а тут… на людях. Кошмар какой!
Тем удивительней становится ответ моего спутника.
– Никогда не извиняйтесь за то, что вам приносит радость и удовольствие. Намного приятнее наблюдать за тем, как девушка наслаждается едой, чем за тем, как она вынужденно запихивает её в себя.
В очередной раз чувствую, как меня заливает краской смущения. И дальше я действительно просто технично запихиваю в себя сладкое. И зарабатываю при этом ироничную ухмылку, отчего злюсь на себя ещё больше. И опять тянет поплакать. И ещё кусочек пирожного заказать, чтобы заесть стресс. А ещё лучше встать и уйти от сидящего напротив мужчины. Чтобы уже перестал прожигать меня своими нереальными глазами. О которых я почему-то сегодня никак не могу перестать думать. Наверное, потому что это впервые, когда мы оказываемся в столь пикантной ситуации, наедине, да ещё вне рабочего места. И Владислав Владленович смотрит на меня, не отрываясь.
– Что? – не выдерживаю я, откладывая ложку в сторону, несмотря на недоеденный кусок.
Не лезет он в меня больше. Не под таким тошнотворно пристальным вниманием. В том смысле, что тошнить начинает от него. Или просто тошнить. Кофе тоже никак не помогает избавиться от неприятного ощущения. И Владислав Владленович вмиг улавливает во мне изменения.
– Что с вами? – интересуется ответно.
А я и сама объяснить не могу.
– Кажется, пирожное несвежее попалось, – хмурюсь, кладя руку на шею.
И раздумываю, стоит бежать в уборную, или так пройдёт?
Нет, неприятный ком в горле растёт. И я все-таки не выдерживаю, поднимаюсь и, извинившись перед своим спутником, спешу поскорее добраться до уборной. Очень вовремя, потому что едва я переступаю порог, как все съеденное уже точно просится наружу. Я даже кабинку не закрываю за собой, настолько не до того становится. Падаю на колени, тут же избавляясь от лишнего. Снова и снова, пока без сил не сажусь окончательно на пол, спиной опираясь на перегородку и тяжело дыша. В теле дикая слабость, переходящая в дрожь.