Босс Мафии
Шрифт:
— Я никуда не уйду, — промурлыкала она, напомнив мне маленького котенка. — Я получу больше дикого секса, если останусь. Ее глаза закрылись, и она вздохнула. — Хотя есть шанс, что я устала.
Было шесть утра — конечно, она устала.
Она открыла глаза, когда я накрыл ее правый сосок своим ртом и начал сосать.
— Мои соски болят.
— Это не единственное, что будет болеть, когда я закончу с тобой.
— Что ты собираешься со мной делать? — она облизала губы.
Мне нравилась эта ее сторона, эта сексуальная, женственная сторона, которая
— Сделать так, чтобы я понравился тебе.
Она задержала мой взгляд и посмотрела на меня с удивлением. Я опустился на нее, посасывая ее прекрасную, красивую киску, пока она корчилась от удовольствия. Она потянулась к моим волосам, запустила в них пальцы, удерживая меня там, и там я оставался, пока этот сладкий нектар не потек мне в рот, и я не вылизал ее начисто.
— Да! — закричала она, уткнувшись головой в простыни, и выгнула спину. Я схватил ее за бедра, пока ее тело содрогалось, и надел еще один презерватив. Я бы хотел снова взять ее сзади, но я видел, насколько она измотана, поэтому я оставил ее на спине.
Взяв ее сзади дало мне возможность увидеть ее идеальную задницу. Этот способ тоже был хорош, потому что я видел, как ее грудь подпрыгивает вверх и вниз.
Пока она тихонько стонала, я скользнул в нее. Она все еще была напряжена, но не так, когда я впервые вошел. В тот первый раз я подумал, что, должно быть, причинил ей боль, но с тех пор ее тело привыкло ко мне, растягиваясь, чтобы приспособиться ко мне.
В ту минуту, когда я начал двигаться внутри нее, тепло пронеслось по моему телу, подпитывая мою потребность иметь больше ее, чтобы стать ближе. Боже, из всего, чего я когда-либо хотел в своей жизни, я не думал, что моя потребность приблизиться к этому, и все же, как бы сильно я ни врезался в нее, неважно, насколько сильным был экстаз, охвативший нас, поглотив нас обоих, я не мог подобраться достаточно близко.
Я даже не стал бы, потому что чувствовал нарастание собственного освобождения и слишком устал, чтобы контролировать его. Я достиг кульминации одновременно с ней, но потом случилось то, что меня захватило. Она потянулась к моей руке, сжимая ее, заставляя меня ослабить хватку на ее бедрах.
Она смотрела на меня, действительно смотрела. Через это болезненное и полностью удовлетворенное выражение она смотрела мне в глаза. Взгляд пронзил меня, достиг моей души, наполнив меня магией, которую я не мог сравнить ни с чем другим. Я отымел эту женщину всего семь раз, и я знал, что отымею ее больше раз, до конца дня, но чувство, которое овладело мной, было неописуемым, и это было всего лишь от одного взгляда.
Когда ее глаза закрылись, момент наступил, вернув нас к удивительному сексу, который у нас только что был. Я замер и соскользнул с кровати, чтобы избавиться от презерватива. В ванной я мельком увидел свое отражение и был потрясен, увидев сияние собственной кожи. Я раньше дразнил ее из-за этого, но со мной было так же. У меня была тень под глазами, радужной оболочка глаз была красного цвета, волосы были взлохмачены и растрепаны,
Мои мысли немедленно вернулись к текущей ситуации. Это правда, что, войдя в свой дом, я оставил мир снаружи. Я оставил работу снаружи, что было немного сложно, когда работа была со мной все время.
Рафаэль дал мне задание: жениться на его дочери, если я хочу взять на себя управление бизнесом и стать руководителем крупнейшего предприятия, которому принадлежала большая часть Чикаго.
Жадность заставила меня сказать «да».
Все мафиози были жадными — жадными до денег, жадными до секса. Получайте деньги и трахайтесь.
Потом я увидел ее. Я действительно видел ее. Она больше не была файлом или задачей. Она была женщиной, которая сразу же очаровала меня, девушкой, которую я удерживал.
Что я мог сделать со всей этой ложью?
Я вернулся в спальню и обнаружил, что она сидит, прислонившись к изголовью кровати, прикрыв простынями ее красивую грудь. Ее телефон был у нее в руках.
Она подняла глаза и улыбнулась, когда увидела меня, затем обняла меня, когда я занял свое место рядом с ней.
— Я должна написать Джиджи.
Я приблизился, чтобы поцеловать ее. — Скажи ей, что увидишь ее через несколько дней. У меня была идея.
— Что! Люк, мы должны приступить к работе менее чем через три часа.
— Нет, кукла. К сожалению, на работу мы и близко не пойдем.
Она выпрямилась. — Итак, мы просто собираемся остаться здесь на несколько дней?
— Теперь ты говоришь на моем языке.
Она засмеялась. — Мы находимся в процессе большого расследования.
Я схватил телефон и позвонил Русу. Я владел его задницей, и он сделал бы все, что я скажу, но для нее это должно выглядеть законно.
Я еще не мог отпустить ее, не мог вернуться в реальный мир, где я был гангстером, а она была полицейским, женщиной, которая убежала от своего прошлого, потому что она не хотела иметь ничего общего с моим миром.
Еще немного, еще чучуть, я хотел быть простым садовником, а она — танцовщицей.
Рус ответил после второго гудка. Амелия с любопытством оглядела меня, ожидая услышать, что я скажу.
— Люк, все в порядке? — спросил Руз.
— Хорошо, как феникс. Феникс было кодовым словом, которое мы использовали, когда что-то придумывали. — Руз, Амелия и я вчера вечером выследили некоторых парней из штата. Мы были вне службы, но должны были следовать за ними, потому что они были похожи на панков из перестрелки.
— Ладно. Я почти видел, как он кивает.
— Похоже, они направляются в Вегас. Если понадобится, мы вызовем подкрепление, но если мы все еще здесь, то сообщим об этом в полицию. Дерьмо с юрисдикцией — дома нас это не заботило. Если мы кого-то выслеживали, мы отслеживали его до края земли, если нужно, и они принадлежали нам.
— Дайте мне знать, если вам нужно что-нибудь.
— Дадим. Вероятно, нас не будет несколько дней, но мы будем держать тебя в курсе. Еще одна ложь, но это было по уважительной причине.