Богиня для интима
Шрифт:
— Да несколько минут, — не задумываясь, ответил мой друг.
Я недоуменно приподняла бровь, а Володька растянул рот в довольной улыбке, указав на комп.
— Вся информация у нас сейчас тут. В коробочках. Подожди, — попросил Володька, вставая. — Сейчас загляну к нашему гению, посмотрим, что можно сделать.
Он решительно вышел из кабинета, на целых десять минут оставив меня одну. Когда вернулся, сел за стол и положил прямо перед собой несколько листов — распечатки с информацией. Я напряженно замерла, ожидая, что Киря мне сейчас скажет.
— В общем, так, — Володя не спеша
— Я знаю, — торопливо перебив, вставила я, надеясь узнать что-то такое, чего раньше не знала.
Киря развел руками, но возмущаться относительно моей нетерпеливости не стал, спокойно продолжив дальше:
— Твой Карпов служил в пехотных войсках. После армии какое-то время работал на подшипниковом заводе, уволен за пьянство. Больше никуда не устраивался, но способ дохода очевиден. Воровал, грабил, за что, собственно, и сел. В тюрьме познакомился с влиятельными, как у нас любят говорить, паханами, завязал дружбу. Когда вышел, они взяли его к себе. Вскоре отделился и сколотил собственную банду, за которой долго и муторно носилась половина нашей милиции. Работали чисто, действовали нагло, никого не боялись. Но прокол был, и именно он и вернул его в места не столь отдаленные.
— А что Скачкова? Где они пересеклись, чем она занималась до этого?
— Скачкова практически чиста. Приводов и задержаний за ней не числится.
— Черт! — Я раздраженно ударила по столу. — Но хоть родственников, родителей ее вычислить можно?
— Так и думал, что ты об этом спросишь, — Киря протянул мне один из листов. — Тут ее адрес по прописке, возможно, там смогут сказать что-то про ее близких. Нам же удалось установить совсем немного. Родителей у нее нет. Мать умерла пять лет назад, отец и того раньше. Состоит в первом браке, есть сын, но, судя по возрасту, не от Карпова.
— Ну вот, это уже что-то, — порадовалась я. — Теперь осталось только туда съездить и переговорить. Я уверена, что Скачкова была знакома с семьей Баулова задолго до того, как вышла замуж.
— Уверен, ты сумеешь это выяснить, — зевнув, протянул Киря. — И уж точно не станешь ждать, когда в милиции что-то нароют на эту красотку.
— Не стану, — улыбнулась я в ответ. Затем слегка прищурившись, добавила: — И прямо сейчас отправлюсь в гости. Вдруг что-нибудь удастся выяснить уже сегодня, и дело останется за малым.
— Ну что ж, не смею тебе мешать, — развел руками Киря. — А честно сказать, буду даже рад, если ты сама со всем справишься и более меня не потревожишь.
— Да? — удивилась подобному заявлению Кири я.
— Да, — вновь вздохнул он и тут же пояснил: — У меня, видишь ли, дел набралось выше крыши, не знаю, когда со всем этим разберусь. И, как назло, помощника моего на курсы повышения квалификации забрали, теперь черт знает когда вернется. А мне одному столько работы не под силу.
— Ладно, тогда я, пожалуй, пойду, — поняв, что мешаю, произнесла я решительно и сразу встала. — У тебя наверняка дела срочные есть, да и мне подумать нужно.
— Ну, смотри, — с хитринкой поглядел на меня Киря. — Если окажешься в тупике или вдруг почувствуешь острое желание
— Это уж как получится, — улыбнулась я и, попрощавшись с Володькой, направилась к выходу.
Покинув отдел Кирьянова, я сразу направилась на квартиру к Скачковой, надеясь, что хоть там удастся прояснить ситуацию. Ведь не могла же я бросить дело, не доведя его до конца и не установив точно, кто виновник смерти двух людей. Да, у меня, конечно, была уверенность в том, что это дело рук Людмилы, но что такое уверенность по сравнению с требованиями закона, который не может опираться на одни слова — ему нужны доказательства, и достаточно веские.
К тому же мне не раз приходилось сталкиваться с тем, что за шаг до победы выяснялся истинный преступник, хотя стечение обстоятельств указывало на невиновного. Не факт, что и тут меня ждет подобная развязка, но ничего отрицать нельзя. Короче, как ни крути, а работать дальше все же придется.
Весь путь до дома Скачковой занял у меня где-то около двадцати минут, и уже очень скоро кирпичный аккуратненький дом сталинских времен в пять этажей показался на горизонте. Я слегка прибавила скорость и поспешила подобраться к нему поближе. Но не тут-то было. Подъезд к дому кто-то умудрился загородить своим авто.
Вернее, даже не кто-то, а один из частных предпринимателей, остановивший прямо напротив входа в собственный магазин не только свой джип старого образца, но еще и груженную товаром «Газель». Так что проехать на и без того узкую улочку было невозможно. Пришлось оставить мою «девяточку» прямо на дороге, естественно, безо всякого наблюдения, а самой пешочком направиться к цели.
Быстро преодолев расстояние до нужного дома, я только на минуту остановилась напротив него и оценивающе посмотрела на строение. Дом не показался мне особенно шикарным, но все же и к разряду замшелых построек тоже не относился. Возможно, когда-то он выглядел лучше, но время свое берет, и с этим уж ничего не поделаешь.
Завершив с осмотром, я вошла в подъезд, поднялась по ступеням на первый этаж и сразу же постучала в первую попавшуюся дверь. Мне открыли не сразу, а лишь спустя минуты три. Только тогда я увидела высунувшуюся из-за двери молодую женщину, примерно того же возраста, что и я. Она имела красивые черты лица, не броские, но между тем милые. Носик у нее был слегка вздернут вверх, короткие темные волосы чуть начесаны и заколоты на затылке, а челка кокетливо наброшена на глаза. Она была одета в обтягивающие черные брючки и легкую кофточку бирюзового цвета с расклешенными книзу рукавами. А на шее я заметила очень даже крупную крученую золотую цепочку.
— Вам кого? — бегло окинув меня взглядом, с некоторым интересом спросила хозяйка.
Решив, что первым делом лучше сначала представиться, я быстро извлекла из сумочки свое липовое ментовское удостоверение, раскрыла его и поднесла к лицу девицы. Та нисколько не удивилась увиденному, а вполне банальным тоном произнесла:
— Ну тогда проходите.
Не дожидаясь повторного приглашения, я сразу прошла в дом, а там уже и в указанную мне комнату, где мы обе разместились на диване с очень ярким пятнистым окрасом.