Богатство
Шрифт:
— Не согласен. — мотнул головой Жерен и снова сел рядом со мной на диван. Откинулся. Расслабился. Прикрыл глаза. — Сама подумай, Елька. Мы не знаем какие связи между Тузом и герцогом, а ты уже собралась доверить ему свою тайну. А вдруг они достаточно дружны, чтобы Форент с легкостью сдал тебя? Или ему просто не понравится то, что ты говоришь и он не захочет во всем этом участвовать? Что ты будешь делать тогда? Если Туз узнает, что ты разрушила его планы, он никогда тебе этого не простит, даже не зная кто ты на самом деле. В общем, это не выход, Елька. Тебе все равно придется
Я задумалась. Да, Жерен прав. В моем плане слишком много «если». И все они завязаны на герцоге Форенте. По сути весь мой план зависит исключительно от того, как поведет себя этот человек, когда узнает правду. Готова ли я доверить абрегорианскому послу свою жизнь и жизнь моего брата? Очевидно нет… Я вздохнула… Неужели нет никакого другого выхода, кроме побега?
— Но, — Жерен резко сел прямо, — если немного изменить твой план, то может получиться…
Глава 26
Не зря говорят, одна голова хорошо, а две лучше. Вдвоем с Жереном мы смогли составить план действий, где заткнули все дыры, которые смогли увидеть, подстелили соломки в местах предполагаемого падения… Мы пока решили не замахиваться на достижение глобальных целей. Все равно переиграть Третьего советника у нас с ним не выйдет. Кишка тонка. Мой главный враг гораздо сильнее и прозорливее. Но это пока. Все очень скоро может измениться. А сейчас мы начнем подготовку к будущей партии, тайком расставляя свои фигуры на шахматной доске… Пусть Третий советник думает, что я всего лишь пешка в его игре стороне белых. Тем «приятнее» будет сюрприз, когда он узнает, что я была черной королевой.
Мы понимали, что ставим под удар свои семьи. Поэтому мы продумали и пути отступления. Если что-то пойдет не так, то Жерен увезет Лушку с Анни и Селесу с детьми. Возможно к этому времени уже вернется Митка, создав плацдарм в Республике Талот. А если нет, то мы просчитали и несколько других вариантов. Пока Третий советник не понял, что у меня свои задачи, которые не совпадают с его желаниями, у нас будет время тщательно подготовиться к бегству.
Утром Жерен ушел. Ему прямо сегодня нужно было сообщить, что он согласен выполнить заказ на убийство герцога Форента.
Теперь осталось только дождаться, когда Третий советник решит поговорить и со мной. Пока это не случилось, все еще оставалась вероятность, что мы ошиблись.
После открытия ресторации аристократы частенько стали стали приглашать меня на семейные обеды. Для официальных мероприятий мой статус все еще был слишком низок. После того, как я перестала сотрудничать, то есть идти на поводу у барона Граца, он не стал ничего делать, чтобы изменить мое положение в светском обществе. Поэтому чаще всего меня звали, чтобы разузнать, кто именно создал интерьер в моей ресторации, кто этот удивительный художник, и может ли он нарисовать не деревню, а что-то более приличное.
Первую неделю карточки приходили пачками, потом им становилось все меньше и меньше. Но все равно, каждое утро в кабинете меня ждали две стопки корреспонденции: в одной лежали деловые письма, а в другой — всякая ерунда, вроде тех самых приглашений.
Обычно я начинала разбирать письма с первой стопки, оставляя вторую на потом. Но сейчас первым делом ворошила карточки с приглашениями, надеясь найти там сообщение о встрече с Третьим советником. Я уже ждала ее… Жаждала… Чем больше проходило времени в томительном ожидании, тем яснее я понимала, что это, возможно, мой единственный шанс сделать следующий шаг к своей главной цели.
Да, это очень опасно. Я буду слишком близко к Третьему советнику, и если он хотя бы что-то заподозрит… Но разве я ни рисковала все эти годы? Разве прямо сейчас надо моей головой и головой моего брата не висит топор палача? И по всему выходило, что ничего существенно не изменится…
Прошло уже больше семи дней, но ни от Третьего советника, ни от барона Пирра не было никаких вестей. Нервы не выдерживали. И я выпросила у Алиса настойку для нервных барышень, клятвенно пообещав принимать ее только в крайних случаях. Оказалось, при долгом приеме это лекарство вызывает привыкание. Но сейчас мне было важнее успокоиться и прийти в себя. Иначе я сорвалась бы.
Дишлан выздоравливал довольно быстро. Он стал с постели на следующий же день, несмотря на увещевания и ругань Алиса. И снова таскался за мной, как привязанный, словно чувствовал, что пока его не было рядом, я вляпалась во что-то нехорошее по самую маковку. Он попытался разузнать в чем дело, но я отмалчивалась. Не потому, что не доверяла, а потому, что стала сомневаться.
Жерен вовсю готовил несчастный случай на дороге для герцога Форента, а меня терзали сомнения: а не зря ли я втянула друга в эту авантюру…
Я уже смирились с провалом, прошел больше месяца с того памятного выступления барона Пирра в моем кабинете в ресторации. Мне было стыдно перед Жереном и я оттягивала признание в своей ошибке.
— Госпожа Еляна, — ко мне в кабинет постучалась горничная, — к вам посетитель. Я сказала, что вы заняты, но он велел передать, что барон Пирр желает переговорить с вами немедленно.
Сердце, гулко стукнув об ребра, провалилось куда-то в пятки. Я кивнула, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. Неужели это оно?! Ладони вспотели, а в горле встал ком… Боги… как же страшно! И от того, что это может быть та самая встреча, которую я ждала, и от того, что эта встреча может быть никак не связана с предполагаемой интригой Третьего советника.
Пока барон Пирр шел к кабинету, я открыла пузырек с каплями Алиса и сделал глоток. Разводить их с водой было некогда. Горло обожгло. Травы были настояны на самом крепком хлебном вине. Но зато паника отступила мгновенно. И я встала из-за стола, чтобы поприветствовать барона, чувствуя себя почти спокойно.
— Ваше благородие, — я поклонилась первой, как того требует этикет, — с чем вы пожаловали в этот раз? Я надеялась, наше с вами общение закончилось…
— Ну, что вы, госпожа Еляна, — мерзавец по-хозяйски вошел в мой кабинет и не дожидаясь приглашения развалился в кресле. — Наше с вами общение только начинается.