Богатство

Цветкова Алёна

Старик внимательно выслушал все, что я говорила, недовольно поморщился, но перестал теребить бинты на руки и пытаться встать. Наоборот, потянулся здоровой рукой, поднял подушку с пола и сунул под голову.

— Когда придет лекарь?

— Обещал утром, — ответила я. Несмотря на вредность, господин Элдий не дурак. А значит мы поладим.

— Я тебя помню, — буркнул он, — ты Елька, внучатая племянница Шохора из Нижнего города. И про харчевню твою много слышал. Стало быть хочешь в Среднем городе заведение открыть?

— Хочу, — улыбнулась.

Значит память ему при падении не отшибло. А это хорошо.

— И как?

— Да, никак, — пожала плечами, — вы же знаете, что хорошее место трудно найти. Вот я пока и ищу…

Господин Элдий покивал, пожевал губами и замолчал. Я расстроенно вздохнула, почему-то показалось, что этот вредный старикан хочет мне помочь. Ошиблась.

Алис пришел еще до завтрака. Я была уверена, что он позволит нетерпеливому пациенту отправиться домой, но лекарь решил перестраховаться и прописал постельный режим еще на пару дней. Как ни странно, пациент даже не возмущался.

Вечером, когда я уставшая от еще одного дня бесполезной беготни вернулась домой, то удивилась тишине царившей дома. Лушка и Анни против обыкновения не выбежали мне навстречу с криками и радостными воплями.

— А где дети? — спросила встревоженно у Талы.

— Так у дедушки, — улыбнулась она, — они весь день там сидят. Ничем не выгонишь.

— У дедушки?! — не сразу поняла я, а потом рванула в комнату господина Элдия, представляя. Как за весь день мои дети довели старика до белого каления.

Я была готова к чему угодно, но в комнате было тихо, ни криков, ни воплей… Только когда я подошла совсем близко к чуть приоткрытой двери услышала, как господин Элдий что-то рассказывает. Заглянула в щель и увидела, что Лушка и Анни, сидя прямо на постели и приоткрыв рты, слушают то, что он им говорит…

Я кашлянула, перебивая рассказчика, и вошла. На меня внимательно смотрели три пары глаз, недовольные вмешательством.

— Дети, вы мешаете господину Элдию… Идите к себе.

— Ну, мама?! — возмутился Лушка.

— Мы же тихо сидим, — поддержала брата Анни.

— Да, ничего, — отозвался старик, — они мне не мешают.

Надо же… Удивительно просто какое единодушие. Вот уж не ожидала, что вредный старикан окажется таким любителем детишек. И о что они тут, интересно, делали целый день?

— Нам дедушка сказки рассказывает, — тут же отозвалась дочь, отвечая не мой мысленный вопрос. То ли это совпадение, то ли она на самом деле его «услышала», но мне стало жутковато. Эти способности меня пугали. Только я боялась не Анни, я боялась за Анни… Как она будет жить дальше? Люди не любят тех, кто настолько сильно от них отличается.

— Он Хранитель, — кивнул Лушка, произнеся это слово так значимо, как будто бы это должно было снять все мои сомнения и вопросы…

— Хранитель? — вскинула я брови. Я все еще ничего не понимала…

— Это семейная легенда, — неожиданно светло улыбнулся господин Элдий, — в которой говориться, что мой род был выбран Древними Богами Хранителем легенд и

сказаний. Для этого нам была дарована удивительная память, способная удержать в себе все, однажды увиденное и услышанное. — Хорошо, что я так и стояла в дверях, смогла незаметно прислониться к косяку, потому то колени резко ослабли, а ноги перестали держать тело. Зато стало понятно, почему Анни рванула его спасать. — Это мне рассказал мой дед, а я хотел поведать своим внукам. — Он резко помрачнел и отвернулся.

— А сын дедушки был против, — снова сдала его Анни, — и они поссорились.

— И дедушку выгнали из дома. — подхватил рассказ Лушка и они заговорили наперебой:

— И ему негде жить.

— Мам, можно он у нас останется?

— Он же Хранитель!

И снова три пары глаз смотрели на меня. Дети умоляюще, а господин Элдий виновато, но просительно…

— Мам, пожалуйста?!

— Пожалуйста, мам?!

Я вздохнула… Нормальные дети просят оставить котенка… или собачку… а мои подбирают людей. Все в меня, я мысленно усмехнулась, вспомнив Нюня. Вот только господин Элдий не никому не нужный нищий…

— Лушка, Анни, ну, что вы, — он, отвел взгляд и начал суетливо поправлять одеяло здоровой рукой, — я благодарен вам, Еляна, что вы не бросили меня помирать на улице. Как только лекарь позволит вставать, я сразу уйду.

Я кивнула… Я не собиралась оставлять его здесь навсегда. Я всего лишь приютила его на время болезни. И вариант, озвученный стариком, меня устраивал. Я не горела желанием принимать в семью еще и этого вредину. В конце-концов, он не бездомный котенок. К тому же я очень сомневалась, что он сам хочет остаться у нас. Мы чужие.

— Мама?! — хором завопили дети, глядя на меня так, что я почувствовала себя тираном и сатрапом.

— Кхм, — прокашлялась я, оттягивая ответ. — Давайте подождем, когда Алис разрешит господину Элдию вставать. Тогда и решим, что делать, — с облегчением выдохнула я, придумав причину не озвучивать свое решение детям прямо сейчас. — А сейчас дайте господину Элдию отдохнуть.

Дети недовольно запыхтели, но послушно сползли с постели и помчались прочь, выбегая из комнаты. С их исчезновением, выражение лица старика стало привычно-недовольным. Он хмуро взглянул на меня и, прежде, чем я успела закрыть дверь, сказал:

— Ты не найдешь места под ресторацию в Среднем городе. Никто из владельцев не собирается продавать свое заведение. Дела у всех идут хорошо.

— Да, — я вздохнула, — я уже поняла. Я уже готова выкупить любой подходящий дом, чтобы переоборудовать его в ресторацию… Но пока ничего подходящего не нашла.

— Ты не найдешь, — дед пожевал губами, — но я могу тебе помочь. В благодарность за спасение… И за детей…

Я не понимающе взглянула на господина Элдия. О чем это он? За каких детей? За его или за Лушку с Анни? Я ощутила смутную тревогу и уже открыла рот, чтобы спросить у него, что он имеет в виду, но старик заговорил, заставив меня забыть обо всех страхах.