Бог умер, да здравствует Бог

Ло Анна

– Достопочтенный надзиратель, вы не могли бы не тыкать в меня своим копьем? Я ведь не оказываю вам никакого сопротивления.

Молодой надзиратель с воинственным видом уж слишком сильно исполнял свой долг перед законом и государством, так, что у меня уже спина вся чесалась.

– Твой вид уже внушает сопротивление божественным заветам, – глухо проговорил старый надзиратель.

– Но зачем-то же меня боги таким создали, а? – с ехидством промолвил я. – Значит, я соответствую их божественным заветам.

–

Молчал бы уже, – продолжал тыкать копьём рыжеволосый юнец. – Тем, кто богов не чтит, рта в их сторону раскрывать не положено!

Интересное замечание, но, а если бог не чтит богов, тогда что, а? Как вам такое?

– Тихо тут у вас совсем, неужели все работают? – перевёл я тему, пока мы неспешным шагом двигались в сторону тюремной ямы, самого прохладного местечка в деревне, в которое в жаркие дни стояла очередь из «праведных» нарушителей общественного порядка. Разговаривать о богах настроения у меня не было, а вот повеселиться хотелось страсть как.

– Конечно, тут отдыхать в рабочие часы никому нельзя, иначе штраф в царскую казну придётся платить непомерный, – послышался голос старшего надзирателя.

– То-то я погляжу, деревня выглядит небогато, – хмыкнул я.

– Это ты к чему? – больно тыкнул меня острием рыжеволосый. Вот же неуемный малец!

– Да так, – я потер место, в которое пришёлся удар. Эх, скоро вся спина синяками покроется. – Если б меня не пришлось вести в яму, чем бы тогда занимались? Нарушителей в округе ни души.

– Чем угодно, главное не лежать посреди улицы понапрасну, – без обиняков ответил старый надзиратель.

– Так кто сказал, что я понапрасну? – я хотел было обернуться, но малец снова ткнул мне в спину копьём. Дождётся у меня, переломаю и копье, и его самого. – Я, между прочим, раздумывал над принципом работы одной вещицы, очень занимательной.

– Кому какое дело, – раздраженно заявил юнец. – Хватит с ним разговаривать, Бул, он только рад позубоскалить.

– Это вы зря, господин надзиратель, я человек честный, зубоскалить не обучен.

Я уже ждал очередной выпад мальца, но внезапно вокруг резко потемнело, словно солнце кто-то прикрыл гигантской ладонью. Я тут же вскинул голову, но тень уже отступила, и мне в глаза ударил яркий блеск огненного светила.

– Чудеса какие! – ошеломленно воскликнул Бул. – Неужто боги в чем-то прогневались на нас? Неужто хотят погасить солнце?

– Не совсем, – тихо отрезал я, внимательно вглядываясь в ясное голубое небо.

– А это что? Смотрите! – вскрикнул юнец, вскинув руку к небу. Я проследил за его удивленным взглядом и заметил огненную точку, которая стремительно приближалась к нам. – Там, летит! От солнца отвалился кусок!

М-да, влипли, ничего не скажешь. Надо действовать быстро, пока не стало слишком поздно.

– Солнце падает! – громко закричал я, словно безумный. Через пару минут эта штука сожжет

здесь всё дотла, если деревенские не поторопятся – превратятся в угольки. – Бегите, спасайтесь! Боги разгневались на нас! Они сожгут нас дотла!

Надзиратели поначалу хотели было заткнуть мне рот, но страх неизвестности всё же пересилил и они, вторя моему звонкому, но слегка писклявому голосу, принялись с криками метаться по главной деревенской улице, пробуждая оставшихся в домах жителей.

Вокруг меня заметались беспокойные деревенские: женщины, старики и дети, которые с животной паникой и страхом оглядывались на огненный шар, спотыкались и неслись в разные стороны. Успеют, надеюсь, добраться до безопасного места.

– Беги, дурак, чего стоишь! – дернул меня за полу рубахи юнец-надзиратель. – Ты же сам сказал, что солнце падает! Тебе жизнь не дорога?

– С него станется, упадет, – недоверчиво хмыкнул я себе под нос. – Ты беги, давай, а то придавит ещё. Мне дураку ничего не будет, а вот ты пострадать можешь.

– Ну тебя, тупоголовый! – рыжеволосый покачал лохматой головой, подхватил громко ревущего ребенка на руки и стремительно помчался подальше отсюда.

Нет, всё-таки кого-то он мне сильно напоминает, а особенно глаза его, золотисто-карие, но я точно знаю, что раньше никогда его не видел.

Эх, ладно. Если он выживет, потом с ним разберусь.

Посреди безумного потока человеческих тел я стоял и с интересом наблюдал за огненным сгустком солнечного света, который сулил мне в будущем интересные десятки лет, если не столетия.

Огненный шар стремительно приближался, угрожающе нависнув над рисовыми полями, где должны были в данный момент без устали трудиться местные работяги.

Как там говорится: сгорел прямо на работе?

Я почувствовал жар, исходящий от сгустка, слегка зажмурился, и в тот же миг огромная стена огня накрыла волной поля изумрудной травы. Вода с рисовых полей зашипела, паром поднимаясь в небеса, густой обжигающий туман стремительно заволакивал деревенскую долину.

– Ну что, добро пожаловать, собрат, – хмыкнул я. – И какого же счастливчика, позвольте спросить, свергли на этот раз?

Глава 2. Исход последней Луны

– Эй, ты чего? Заснула что ли? – светловолосый мальчик, лет десяти, нагнулся над девушкой, которая сидела прямо посреди дороги, обняв тощие коленки, и бессмысленным взглядом взирала на немногочисленных прохожих. – Заболеешь же!

Мальчик взял девушку за рукав простой холщовой рубахи и потянул вверх. Девушка на удивление мальчишки поддалась и легко встала, но дальше дело не двинулось.

– Ты слепая что ли? – мальчик помахал ладонью перед сиреневыми глазами незнакомки, та, неосознанно проводив руку взглядом, снова уставилась в пустоту. – Да вроде не слепая. Одержимая, значит?