Бог одержимых

Яценко Владимир

– Не парься, - сказал Захар отсмеявшись.
– Просто представил себе, как запылают его плантации конопли, а ветер понесёт облака дури на посёлок.
– Захар кивнул на указатель "Искин".
– Представляешь, сколько народу за раз "подсядет"? Вот это бизнес!

– Почему конопли?
– удивился Леонид.
– У него там рапс растёт. Он сам так сказал.

– Ну, да, рапс... вперемешку с коноплёй. А чтоб один сорняк другого не давил, мы ему даже оптимальное соотношение подобрали: один к трём. И сорта специальные вывели: конопля пониже, рапс повыше, с примерно одинаковым вегетативным

периодом. Перестраховщик! Кому это надо: присматриваться, что там, в десяти метрах от края поля делается?

– Он говорил, что из рапса дизтопливо гонит. Показывал экстракторы, сепараторы...

– "Говорил..." - передразнил Захар.
– Работа у него такая, говорить. Главный "говорун" фермерского кодла "Крестьянский кайф". А ещё, наверняка, свою депутатскую программу спел. О том, что анашу нужно свободно в аптеках продавать. Угадал?

– Было, - кивнул Леонид.
– И как-то складно...

– Разумеется, "складно", - улыбнулся Захар.
– И "нужно". Тогда при отлаженной схеме, Кусинский на следующий год всю коноплю в стране под себя возьмёт. И рапсовое прикрытие ему будет до задницы. И на севооборот ему плевать: эта зараза растёт на чём угодно и после чего угодно. А в катакомбах что ты делал, Лёня?

Переход от мирной аграрной беседы к допросу был столь стремителен, что Леонид растерялся.

– То же самое, - стараясь казаться спокойным, ответил он.
– Кибермаркшейдер, апробация, у меня и направление от облисполкома есть, в машине. Могу принести, показать.

– Конечно, - кивнул Захар.
– Принеси. И жену успокой. Всё в порядке, птенчики. Не за вами охота...

Леонид под равнодушными взглядами бойцов вернулся к "восьмёрке".

– Куда мы предписание положили?
– спросил он у Кристины.

– Здесь, сейчас, - она схватилась за сумку ноута.
– Я нарочно сюда спрятала, чтоб не потерять. А что им от нас нужно?

– На кой ляд мы им сдались?
– уверенно сказал Леонид.
– Мы же никто, Тинка! Босота. Пыль под ногами. Они Кусинского пасут. Оказывается, он наркодепутат. И все поля, что мы видели, наполовину коноплёй засеяны. Вот он и боится пожара. Сиди спокойно, малышка. Сейчас разберёмся и уедем.

Он вернулся к Мерседесу и отдал предписание.

Захар внимательно прочёл документ, потом несколько минут разглядывал карту предлагаемой к апробации местности.

– Кто такой Герасимов?

"Началось!" - обречённо подумал Леонид.

– Почём я знаю? Человек из кабинета.

– Но связь с ним есть?

– А как же... он сам мне полтора часа назад звонил.

– И что сказал?

– Ничего не сказал. Связи не было. Я же внизу был, в катакомбах.

– Почему не перезвонил?

– Потому что Кусинский забрал телефон жены. Вот, зараза!
– Леонид всплеснул руками.
– Мы же у него телефон забыли! Двадцать долларов! С ума сойти...

– Не думаю, что оно того стоит, - усмехнулся Захар.
–

Но со своей мобилы ты можешь ему перезвонить?

– Кому?

– Герасимову.

– Разумеется.

– Давай.

– Что?

– Звони Герасимову, - безмятежно уточнил Захар.

Леонид набрал номер. Ему ответили:

– Лёня, ты где?

– Уехал от Кусинского...

Но Захар, неожиданно легко высунувшись всем телом из окна автомобиля, выхватил трубку из его рук.

– Здравствуйте, меня зовут Павлов Захар Петрович, юрист Зиминой Ольги Степановны, ЧП "Интерша". Представьтесь, пожалуйста... приятно познакомиться. Алексей Викторович, объясните мне, почему облисполком проводит какие-то исследования вблизи наших промышленных коридоров, не поставив нас об этом в известность?.. Нет. Никакого уведомления не было. Учётом поступающей документации занимаюсь я лично. Уверяю вас, уведомления не было... что значит: "тогда не наше дело"? У нас международные договора: компост и мицелий отправляем в Россию, Румынию, Болгарию, Турцию. А ещё селекция и генетика зерновых и масличных: сорта, гибриды. А вы ведёте геодезию в коридорах, параллельных нашим лабораториям. Я же вижу по вашим схемам, что это не может быть случайностью... Обязательно, приеду, не сомневайтесь. Я этого так не оставлю. Сегодня нет. Завтра до обеда... нет, не нужно. Уверен, что найду вас, всего доброго...

Он вернул Леониду мобилу и о чём-то задумался.

Леонид покорно стоял рядом. "Главное - перетерпеть, - думал он.
– Перетерпеть, переморгать... ясное дело, что влез во что-то непотребное. Но вечер обязательно наступит. Попьём с Тинкой чаю, заберёмся под простыню, спасаясь от комаров, и тесно прижмёмся друг к дружке..."

Он так ясно представил себе гладкое, упругое тело жены, нежную кожу... что даже не сразу понял, что Захар вновь у него о чём-то спрашивает.

– Давно работаешь на Герасимова?

Но ответить Лёня не успел. Коротко взревев сиреной, подкатила патрульная ГАИ с тонированными стёклами.

"Что-то много сегодня чёрной тонировки, - подумал Леонид.
– Будто на похороны собрались..."

Из машины вышли двое патрульных: здоровенные дядьки в возрасте, бывалые, тёртые, равнодушные...

– Что за сходняк, уважаемые?

– Приятелей встретили, - дружелюбно ответил парень, что стоял рядом с капотом "восьмёрки".
– На минутку тормознули...

Он и вправду вернулся к "Москвичу", сел в машину, и они с Рябым уехали.

Джип, мягко шурша шинами по ошмёткам асфальта обочины, проехал метров десять вперёд и остановился. Из него вышли Бондаренко с Жориком. Закурили, облокотились о борт высокого внедорожника и замерли, наблюдая.

– Кто водитель "восьмёрки"?
– спросил патрульный.

– Я, - упавшим голосом сказал Леонид.

– Документы на машину, и поднимите капот.