Боевой устав эльфа
Шрифт:
Колонну возглавлял отряд золотоискателей: штабная черепаха, за ней десантная с гоблинами и Люсьеном, и новенькая лохань с Борькой. Комфортное корытце с шестью колесами тянул молодой маломерный червь, которым управлял пеший Рож.
Все ящеры ради безопасности шли в колпачках, закрывающих глаза. Путь им тычками стеков указывали всадники.
В авангарде постоянно гарцевала Фундис на норовистом вороном рапторе, то и дело, вырываясь далеко вперед. На ней была походная одежда: шорты, под которыми – узкие черные трико до щиколотки, а еще ниже – ножные браслеты
Младшая жрица Хино на своем хорхое держалась в середине колонны. По случаю торжественного отбытия из Шиндилрина она надела длиннополое платье из шелкового бархата с купонным рисунком – снизу грибной луг, выше парящие виверны и стрекозы. Из-под подола виднелись зеленые туфли-балетки без каблука. На плечах у Хино лежал изумрудно-зеленый палантин, а уши оттягивали крупные смарагдовые серьги. Наряд не самый удобный для путешествия, зато внушающий уважение.
Рядовые же дроу были одеты в свои традиционные плащи пивафви, сплошь черные и серые – спору нет, удобные в разных ситуациях.
Заку придали статус знаменосца-сотника и собственного смирного раптора, хотя воинов у него в подчинении было всего ничего. Однако никто из военачальников, разумеется, не возражал, также как и против привилегированного положения комиссара Стволлута. Федора вообще объявили главным экспертом по Самату, а звание «комиссар» стало вполне официальным. Он был волен самостоятельно формулировать себе текущие задачи и давать советы маджаи по всем вопросам. Но взамен был обязан проводить в ее палатке каждую ночь.
Над головами воинов то и дело с низким гулом проносились стрекозы разведвзвода, оседланные самыми легкими солдатами-наездниками. Пешие воины – темные эльфы неутомимо шагали в арьергарде. В самом конце тащился маркитантский обоз – черепаха, списанная из десанта, и огромный червь, навьюченный мешками. К обозу прикомандировали недовольных Клюш и Пунай. Впрочем, после того как в подчинение маркитанткам придали трех юных кашеваров-дроу, настроение у гоблинш слегка улучшилось.
Словом, войско выглядело намного солиднее, чем в свое время Освободительная Армия таха.
Лавовые поля были удобны для марша, но навевали скуку. Все заметно оживились, когда одна из разведчиц доложила, что впереди показалась роща живых перечных грибов, а за нею – лишь наполовину высохшее озерцо и пещеры отшельников.
Вскоре воинство уже толпилось у воды. Сначала наполнили котлы для варки каши, потом пустили на водопой рапторов, а затем уже остальных тварей. Напоследок освежили водоем у бегемота, пока сам он пасся среди прибрежных черных лопухов.
– И где ваши отшельники? – поинтересовался Федор у подруги. – У них какая религия? Это сектанты, еретики или адепты Ллот?
Фундис наскоро проинспектировала
– В этих пещерах давно пусто. Но на свежем пепле разведчицы обнаружили следы босых ног эльфа или человека… – Маджаи развернула карту Подтеменья и сверилась с походным световым хронометром. – Сегодня к вечеру мы должны достигнуть небольшого поселка Бюр-Хомаш в Патиссоновой Долине. Пополним запасы фуража и чистой воды.
– Интересно, жалованье нам повысят? – услышал Федор разговор гоблинов с командиром, сквозь перестук ложек по мискам. – А у Боксугра сколько будет и у Рожа? Тоже по двадцать квачей? А сколько сейчас на наших счетах в банке?
– Они без оплаты с нами идут, – отвечал Зак. – По велению сердца.
– И мы по велению, но нам все равно нужны деньги для мирной жизни…
– Кстати говоря, я готов жалованье как процент от штрафов брать, – выступил бывший тысячник. – Штрафы вообще отличная штука, прогрессивная и выгодная. И для бюджета экспедиции прибыльно! Десять метикалов за провинность, например. Пять за оплошность. За небрежность, неловкость, тупость и грубое слово – по три-четыре метикала. За общую глупость или если под горячую руку если попался – по метикалу. Такие мои предложения, сир.
– Почему это оплата у нас в дешевых квачах, а штрафы будут в дорогих метикалах? – насторожился один умный солдат.
– Штрафовать без повода никого не будем, – успокоил воинов комдив. – Только с моего разрешения и только за грубую провинность. За дезертирство тоже, конечно. Но без фанатизма, чтобы нищими домой не вернулись! А ты, Боксугр, замашки свои оставь. Мы не у черного колдуна Хуру-Гезонса в армии, а у блистательных дроу.
– Как скажете, сир… Я же для бюджета стараюсь.
Едва Фундис с комиссаром приступили к трапезе, со стороны пещер послышался раскатистый хохот. Вмиг образовался общий порыв любопытства, когда все понимают, что случилось нечто интересное, а что именно – пока неясно, и всем хочется поскорее узнать подробности.
Военачальники сдержались, предпочтя обед, но их все равно поставили перед фактом. Сторожевой отряд выследил обладателя следов. Им оказался высокий и тощий гоблин в донельзя изношенной и обгоревшей одежде. Да и кожа у него носила явные следы ожогов, словно несчастный был застигнут извержением вулкана, и спасся от разлива магмы в последний момент.
– Fan-fucking-tastic! – воскликнул Зак. – Это же шаманский кадр!
Федор присмотрелся и понял, что дроу изловили бельмастого заику, служившего в армии Черного Шамана. Неудачник угодил в демонскую ловушку в подземельях дворца – но, как видно, не погиб, а упал в районе раскаленной траппы.