Блуждающие в ночи

Робардс Карен

Поспеши, Арнольд!

Ледяной ужас охватил ее. Ей приходилось признать: Арнольд не придет. Терминатор не явится на помощь в последнюю минуту. Здесь реальная жизнь.

На помощь!

Третий бандит, преодолев сопротивление Саммер, взял ее за руку. На секунду он улыбнулся, поглаживая мягкую кожу своим шершавым большим пальцем. Женщине показалось, что по ее руке полз тарантул. Ей хотелось оттолкнуть его и кричать, кричать, кричать.

Бог помогает тем, кто сам себе помогает. Она была из семьи баптистов-южан,

ходила в воскресную школу, и эту истину с детства вколачивали ей в голову. Ее мать, староста церковного хора, выражала ее иначе: «Хвали Господа, но запасайся патронами».

Бандит поднес ее кисть к своему рту и осторожно поцеловал тыльную сторону ладони. Его товарищи ухмылялись. Саммер содрогалась от отвращения.

«Пожалуйста, Господи, — молилась она, — пошли мне поскорее патронов».

— А теперь поговорим с тобой, милочка. Или ты сразу скажешь все, что нам хочется знать, или мы станем ломать твои пальчики один за другим. Начну я вот с этого розовенького. Это не займет и секунды, а будет ой как больно. — Он взял ладонь Саммер своими ручищами, погладил ее хрупкий мизинец большим пальцем, а потом вдруг обхватил его так, что она сразу ощутила силу его хватки.

Саммер знала, что он сломает ей палец с такой же легкостью, как и прутик. Ужас парализовал ее. Она вся сжалась в ожидании боли.

— Итак, ты можешь нам сказать, где микроавтобус? Смотри, не ошибись. Лучше говори.

— Я же сказал тебе, она не зна… — прорычал Франкенштейн, приподнимаясь с дивана.

Бандит номер два мгновенно и с явным удовольствием опустил рукоятку пистолета на его висок.

— А ты, парень, сядь на место, — приказал «второй номер», и Франкенштейн медленно, с неохотой подчинился.

— Я им скажу, — выкрикнула Саммер резким голосом, который сама не узнала. Она бросила испуганный взгляд на Франкенштейна, затем в упор посмотрела на человека, сжимавшего ее мизинец.

Первый бандит выглядывал из-за его плеча, словно демон зла. Второй продолжал держать пистолет у головы Франкенштейна.

— Я… я скажу вам все, что вы хотите знать. Только не трогайте меня. И его тоже.

— Заткни свою глупую пасть, — рявкнул Франкенштейн.

— Это ты заткни свою, не то я отстрелю ее вместе с головой, — пообещал второй бандит, зловеще прижимая дуло пистолета к виску Франкенштейна.

Тот сморщился и замолчал. Бандиты обменялись довольными взглядами.

— Так где микроавтобус?

На мгновение Саммер задумалась. Если Франкенштейн ее дружок, значит, она не должна называть его Франкенштейном.

— Ст… Стив бросил его, понимаете? Микроавтобус уже ехал не очень хорошо, потому что весь был изрешечен пулями. Стив сказал, дескать, пуля что-то повредила в моторе. Поэтому он и бросил его.

— Где? Где он его бросил? — Все трое наклонились к ней.

— В поле.

— В каком поле?

— Я не знаю. Поле

как поле. Я могу показать его вам. — Саммер постаралась вложить в свой голос побольше кокетства. — Но только если вы пообещаете после этого отпустить нас.

— Конечно, милочка. Ты нам покажешь, и мы вас отпустим.

Этому успокаивающему обещанию можно было верить не больше, чем крокодиловым слезам, но Саммер сумела выдавить из себя робкую радостную улыбку. Она всегда была хорошей актрисой — когда-то даже собиралась сделать это своей профессией, — и в данных обстоятельствах женщина собиралась дать лучшее представление в своей жизни. Ради того, чтобы остаться живой.

— Ну что, видишь? Совсем и не глупость с моей стороны рассказать им все.

Эту ремарку с оттенком патетической бравады она адресовала Франкенштейну, который в ответ сверкнул на нее глазами и прорычал:

— Не будь идиоткой.

По крайней мере, он не глуп, ее монстр. Саммер схватили за локти и подняли на ноги.

— Нет смысла брать его с собой. Мы пустим его в расход здесь, — произнес второй бандит вполголоса.

Саммер, однако, разобрала эти слова. И не стала притворяться, что не слышала.

— Вы обещали отпустить нас обоих, если я покажу вам, где микроавтобус! И Стива тоже!

— Конечно, милочка, мы отпустим вас. Отпустим обоих. Как только получим назад свой микроавтобус. А ты, кретин, заткнись, — воскликнул третий бандит, обращаясь к своему «коллеге». И, взяв Саммер за локоть, повел ее к лестнице. — Ведите его, — бросил он через плечо.

— Но…

— А что, если она лжет или просто не помнит. Все может случиться. Нельзя сжигать за собой мосты, пока у нас нет полной уверенности.

Итак, бандиты тоже не полные идиоты. Настроение Саммер снова упало. Но, по крайней мере, она выиграла для них с Франкенштейном немного времени.

Саммер уже начала подниматься по лестнице, когда услышала: «Цок, цок, цок». Кто-то на каблуках или в ботинках с набойками направлялся к двери по линолеуму кухни.

Арнольд?

Полицейский наряд?

Бетти Керн?

Почти автоматически Саммер остановилась и затаила дыхание. Бандиты и Франкенштейн за ее спиной остановились тоже.

Все замерли, вслушиваясь.

Глава 15

Чья-то ладонь зажала рот Саммер. Ее сволокли вниз по ступенькам и затем поставили на ноги. Все пятеро, бандиты и их жертвы, сбились в тесную кучку у основания лестницы и, вытянув шеи, тщетно пытались что-нибудь различить в темноте за полоской света, падающей из приоткрытой двери подвала.

К виску Саммер было плотно прижато дуло пистолета, еще более холодное, чем цементный пол, который она ощущала голой подошвой. Бандит все еще крепко зажимал ей рот. От руки сильно пахло пивом. Пиво Саммер ненавидела. Она предпочла бы кляп.