Блуждающие огни
Шрифт:
– И картины тоже?
– Ну, их, может, и выставят когда-нибудь, но уж ящик-то, конечно…
Лили сгорала от желания опробовать краски и кисти, лежавшие в ящике. У нее никогда не было денег, чтобы купить такие. Они с Тетушкой жили на то, что росло в огороде и что удавалось собрать в лесу, да еще на скромные суммы, которые в виде чеков присылал им бывший муж Тетушки. Поэтому Лили сама мастерила себе кисти из травы или из собственных волос, прикрепляя их к прочным сучкам. В качестве красок она пользовалась всем, что попадалось под руку, - кофейной гущей, чаем, ягодами, красной глиной, луковой
– Ну ладно, - согласилась Тетушка.
– Ты его нашла, тебе и решать, что с ним делать. Так я думаю.
– Я тоже.
В конце концов, находка принадлежит нашедшему. Но Лили не могла отделаться от ощущения, что она жадничает. Что ее находка, в особенности рисунки, принадлежит всем, а не только какой-то нескладной девчонке из глухого леса, которой посчастливилось набрести на ящик во время прогулки.
– Я подумаю, - добавила она.
Тетушка кивнула и вышла из-за стола, чтобы поставить чайник.
На следующее утро Лили взялась за обычные дела. Накормила кур, отложив несколько горсточек корма для воробьев и других птиц, которые уже выжидательно наблюдали за ней с соседних деревьев; подоила корову, отлила немного молока в блюдце для кошек, они, мурлыкая, вынырнули из леса, как только завидели, что она делает, и стали тереться об ее ноги, пока она не поставила блюдце на землю. К тому времени, как Лили прополола клумбы и наполнила корзину дровами, утро было в самом разгаре.
Лили завернула себе завтрак и положила его в сумку, которую носила на плече, уложив туда же плотницкие карандаши и блокнот для набросков, который она соорудила, разрезав коричневые пакеты из-под круп и скрепив их с одной стороны. Получился настоящий альбом.
– Опять уходишь?
– спросила Тетушка.
– К обеду вернусь.
– А этот ящик с собой не берешь?
Лили очень хотелось его взять. Крышечки тюбиков заржавели, но она подавила на сами тюбики и поняла, что краски внутри не засохли. Кисти тоже были хороши. Майло Джонсон, как и следовало ожидать от мастера живописи, держал свои инструменты в порядке. Но как ей ни хотелось, она счи-410
Где-то у меня в мозг у… тала, что пользоваться ими было бы некрасиво. Пока, во всяком случае.
– Не сегодня, - ответила она Тетушке. Лили вышла из дома и, подняв глаза, увидела, что к ней, взрыхляя землю, мчатся по склону две собаки. Это были Макс и Кики - собаки Шаффе-ров, одна темно-коричневая, другая белая с темными отметинами. Два сгустка энергии. Шафферы жили рядом с Уэлчами, чья ферма стояла в самом конце тропинки, ведущей от главной дороги к домику Тетушки, - примерно час ходьбы через лес, если идти вдоль ручья. С собаками Лили дружила, они не гоняли коров, не охотились за дичью и всегда были готовы сопровождать Лили в ее лесных вылазках.
Лили шла через сад, а собаки прыгали вокруг. Дойдя до самого старого дерева в саду, Лили вынула крекер, оставшийся от завтрака, и положила его на землю возле корней
– Прочь!
– прикрикнула Лили на Кики, когда та нацелилась на крекер.
– Это не для тебя. Придется тебе потерпеть до ланча.
Они поднялись на вершину холма и углубились в лес, собаки кругами гонялись друг за другом, а Лили то и дело останавливалась и рассматривала какой-нибудь приглянувшийся ей стручок или кустик сорняков. Мили через две они позавтракали, усевшись на камнях, откуда открывался вид на Большой Колодец - котловину площадью два или три акра, на дне которой был вход в пещеру. Вход уходил прямо вниз фута на четыре. Лили пробралась по нему в первый же раз, как добрела до этого места, и обнаружила, что по всей пропахшей сыростью пещере разбросаны остатки сгнившей мебели и разбитых бочек. Ходили разные слухи о том, кто жил здесь в прежние времена, - от горцев и беглых рабов до контрабандистов, ввозивших спиртное. Но подлинную историю пещеры не знал никто.
В горах, окружавших домик Тетушки, пещер было множество. Повсюду виднелись входы в них, хотя большей частью все эти пещеры заканчивались сразу после входа. Но кое-кто уверял, что, если знать дорогу, можно пройти под землей от одного конца гор Кикхака до другого. Даже недалеко от домика Тетушки был вход в небольшую пещеру. Тетушка устроила в ней полки и хранила там корнеплоды и семенной картофель для предстоящих посадок, а из жести и досок они смастерили дверцу, которая защищала припасы от нашествия зверей. Это было даже лучше, чем закапывать овощи в землю, чтобы укрыть их от мороза, как приходилось делать другим.
Покончив с завтраком, Лили слезла с камня. Сегодня ей не хотелось ни лазать по пещерам, ни рисовать. Мысли ее были заняты ящиком с красками. Как все-таки удивительно, что она его нашла, ведь его потеряли столько лет назад. И Лили повела собак снова в ту часть леса, вдруг она найдет там еще что-нибудь. По спине пробежал холодок. А что, если она найдет кости художников?
Пока она шла к тому месту, где набрела на ящик, собаки разыгрались. Они хватали ее зубами за рукава, задрав хвосты, припадали к земле и рычали с такой свирепостью, что Лили не могла удержаться от смеха. В конце концов Макс ткнулся мордой ей в колено, как раз когда она, собираясь шагнуть, не успела поставить ногу на землю. Лили потеряла равновесие и упала на кучу листьев. Сумка свалилась с ее плеча, рисунки рассыпались. Лили села. В уголках губ еще дрожала улыбка, но она смогла придать лицу гневное выражение.
– Двое на одного!
– проговорила она.
– А ну подойдите сюда, трусы несчастные. Я вам задам!
Она вскочила и повалила Кики на землю. Собака под ее тяжестью извивалась от восторга. Макс присоединился к их схватке, и вскоре все трое, взметая листья, катались, словно щенки, хотя собаки давно уже были взрослыми, да и Лили тоже. Они так увлеклись, что сначала никто из них не услышал крика. А когда услышали, прекратили возню, и Лили увидела, что рядом стоит какой-то человек и размахивает палкой.