Blood diamond
Шрифт:
— Ты хоть как-то сам заработал с этого? — спросил Морель.
— Конечно, — Смит кивнул. — К тому же, мистер Адамсон никогда не отличался особой физической силой, так что… Я мог себе позволить поколачивать его, чтобы выбить себе больший процент от продаж.
— Вы жестоки, Джон, — произнесла Мэри, не глядя на него.
— Не я жесток, а то время и условия, в которых мы тогда жили, — резко ответил он. Смягчившись, продолжил: — Что ж, я думаю, вы получили все ответы на свои вопросы… Думаю, теперь мы с вами
Долгие лишения, которые испытал Джон на себе еще в Марселе, требовали немедленной компенсации. Поэтому в этот же день американец напился в ресторане до столбняка и чуть не выпал из трамвая (благо, его вовремя подхватила Мэри) на пути в гостиницу.
Берни, который выпил не меньше самого Смита, все-таки кое-как помог Мэри дотащить его от трамвайной остановки до номера, но потом, не попрощавшись, поплелся в свой номер. Девушка же, беспомощно глядя на распластавшееся на полу тело Джона, стояла в проеме распахнутой двери и не знала, что ей делать.
— Здесь так жарко, — простонал Джон, заворочавшись на полу.
— Вы стали слишком много пить, — закрыв дверь, Мэрион покачала головой и недовольно сложила руки на груди.
— Это вы называете «много пить»? — он расхохотался. — Дорогая моя, в Америке мы гнали виски из такого дерьма, что страшно представить, не то что пить… Виски можно гнать практически из чего угодно: турнепс, тыква, ежевика, кукуруза, древесная кора. Из чего угодно. И мы же сами пили это дерьмо. Каждый божий день… Как вам такое, Мэри?
Мэри прислонилась спиной к двери. Она никак не могла понять, что она здесь делает и почему сразу же не ушла в свой номер. Она хотела уйти прямо сейчас же, но какое-то чувство все же заставляло оставаться ее в номере Смита и смотреть на него, пьяного и все еще лежащего на полу.
— Здесь так жарко, — снова произнес он и, ловко изогнув шею, взглянул на Мэри.
— И что вы предлагаете? — вздохнула она. — Окна и так открыты.
— Вы не могли бы помочь мне снять пиджак? — заискивающим тоном произнес он и, хитро прищурив глаза, посмотрел на девушку.
— Для начала, при всем желании я бы не смогла поднять вас с пола, — ответила она. — А без этого пиджак не снимешь.
— Я вам помогу, — Смит подмигнул ей.
Мэри тяжело вздохнула. Сейчас был прекрасный момент для того, чтобы развернуться и уйти из номера прочь, хлопнув за собой дверью, оставив Смита самого разбираться со своим пиджаком. Но вместо этого она подошла к нему и, наклонившись, помогла встать, а затем усадила на край аккуратно застеленной постели. Сняв с него пиджак, она на пару секунд скрылась в небольшой ванной и вернулась со смоченным холодной водой полотенцем.
— Вы мне по гроб обязаны за это, — недовольно проворчала она, отдавая американцу полотенце.
Джон, успевший расстегнуть несколько верхних пуговиц на рубашке,
— И все же ты помогаешь мне, Мэри, хотя и говоришь, что ненавидишь.
Девушка лишь раздраженно передернула плечиками и, подвинув стул, села напротив Смита, снова недовольно скрестив руки на груди. Он опять улыбнулся:
— Видишь, ты даже осталась здесь.
— Во-первых, мы вроде не переходили на «ты», — произнесла она ледяным тоном.
— Ну, а может, настало время перейти? — усмехнулся Джон.
— А во-вторых, — продолжала она, будто и вовсе не услышав его слов, — я хочу спросить… Джон, завтра приезжает мистер Тейлор. Плана у нас, я так понимаю, нет. На импровизацию в нашем деле полагаться не стоит. Чего вы ждете, Джон?
— Вообще-то, сегодня я только и занимался тем, что отчаянно пытался придумать что-нибудь.
— Ну и как успехи?
— Есть одна задумка… Посижу, часок-другой еще подумаю и, может быть, что-то и выйдет из этого.
— Джон, вы безответственны. Вы же понимаете, что после того, как вы обчистили мистера Тейлора, он будет в несколько раз сильнее следить за своими сокровищами. Это наша с вами последняя попытка.
— Не волнуйтесь, все будет хорошо, — Джон откинулся на постель и, придвинув подушку к себе, запихнул ее себе под голову.
— Вы не понимаете… — Она встала и отошла к окну. — Теперь, когда с нами Гийом, мы можем и не найти никаких бриллиантов, потому что он с легкостью сможет опередить нас. Вы не знаете Гийома… и зря ему доверяете.
— Да не волнуйтесь вы так за него, — вздохнул мужчина. — Для него я отвел отдельную роль в этом деле… Ничего он не получит.
Мэрион застыла у окна. Если Джон так говорит о Гийоме, то где гарантия, что и для нее он не придумал какую-то особую роль? Один раз он уже ее бросил в Марселе. Так что она догадывалась, что и она тоже вряд ли что-то получит от общей доли, если они все-таки заполучат бриллианты.
— Ты же сама поцеловала меня, Мэри, — раздался тихий голос американца позади нее. Кровать скрипнула, и девушка почувствовала легкое прикосновение его руки к своей ноге.
— Вообще-то, это ты поцеловал меня, — прошептала она, чувствуя, как его пальцы опустились к краю юбки.
— А ты ответила…
Мэри, резко развернувшись, пошла к двери. Она поняла, что лишь зря теряет здесь время — в таком состоянии Джон вряд ли что-то может придумать. А нянчиться с ним она не собирается. И всех этих нежностей ей не надо — она знала, что с Джоном связываться нельзя, Гийома ей уже хватило. Смит — простой авантюрист, который бросит ее в тот же момент, когда они достанут бриллианты. А быть тем, кто временно скрашивает чье-то одиночество ей не хочется…