Блокшот
Шрифт:
– Судя по тому, что я прочитал, Эндрю должен был забрать тебя и привезти на ферму. Вас обоих должны были принести в жертву. Думаю, он струсил. Решил оставить тебя себе и спрятал.
– Данте пожимает плечами.
– Все это есть в распечатках электронной почты в папке, - переписка между Адамом и его отцом.
– Моя мама?
– Я смотрю на Люка.
– Моя мама хочет убить меня?
– Этого не случится, - выдавливает из себя Люк. Затем он переключает свое внимание на кузенов Лилианы.
– Где она? Мать Монтаны?
– На ферме, примерно в четырех часах езды на запад, - отвечает Энцо.
–
– Он смотрит на меня, потом на Люка.
– Тело Эндрю лежало в камере глубокой заморозки, всю его кровь выкачали и сложили в пакетах вокруг него.
– Эндрю мертв?
– Я давлюсь словами.
– Да.
– Хорошо.
– Я киваю.
Это хорошо, верно? Теперь мне не нужно бояться, что он придет за мной. Он больше не сможет причинить мне боль. Я думала, что почувствую что-то, как только узнаю, что он мертв. Я думала, что испытаю облегчение. Но я все еще не свободна, не так ли? Я не буду свободна, пока не закончится весь этот кошмар.
Однако в этом есть смысл. Поэтому Шон предупреждал меня держаться подальше от нашей матери.
– Почему Шон покончил с собой?
– спрашиваю я Люка.
– Что я упускаю?
– Мы не знаем, но рискну предположить, что он думал, что если предложит себя, то тебя пощадят? Возможно, - предполагает Данте.
Глава тридцать шестая
Монтана почти ничего не сказала. Уверен, это тяжело для нее. Не каждый день узнаешь, что твоя мать планирует пожертвовать твоей жизнью ради своего культа. Никто так и не узнал, что случилось с миссис Бейкер, куда и почему она уехала. Только то, что это было связано с каким-то новым бойфрендом. Полагаю, когда живешь в секте вдали от посторонних глаз, легко оставаться незамеченной. Женщина, которую я знал в детстве, никогда бы не пожертвовала своими детьми. Но, с другой стороны, та женщина, которую я знал, также никогда бы их не бросила.
– Как ты себя чувствуешь?
– спрашиваю я Монтану, протягивая ей чашку чая.
– Спасибо. Я… я не знаю, - говорит она.
– А что чувствуешь ты?
– Я? Кроме того, что я хочу найти твою мать и разорвать ее на части, чтобы выяснить, как она отнесется к тому, чтобы самой стать чертовой гребаной жертвой?
– Да, кроме этого.
– Монтана вздыхает.
– Мне страшно. Я волнуюсь за тебя.
– Я провожу рукой по волосам.
– Ты же понимаешь, что причина того, что пытается сделать твоя мать, не в тебе?
Я знаю Монтану. Она принимает все близко к сердцу, и тот факт, что ее мать хочет убить ее, заставит ее думать, что либо она сделала что-то не так, либо не заслуживает любви, раз даже мать ее не любит.
– Я не знаю, - говорит Монтана.
– Почему Шон просто не сказал мне?
– Шон хотел защитить тебя, чего бы это ему ни стоило, Танна. Он любил тебя.
– Я прижимаюсь к ее щеке.
– Я люблю тебя.
– Я наклоняюсь и целую ее.
– Я тоже тебя люблю. Но это уже слишком, Люк. Ты не рассчитывал на такое безумие,
– Я ожидал, что проведу свою жизнь с самой красивой, самой доброй, самой удивительной женщиной, которую я когда-либо знал. И я уже сказал тебе, что назад дороги нет, Танна. Я буду любить и беречь тебя так долго, как только смогу. И в этой жизни, и в следующей, помнишь?
– Я помню. Я просто не хочу, чтобы ты застрял со всем… этим дерьмом.
– Это не так. Я люблю тебя, и я положу конец этому сектантскому дерьму. До того, как закончится эта неделя. Обещаю.
– Я сделаю все, что потребуется, чтобы убедиться, что Кристи Бейкер не угрожает жизни моей жены.
Я не могу представить, что чувствует Монтана. Я знаю, что это давит на нее больше, чем она позволяет себе думать. Я помню, как ушла миссис Бейкер. И Шон, и Монтана очень тяжело это восприняли. Но именно Монтана плакала две недели подряд. Пока однажды она не начала вести себя как ни в чем не бывало.
– Мы поедем туда. На ферму. Я собираюсь положить всему этому конец, Танна, - говорю я ей.
Монтана качает головой.
– Мы должны просто позвонить в полицию. Пусть они с этим разбираются, - говорит она.
– Мы не можем этого сделать.
– Я обнимаю ее лицо ладонями и касаюсь губами ее лба.
– Почему?
– Как мы объясним тот факт, что я убил Адама?
– шепчу я.
Глаза Монтаны расширяются.
– Я об этом не подумала… Значит, полиции не будет, - соглашается она.
– Не думаю, что смогу увидеть ее, Люк.
– Тебе и не придется. Я разберусь с этим.
– Я умалчиваю о том, что когда я увижу ее, то сделаю так, что она больше никогда не сможет причинить Монтане вред. Мне все равно, что придется сделать, чтобы обеспечить это.
– Как ты думаешь, мой отец знал? Куда она уехала?
– спрашивает Монтана.
– Я не понимаю, зачем кому-то бросать свою семью и заводить новую в другом месте… Конечно, это хреновая семья, но все же.
– Я не знаю, в курсе ли твой отец. Я думаю, что твоя мама психически неустойчива, Танна. Нормальные люди не соглашаются жертвовать своими детьми.
– Я прочищаю горло и заставляю себя слабо улыбнуться.
– Давай соберем вещи. Грей скоро будет здесь.
Мы отправляемся туда прямо сейчас. Я не мог лечь спать после этого. Как только мы узнали, где находится ее мать, я решил поехать за ней. Мне нужно покончить с этим дерьмом. Если бы Шон поделился со мной, а не отправился решать проблему в одиночку, я мог бы помочь ему. Я мог бы остановить его от бесполезного самоубийства. К сожалению, машины времени не существует, и я не могу вернуться назад и изменить историю.
– Что тебе понадобится в путешествии с двумя мафиозными семьями?– Монтана смеется. Смех звучит неестественно. Я вижу, что она нервничает.
– Они не плохие люди, Танна. Они наши друзья, - напоминаю я ей. У меня было больше времени, чтобы привыкнуть к миру Грея и к тому, что это влечет за собой. Не то чтобы его семья меня когда-то сильно беспокоила. Они кажутся вполне нормальными, когда узнаешь их поближе.
– Я знаю. Но если серьезно, Люк, что мне взять?
– спрашивает она, глядя в шкаф, который постепенно заполняется ее одеждой. Новой одеждой.