Блокпост
Шрифт:
Тут же кто-то протянул сверху лопату – Иван, поколебавшись, вцепился в черенок, и его в два смычка вытянули наружу.
– Показывай, – приказал Иван, таращась на попа пустыми глазами. – Где результат? – И крикнул стоявшим с лопатами могильщикам:
– Не засыпать, рахиты! Щас вернусь – если что, смотреть будем. Я сам экспертизу проведу! Не засыпать – смотрите у меня!
– Пошли, Ваня. – Поп приобнял парня за плечи и потащил с кладбища.
Потом, оглянувшись, подмигнул стоявшим у могилы – засыпайте, мол…
Обширный
– Ты куда меня привел, поп? – подозрительно поинтересовался Иван, брезгливо морщась при виде стаи бабок. – Пошли результат смотреть!
– Да успеется, это у соседа, у Кольки-фелшара, – ласково пробормотал отец Василий, силком усаживая Ивана за стол. – Щас пойдем, погодь маленько… Пока толпа не налетела, быстренько помянем рабу божию Светлану – посемейному…
Иван встопорщился было, но поп уже набулькал в граненый стакан до краев, шепотнул скороговоркой, важно закатив глаза: «Грех, грех – что ты!» – и подтолкнул стакан к Ивану. Иван, не поморщившись, опрокинул теплую водку, закусил черным хлебом, вопросительно уставился на попа – тот манерно опорожнил небольшую стопочку и опять набулькал Ивану в стакан.
– Ты че мне наливаешь по стольку? – возмутился Иван. – Споить, что ли, хочешь? Сам стопариком…
– Мать-то – твоя, – благостно протянул поп. – Больше ж у тебя никого не осталось в целом свете – окромя дяди двоюродного. Но двоюродный – он и есть двоюродный… Давай! За упокой души рабы божьей Светланы – пусть земля будет пухом…
Иван опрокинул и второй стакан. Поп, хитро сверкнув глазами, взмахнул бородищей, перегнулся – достал большую миску с голубцами, услужливо пододвинул Ивану. Тот нехотя отковырнул кусок, отправил в рот – и процесс пошел. Организм вдруг сам, помимо воли, напомнил, что давно не питался как следует и так поступать с ним нельзя. Буквально за две минуты Иван расправился с голубцами – желудок страшно урчал, негодуя на столь неучтивое обращение.
Борода попа поплыла куда-то вбок, столы накренились – Иван вдруг потерянно улыбнулся, удивляясь неожиданно навалившемуся состоянию опьянения.
– А ведь я пьян, поп, – заплетающимся языком сообщил Иван. – Вот ведь… С двух стаканов утащило… Споил ты меня! А что – экспертиза?
– Тебе надо, надо тебе, – мудро проговорил отец Василий. – Немного расслабиться надо – а то смотри, совсем озверел, на людей бросаешься… Пошли к соседу – поговорим насчет экспертизы… если получится. – Встав из-за стола, он ухватил Ивана под локоть и повел к воротам, слегка придерживая – твердость походки воина была несколько утрачена.
– А что – дядя? – вдруг встрепенулся Иван. – Ты сказал – дядя?
Откуда дядя?
– С города дядя, – пояснил отец Василий. – А
От кладбища к Иванову подворью неторопливо перемещалась толпа.
Впереди по дороге пылил джип «Чероки» с тонированными стеклами – кто-то важный не желал идти пешком, хотя расстояние было незначительным. Джип притормозил у ворот, из него вышли четверо: стройный блондин лет под сорок с испитым бледным лицом, за ним здоровенный хмурый мужлан средних лет, а к нему придаток – двое хлопцев с квадратными плечами, бритыми черепами и насквозь дегенератскими рожами – без проблеска.
Блондин подошел к Ивану и с ходу полез обниматься, бормоча что-то утешительное.
– Кто такой? – отстранился Иван, недовольно хмурясь. – Че надо?
– Дак – дядя, – суетливо пояснил отец Василий. – Вот он – дядя и есть.
– Я двоюродный брат Светкин – царствие небесное, – хлюпнул носом блондин. – Как узнал – все бросил, прикатил… Горе, в общем…
– Не знаю, – насупился Иван. – Не было никакого дяди сроду…
– Дядя Саша я, – упорствовал блондин. – Мы с тобой просто ни разу не виделись. Семьи наши, так получилось, во вражде жили. Ну, отец мой – Светкиного отца брат. Так получилось…
– Шел бы ты – дядя, – отмахнулся Иван, и, пошатнувшись, ухватился за рясу отца Василия. – Не до тебя – видишь…
– Побойся бога, Ванька! – возникла откуда-то вездесущая соседка – тетка Дарья. – Это ж он все и организовал-то! И похороны по первому разряду, и поминки на две сотни ртов… У Светки-то, царствие небесное, ни гроша не обнаружилось, когда случилось-то! Если б не он – что б мы делали-то?!
– Ладно, – пьяно согласился Иван, протягивая блондину руку. – Спасибо. Я того… потом отдам – за все, – и показал рукой на подворье, заставленное столами. – А сейчас мне кое-куда надо – с попом…
– Вот, познакомься, – «дядя» подтащил Ивана к здоровенному мужлану, – это мой друг… Леша, короче. Он помогал…
– Иван, – жеманно представился Иван, пожимая железную клешню здоровяка. – Иван, – и потянул было руку «шкафчикам», переминающимся за спиной Леши. «Шкафчики» растерянно переглянулись.
– Обойдутся, – буркнул Леша, оттирая от них Ивана. – Им не положено. И это… ну его в задницу – Леша… Зови меня как все – Вовец. Так проще. А теперь пошли, что ли, по стакашку пропустим.
– У меня тут дело – пока без меня. – Иван опять вцепился в поповскую рясу. – Вовец… Ага – запомнил. А я быстро – туда-обратно. Щас приду.
– Дашка, забирай! – скомандовал отец Василий, отцепляя от себя Ивана и передавая его тетке Дарье. – Поведи его к своему – пущай насчет экспертизы расскажет.
– Так ведь… А щас садиться будут! – с надрывом крикнула тетка Дарья. – Как же садиться?
– Сядут без тебя как-нибудь. – Поп взял «дядю Сашу» под руку и направился с ним к воротам. – Иди – я, что ль, должен твоего красавца в чувство приводить?!