Близость

Гейдж Элизабет

Третья была похоронена в Пенсильвании, давно забытая миром, трубившим славу ее брату, но все еще говорившая с ним тихим, прерывающимся голосом, и правду этих

слов Джордан никогда не забудет.

"Ты слишком долго забывал о себе, Джорджи, найди себя ради меня…"

Он так и не нарисовал картину, о которой мечтала Мег, хотя его родной город, как и другие города страны, носил следы его кисти, кисти гения. Джордан займет свое место на холстах истории, пусть не вечное. Но он давно уже перестал заботиться о месте в истории.

Джордан Лазарус еще раз оглядел семью. Ленивое течение дня, прерываемое случайным звонком или неизбежными потасовками детей, было тем самым подобием рая, о котором он раньше боялся мечтать. Джордан многим жертвовал ради этого, но никогда ни о чем не жалел.

И сейчас он внезапно подумал, что если бы сестра видела его жену и детей,

то могла бы сказать, что именно это стало его величайшим достижением, которым она может гордиться.

"Будь счастлив…"

С этой мыслью Джордан вновь перевел взгляд с девочки на Лесли. Казалось, вся его жизнь, от детских грез до последней отчаянной борьбы, держится на невидимой нити между двумя дорогими лицами.

"Время, — подумал он со вздохом, — жестокая любовница, которая может использовать желания мужчины, чтобы завести его далеко от самого себя и заставить умереть в разлуке с собственной душой. Но капризная богиня в конце концов пожалела Джордана и привела его домой".

Дети снова стали ссориться.

— Папа! — позвала Мери с пола.

— Папа, — пробормотала Мег, глядя ему в глаза со странной нежностью.

И Джордан взглянул на Лесли, губы которой молча шевелились, произнося волшебное слово.