Ближе к телу

Фогель Эра

– Ты знаешь Гора?

– Почти нет, – Мята поставила мне на кровать маленький столик с завтраком. – Лично не знакома, но его хорошо знает мой муж.

– А кто твой муж? – я спросила наобум. Вряд ли мне что-то скажет его имя.

– Ловчий, – улыбнулась она.

Да уж! Отличное имя!

– А как зовут моего врача? – продолжала допытываться я.

– Вера Константиновна.

Хорошо. Выходит, не у всех здесь клички.

– Когда меня выпишут?

– Когда Гор скажет, тогда и выпишем. У тебя нет травм или

серьезных заболеваний, – Мята сверкнула глазами, намекая, что я начинаю ей надоедать.

– А мне можно позвонить? – задала я последний вопрос.

– Нет.

Я не удивлена.

– Я хочу позвонить Гору… или хоть как-то связаться с ним. Пожалуйста! – взмолилась я.

– Он сам даст о себе знать, – Мята поднялась с моей кровати и направилась к двери.

– Пожалуйста, подожди! – окликнула ее я. – Можно мне хотя бы по коридору пройтись. У меня уже все болит от лежания.

– Нет, – бросила она через плечо. – Приятного аппетита.

Ну вот! Я спугнула расспросами свою последнюю надежду!

Однако, после завтрака, я все же встала с кровати и подошла к двери. Опустив вниз ручку, я нажала на нее, но дверь не открылась.

Я заперта.

Странно. Я ни разу не слышала, как меня запирали на ключ или ещё какой-то замок. Выходит, дверь открывается только снаружи?

Да это тюрьма, а не больница!

Я задумчиво прошлась по небольшой палате. Напротив моей кровати стоял большой телевизор, а рядом на стойке – пульт.

Я попробовала включить телевизор, но тщетно. В пульте не было батареек.

Точно тюрьма! Или психушка!

Тогда я принялась рыскать по шкафчикам, в надежде найти батарейки. Маловероятно, но попробовать стоит. И через пару минут моих остервенелых поисков ко мне вновь зашла Мята.

– Что ты ищешь? – спросила она.

В момент, когда она вошла, я просто стояла посреди палаты. А значит, она узнала о моих поисках через камеру. Здесь ещё и видеонаблюдение!

– Можно мне хотя бы телевизор посмотреть? – взмолилась я. – Я хорошо себя чувствую и уже не смогу спать весь день.

Мята тяжело выдохнула, а я продолжила ее убеждать:

– Я совсем тихо буду смотреть! Никому не помешаю!

– Ладно, – согласилась девушка, вытащила из кармана магнитную карту и открыла один из шкафчиков.

Внутри оказались батарейки, лампочки и всякие хозяйственные предметы.

– Только тихо, – предупредила меня Мята. – В том углу камера. Если я тебе понадоблюсь, то просто подойди к камере. Хорошо?

Я кивнула и попрощалась с девушкой, а затем включила телевизор.

Предупреждение Мяты было лишним. На телевизоре стоял ограничитель громкости. Поэтому я подошла к нему поближе.

Переключая каналы, я не знала точно, что бы мне хотелось посмотреть. Просто нужно было хоть чем-то занять мозги, потому что в голову уже закрадывались мысли типа: а вдруг Гор больше не придет? Вдруг меня запрут здесь

на всю жизнь и будут пичкать психотропными лекарствами, пока я не превращусь в овощ? Или самое страшное: вдруг меня просто убьют. Продадут мои органы для трансплантации и все. Это ведь больница. Для чего ещё им меня тут держать?

Переключая каналы, я остановилась на программе новостей. Новости я отродясь не смотрела, но здесь… показывали мой дом. Точнее дом моего отца.

Закадровый женский голос прокомментировал ситуацию:

– Вчера был убит известный бизнесмен и владелец сети клубов Косов Юрий Евгеньевич, больше известный под именем Кос. На его дом было совершено вооруженное нападение. Сам владелец дома и его дочь убиты на месте. Очевидцев происшествия нет. Следствие по делу убийства Косова уже ведется.

У меня перехватило дыхание. Мой отец… убит?

Я выронила пульт и закрыла рот ладонями, чтобы не закричать.

Кто мог это сделать?! Рустам? Что если в тот момент, когда Гор не передал меня Рустаму, тот решил окончательно избавиться от моего отца? Или… ещё хуже. Что если это сделал сам Гор?

Я заметалась по палате, а затем обессилено рухнула на колени.

Что же мне теперь делать?

Глава 5

– Что случилось? – ко мне в палату вновь вбежала Мята.

Но я не могла ответить девушке хоть что-нибудь. Потрясение было слишком большим.

– Ответь! – девушка встряхнула меня за плечи, но я продолжала закрывать себе рот от отчаяния.

– Черт, как же мне влетит! – расстроилась Мята, сокрушенно закрыв глаза ладонью. – Зачем я только тебя пожалела!

Нет, нельзя терять единственного возможного союзника! Мята ни в чем не виновата.

– Не влетит, – я выключила телевизор, а затем раскрыла пульт и вытащила батарейки. – Никто не узнает. Я сейчас успокоюсь.

– Спасибо тебе, – Мята не колеблясь взяла батарейки и спрятала их в кармане своего приталенного медицинского халата. – Скажи, что случилось.

Она помогла мне встать и уложила в постель.

– По новостям сообщили, что мой отец убит, – пустым голосом ответила я. – И я тоже. Меня больше не существует. Мне некуда идти. Я не смогу претендовать на дом, бизнес отца и даже свой собственный клуб. И в довесок… вы никогда не выпустите меня отсюда.

– Так ты Косова Женева? – удивилась Мята. – Теперь я понимаю, почему тебе нельзя было смотреть телевизор. А я-то подумала, что это из-за твоего сотрясения.

Я уже не слушала девушку. Моя голова теперь была забита мыслями о моей дальнейшей жизни.

– Мята, – я с надеждой обратилась к девушке. – Как мне выбраться отсюда?

– Одна ты никуда не уйдешь, – нахмурилась она. – Ты понимаешь, что тот, кто инсценировал твою смерть, теперь будет охотиться за тобой. Давай дождемся, когда появится Гор…