Бледный гость
Шрифт:
Нагулявшись вдоволь по саду, я прилег на склоне одной из них, сунул руки под голову и закрыл глаза. До слуха моего доносилось умиротворяющее журчание воды. Солнечные лучи ласкали мое лицо, и отвратительный запах берлоги Робина, который я все еще ощущал, постепенно выветривался. Что за странное создание! С этим его одеянием из шкур животных, с кожаными шкатулками, бумагами и песенками про дьявола. Я до сих пор чувствовал прикосновение его кривой, костлявой ручищи. Все! К лорду Робину я больше не ходок.
Размышляя
Говорю тебе, ходят слухи, что это против его воли, – послышался голос человека, которого я принял за Уилла Фолла, нашего извозчика и актера от случая к случаю.
– А кто распространяет-то эти слухи? – услышал я другой голос. И это был, несомненно, мой друг Джек Уилсон.
– Откуда ты знаешь? – Это был Майкл Донгрейс, тот самый, который играл Гермию.
– Да есть одна девица на кухне… – неохотно ответил Фолл и замолчал.
Остальные двое загоготали, поскольку Фолл слыл мастером по части кратковременных интрижек. По крайней мере он так рассказывал.
– Девица на кухне! – повторил Донгрейс. – Скажи нам, ты уже продемонстрировал ей свой вертел?
– Тише ты, – одернул его Джек. – Нам стоит быть поосторожнее. Его брат тут рядом.
– Так вот, Одри сказала…
– Одри! – Очередной взрыв смеха Донгрейса. – Чтоб мне в жизни не играть девицы по имени Одри!
– Ты хочешь меня выслушать или нет?
– Говори, Уилл, – вмешался Джек. – Прости моего юного друга, он еще в том возрасте, когда имена вызывают хихиканье на задних партах.
– Престо я на дух не выношу безыскусности, – заявил Майкл тоном городского сноба. – Одри… от этого имени так и тянет деревенщиной!
– Как будет угодно. Ничего плохого в нем не вижу, – ответил Уилл, делая вид, что уязвлен. – Хорошее простое имя, для хорошей простой девушки.
– До тех пор, пока она не становится слишком хороша.
Я мог представить, как с этими словами Донгрейс подталкивает Фолла локтем.
– Не беспокойся, не упущу случая оценить ее и с этой стороны. А пока, хочешь ты или не хочешь, тебе придется услышать то, что она мне сказала. Потому что от этого во многом зависит наша судьба как актеров.
Я насторожился.
– Короче говоря, Одри сказала так. Свадьбы, которую мы тут собираемся праздновать, не было бы вообще, если бы мнение Генри что-нибудь значило. Элкомб все решил сам. Деспот-папаша нашел наследнику невесту и наказал жениться.
– Да какой он деспот, – возразил Джек Уилсон. – Просто он богат. Только бедные свободны выбирать.
– Но почему сына силком тащат под венец? – спросил Майкл. – Невеста что, уродина? Как ее зовут?
– Не понимаю, какая связь между внешностью и именем, но ее зовут Марианна. Уродина, или красавица, или что-то
– Так спроси у Одри с кухни.
– Не перебивай! – Фолл понизил голос. – Зачем Элкомбу так понадобился этот брак – яснее ясного. Марианна Морленд происходит из богатой семьи. Ее отец – именитый бристольский купец. Деньги к нему в карман текут рекой. Представьте, каково ее наследство, представьте приданое. Родитель наверняка расщедрится, еще бы: породниться с одной из благороднейших фамилий Англии!
– Так все дело в деньгах. Как ново.
– В них всегда все дело, – отозвался «взрослый», циничный Джек Уилсон. – Дело в том, что пару лет назад Элкомб лишился винодельни и вместе с ней огромного дохода. Только представьте, какие это были деньги! На торговле вином люди делают себе состояние! Кроме того, он чем-то провинился перед королевой, так что монаршая милость обошла его стороной. Вместо него Елизавета щедро одарила кого-то другого. Думаю, вы понимаете, что ситуация едва ли не плачевная.
– А я смотрю, ты в курсе дел, Джек! – отозвался Фолл.
– Да, держу ухо востро, – сказал Уилсон. – Не хуже Ревилла, который только прикидывается, что спит, а на самом деле ловит каждое наше слово. Вот уж у кого ушки на макушке.
Я чувствовал, что Джек смотрит на меня, но лежал тихо, хотя давился от смеха.
– И раз уж мы заговорили об Элкомбе и его деньгах, то в само поместье вложены огромные суммы. Вот если я вырву сейчас пучок травы, то можно считать, что я обогатился двумя пенни. А камни, из которых сложен дом, – это просто слитки золота.
– Выходит, Джек, ты полагаешь, что именно из-за этого сына женят насильно, – сказал Уилл. – Элкомбу просто нужен новый источник дохода. Он отчаянно нуждается в средствах.
– Это лучший способ. Кутберт своим актерским талантом нужных денег не добудет. Как бы то ни было, все очень странно. – Джек пожал плечами. – Отчего Генри идет под венец чуть ли не из-под палки? Если та девица, Марианна, и впрямь так богата и к тому же не окончательная уродина, то тут радоваться надо и благодарить папашу за выгодную партию! Если бы мне предложили богатую невесту, я бы не очень беспокоился по поводу ее внешности. А будь она очень-очень богата, я бы считал ее самым прекрасным созданием на земле!
– По слухам…
– Чьим?
– На этот раз не Одри, а других женщин, тоже с кухни…
– О-о-о, мастер Фолл, вижу, времени вы не теряли, сняли самые сливки, – сказал Майкл.
– Обещаю, впредь буду оставлять их для тебя. Как только ты научишься пользоваться своим вертелом.
– Не отвлекайся, Уилл, – вновь вмешался Джек.
– Так вот. Те дамы понятия не имеют, с чего это молодому господину так не по душе столь богатое брачное ложе.