Бизнес - класс

Данилюк Семён псевдонимом

– Что ты этим собственно хочешь сказать? За такие намеки, знаешь!.. Мясоедов даже сделал движение подняться. Но Резуненко, будто только того и ждал, шагнул к нему. Рядом с массивным, но рыхлым Мясоедовым атлет Резуненко выглядел обломком скалы возле большой песчаной кучи.

– Ну, будет вам, - лениво оборвал склоку Фархадов. Он все видел и все оценил.
– Иди, Виктор, я подумаю.

– Салман Курбадович, поймите. Если уж в такие дни к вам пришел, то... Резуненко полоснул себя ладонью у горла и выдавился наружу.

– Изыщи, -

коротко произнес Фархадов.

– Да Салман Курбадович! Если мы каждому просителю!..

– Он не каждый. Он друг Тимура был, - процедил Фархадов, заставив Мясоедова проглотить собственный всплеск.
– Потому - изыскать!

– Попробую, конечно.

– Вот и пробуй, - разрешил Фархадов.
– Так что за вопрос был у гостей?

– Да, вопрос, - Коломнин с трудом заставлял себя не смотреть на Ларису. Так вот, почему из предполагавшихся двадцати километров трассы за два года проложено лишь пятнадцать, а деньги меж тем иссякли? В чем причина?

– О чем это он?
– Фархадов неприязненно уставился на заерзавшего Хачатряна. Тот в свою очередь зыркнул на Коломнина:

– Я ведь объяснял. У компании имеются трудности.

– Я не твоих комментариев жду, Симан Ашотович. Ты мне отдельно отчитаешься, - осадил его Коломнин. Так что обидчивый Хачатрян стремительно переменился в лице.
– Сейчас меня интересуют объяснения руководства "Нафты".

– А докладную написать не надо?
– неприязненно съехидничал Мамедов. Может, лично Салман Курбадовичу на ваше имя?

– Здесь нет поводов для обид, - Коломнин, даже не приступивший еще к расспросам, чувствовал себя несколько обескураженным от совершенно непонятного отпора. От более резкого ответа его удерживала даже не рука Симана, умоляюще сжавшая под столом ладонь, а более - нежелание преждевременно испортить отношения с Фархадовым.
– Уважаемый Салман Курбадович, я никак не хотел и не хочу обидеть вас лично. Но согласитесь: мы ждем отчета об использовании своих денег. Это нормально для кредитора. С этим я послан. А вместо этого вы требуете выдать еще. Разве нам не о чем поговорить? Ведь если бы я, предположим, попросил лично у вас взаймы крупную сумму, вы бы наверняка поинтересовались, смогу ли отдать. И разве имел бы я после этого право обижаться?..

Это был неудачный пример. Надо все-таки соображать, когда имеешь дело с кавказцем.

– Возьми, сколько надо!
– прежде чем Коломнин закончил фразу, бумажник Фархадова лег перед ним. Следом шлепнулось портмоне Мамедова. Едва заметно поколебавшись, придвинул свою барсетку и Мясоедов. Впрочем, таким образом, чтоб можно было незаметно утянуть ее назад.

С благодарным поклоном Коломнин отодвинул все это к центру стола:

– Спасибо. Буду знать, к кому в трудную минуту обратиться. Предлагаю все-таки поговорить о цифрах. Вчера, пока мы отдыхали, Юрий Богаченков изучил кредитное дело. Доложи, Юра!

– Да, собственно, информации чересчур мало. Совсем никакой. Видно, что компания

сильно перегружена долгами. И не только перед нашим банком. Но разобраться в представленных балансах без расшифровки совершенно невозможно. Я тут подготовил список необходимых документов...

– Кто это?
– ледяным тоном поинтересовался Фархадов.

– Богаченков. Наш экономист, - вторично представил Коломнин.

– Не знаю такого. Пусть ступает к экономистам и с ними общается. Кто сюда пустил? Я - Фархадов! Понимаете ли вы? Я дело для страны делаю. А вы мне тут...

– Салман Курбадович, вам нельзя волноваться, - напомнил Мясоедов.

– Да и стоит ли нервничать из-за всяких...
– Мамедов значительно не договорил.

Коломнин помрачнел.

– Проверять они меня, понимаешь, приехали!
– Фархадов возбужденно отодвинул поглаживающую ладошку Ларисы.
– Да что такое ваши жалкие пять миллионов? Тьфу! У меня капитализация компании под сто миллионов! А завтра, когда в трубу врежусь, возрастет десятикратно. Да я прямо сейчас трубку сниму, кого хошь. Хошь того же Аликперова, хошь Вяхирева. И - получу сколько надо кредит. Надо - десять? Будет десять. Надо больше, дадут больше. Потому что я Фархадов!

– Наверное, дадут, - поверил Коломнин.
– Любопытно только, что они за это запросят.

И по смутившимся лицам увидел: попал в точку. Уже просили. Уже и условия выставлены. Судя по всему, - неприемлемые.

– Особенно если узнают, что над "Нафтой" завис банковский долг. Ведь скоро три месяца как компания не выплачивает проценты. Если б Симан Ашотович вас не покрывал, мы бы приехали сюда гораздо раньше. И вместо того, чтоб помочь разобраться в причине задержки, вы с милой непосредственностью требуете еще столько же и обижаетесь, что мы позволяем себе задавать неудобные вопросы. Помогите разобраться и - попробуем вместе найти решение.

– Разобраться?!
– подскочил Мамедов.
– Тогда езжайте в тайгу. Посмотрите буровые. Там работа! Там результат! Там все ответы! А в тепле сидеть да вопросики большому человеку задавать - чего проще?.. Я верно говорю, дядя Салман?

Фархадов тяжело поднялся, подняв тем остальных:

– Да. Хочешь посмотреть, езжай. Я организую вертолет.
– Так я сам и покажу, - вызвался было Мамедов. Но под недовольным взглядом Фархадова отступил, как бы извиняясь за неуместную инициативу.

– Ты мне здесь нужен, - объявил Фархадов. И Мамедов приятно заалел. Резуненко найдите. Пусть он провезет. Может, тогда поймешь, чего нефть стоит.

– Может быть, - принял вызов Коломнин.
– Раз нужно для дела, поеду. Но при условии.

Фархадов поморщился от новой дерзости.

– Банковским экономистам за это время должны быть представлены необходимые документы. Главное - вся кредиторская и дебиторская задолженность. Поймите же - мы обязаны разобраться в ситуации. Такая задача поставлена президентом банка.