Битва
Шрифт:
– К сожалению, я думаю, что он именно там. Все контейнеры, приготовленные для растаможки, находятся на огороженной площадке, под пломбами, со своей охраной. Таможенник имеет туда свободный доступ: почему нет?
– Время поджимает. Сам понимаешь: международный форум, а мы даже не знаем, снаряд ещё в порту или уже в городе?
– Думаю, сейчас надо проработать два варианта. Первое – собрать всех людей, которые работают в порту. Я всех обойду. Подозрительных сразу отсеем, с ними позже разберёмся. И второе направление – искать контейнер.
– Есть.
– Пусть садится с кем-либо из таможенников за комп. Надо искать контейнер, который стоит без движения на площадке, скажем, месяца два. Контейнеры все под номерами, наверняка какой-то учёт всё равно ведётся.
– С компьютером разберёмся. Только Махмуд ведь мог не заносить его в базу данных.
Володя развёл руками:
– А с людьми сложнее. В порту, несмотря на ночную смену, сотни людей работают. Если всех собрать, работу парализуем. Суда разгружаются и грузятся по графику: кто за простой судов платить будет?
– Тогда будем проверять каждое структурное подразделение по отдельности.
– Хм, попробуем.
И закружилось… Один оперативник остался в микроавтобусе – сторожить Махмуда, ещё один направился в таможню. Силовиков из автобусов разбили на десятки, во главе каждого отделения поставили оперативника.
Толкачёв ухитрился сделать в управлении порта несколько ксерокопий плана порта, которые раздал сотрудникам, и отряд людей в чёрной униформе разбежался по территории.
Володе Толкачёв вручил рацию.
– Пользоваться умеете?
– Первый раз в руках держу.
– Если идёт вызов, нажимаете эту кнопку. Когда говорите, держите нажатой вот эту. Отпустите – слышно, что говорит абонент. С вами будут связываться оперативники.
Не успел подполковник объяснить Володе правила пользования рацией, как пошёл первый вызов.
– Отвечайте, отвечайте…
Володя нажал кнопку:
– Слушаю.
– Доктор, к первому причалу, там все собраны.
Володя сверился с планом – причал был недалеко.
Добрался он быстро. Строительство порта закончили недавно, планировка его была удобной и продуманной. Это в старых портах можно заплутать среди закоулков, пакгаузов и служебных зданий. Порты увеличивались, росло количество служб, строились всё новые здания, и старые порты теперь выглядели хаотично.
Работающих докеров и крановщиков оказалось немного, два десятка. Люди возмущались, что их оторвали от работы.
К Володе подошёл оперативник:
– Док, командуйте.
– Все построились в одну шеренгу на дистанции вытянутой руки, – попросил Володя. – Пять минут – и все разойдутся.
Построились быстро. Володя шёл позади шеренги, возле каждого останавливался, считывая мысли.
Проверка прошла быстро. Все были работягами, никаких задних или криминальных мыслей он не услышал.
– Спасибо, все свободны.
Рабочие разошлись по своим местам.
Силовики
Внезапно вдалеке хлопнуло два выстрела. Силовики насторожились – запахло боевыми действиями.
– Это не наши, – сказал их командир. – У наших «Вал», лупит беззвучно.
Володя прикрыл глаза, и перед ним сразу возникла картинка: террорист в форме сотрудника ЧОПа убегает по контейнерному терминалу, отстреливаясь из табельного «ИЖа».
– Надо туда, там их двое, и они вооружены! – попросил оперативника Володя.
– Вперёд, оружие к бою! – скомандовал оперативник силовикам.
Бегали силовики, как лоси. Оперативник отстал немного, а Володя – вообще на позорное расстояние, метров пятьдесят-семьдесят: сказывалось отсутствие каждодневных физических тренировок.
Для силовиков бег и прочие занятия – штанга, борьба, стрельба – непременные условия выживания, победы над врагом. А для Володи – борьба с болезнью, за пациента – больше мыслительный процесс. Но он добежал, отдуваясь.
Силовики откровенно ухмылялись.
– Идём. И пусть рядом со мной будет командир силовиков и снайпер.
Оперативник отдал команду. Справа от Володи, держа в руке пистолет «ПСС», бесшумный, пробивающий насквозь бронежилет, шёл старший лейтенант. Слева, с «Валом» в руках, пристроился снайпер. Винтовка была мощная, девятимиллиметровая и тоже бесшумная. Зачем устраивать в порту пальбу, будоражить людей?
– Командир, как зовут? – спросил Володя.
– Величай Колуном.
Это было боевое прозвище. На спецоперациях бойцы назывались ими – и по рации, и в живом общении.
Двинулись вперёд. Володя периодически замирал на одном месте и закрывал глаза. У третьего прохода сказал:
– Влево, сейчас будет один с оружием.
Снайпер повернулся налево и, когда показалась тень, выстрелил. Раздался только щелчок сработавшего затвора.
К неподвижной тени бросился силовик. Держался он грамотно, в стороне от директрисы. Если террорист только ранен и откроет ответный огонь, снайпер сможет добить его выстрелом, цель не будет закрыта сотрудником.
Тот вернулся, неся в руке «ИЖ» – пистолет для гражданских ведомств, с укороченным патроном от «макарова».
– Наповал, – сообщил он.
Они снова двинулись по проходу. Контейнеры стояли друг на друге в два уровня и для удобного проезда автопогрузчиков были разбиты на сектора. Освещение было с двух высоких мачт, но в проходах сумрачно.
Они миновали четвёртый, потом пятый проход, и Володя вскинул руку, указывая вправо:
– Стрелок!
Снайпер резко развернулся – над верхним контейнером показалась голова неизвестного. Тут же раздался щелчок, и голова исчезла.