Битва самцов

Узун Юлия

Но услышав бодрый голос брата, я успокоилась.

– Привет, сестрёнка! Как жизнь в Корее? Не скучаешь?

– О, у меня всё прекрасно! – постаралась ответить жизнерадостным тоном. – Ты не представляешь, как здесь красиво и как я счастлива!

– Счастлива, говоришь… – Я услышала в трубке вздох, после чего Корбин спросил: – Когда ты с ним познакомилась? Только ответь честно.

– Когда? – слишком возбужденно переспросила я.

– Да, ты не ослышалась. Я спрашиваю, сколько ты встречалась со своим корейцем до того, как привела его к нам знакомиться?

– Ну-у… я не помню.

– Всё ты помнишь! –

в его голосе послышались металлические нотки. – Фаррен мне кое-что сказала, и я склонен ей верить.

Вот это поворот! Хорошо, что я сидела на полу, иначе упала бы. Не стоило мне игнорировать Фаррен. Как я могла не догадаться, что она помчится к Корбину?

Я уже обдумывала ответ, когда услышала:

– Она сказала, что сама лично познакомила вас, и ты провела с ним всего несколько часов. Ты его ни хрена не знала, Элора! Где твои мозги? Я думал, у меня умная сестра, но похоже я ошибался. Девчонка – она и в Африке девчонка. Глупо, необдуманно и… – Корбин подбирал слова, чтобы побольнее меня ужалить, а я стискивала зубы и едва не плакала. Он никогда не говорил мне ничего подобного.

– Хватит, Корбин, – дрожащим голосом перебила его я. – Не надо говорить того, чего не знаешь.

– А чего я не знаю? Может, если бы ты рассказала, мы вместе что-нибудь бы придумали.

Я об этом не подумала. Корбин – единственный человек на свете, который понимал меня. Если бы я поговорила с ним… Что бы он сделал? Из тюрьмы точно бы не вытащил. За окном послышался мотор автомобиля. Чит вернулся. Я забралась обратно в постель и тихо в трубку сказала Корбину:

– Я не смогу тебе всего рассказать по телефону. Только с глазу на глаз. Может быть, ты сможешь найти время приехать в Сеул? Клянусь, я всё расскажу… – Я на секунду замолчала, чтобы сглотнуть комок, потом почти шепотом добавила: – Всё очень серьёзно.

Хлопнула дверь в спальню, я резко обернулась.

~~~

Он присел рядом со мной на кровать, я попыталась выдавить из себя улыбку. Потом одними губами сказала «брат» и снова заговорила с Корбином, но уже на другую тему. Я сделала вид, что рассказывала ему о доме.

– В общем, это прекрасное место! Корейский рай! Ты просто обязан приехать! Правда, Чит? – Я посмотрела на удивленное и ничего не понимающее лицо мужа. – Я предлагаю Корбину приехать сюда на пару недель.

– Прекрасная идея, – холодно, без всяких возражений ответил Читтапон, затем встал и скрылся в ванной комнате.

Я выдохнула с облегчением.

– В общем, созвонимся в другой раз. Подумай над моим предложением.

Корбин обещал подумать. Я вдруг ухватилась за идею рассказать всё брату, он сможет вытащить меня из всего этого дерьма. Но портить жизнь Читтапона я всё равно намерена по мере возможности. Чтобы не расслаблялся. И начну я, пожалуй, с сегодняшнего дня.

Настроившись враждебно, я подошла к двери ванной, подняла руку, чтобы постучаться, но она вдруг открылась, и Читтапон оказался почти вплотную ко мне. На нем не было рубашки, только брюки. Я встала в позу.

– Ну, и где тебя носило?

– У меня есть работа, Элора. Ты должна это знать.

Аргумент прозвучал слишком убедительно, чтобы что-то предъявлять. Я отступила.

– Прекрасно! Просто обычно ты ставишь меня в известность.

–

А это требуется? Мне казалось, что тебе всё равно.

В его тоне сквозила неприятная холодность, что-то изменилось в его поведении. Надо признать, что мне не понравилось то, как он со мной говорил. Он не прижал меня к себе, не поцеловал, как делал это по возвращении домой. Он слегка обескуражил меня, моё эго было раздавлено и растоптано.

– Мне… почему мне должно быть всё равно? Что с тобой?

– Со мной? Ничего. Я пытаюсь угодить тебе, вот и всё.

– Ну и черт с тобой! – со злости бросила я и вышла из комнаты, намереваясь сбить спесь, прогулявшись в саду. Там была какая-то особая атмосфера, природа вокруг помогала собраться с мыслями и успокоиться.

Спустя полтора часа я вернулась в дом. Я не знала, чем занимается мой муж. Возможно, он снова куда-то уехал, а может быть, спит или сочиняет песни. Вот теперь мне было действительно всё равно. Я села с журналом в комнате для отдыха. Интира принесла мне зелёный чай и тарелку с фруктами. Положив кусочек яблока в рот, я вдруг расплакалась. Мне было ужасно одиноко в этом огромном доме. В Орландо была мама, с которой я могла поболтать. Папа иногда тоже обитал в нашем особняке, а он у нас очень шумный. Там были братья. В данную минуту я готова была увидеть даже зануду Дэниела, переброситься с ним парой колких фраз и пойти в гараж к своим машинам. У меня там были друзья. Что же у меня было здесь?

Мне некому было излить душу, всё приходилось держать в себе. Чит назвал свой дом «золотой клеткой». Да, клетка она и есть клетка.

После обеда выяснилось, что Читтапон всё это время был дома. Он спустился, быстро чмокнул меня в губы так, словно никакого разговора утром и в помине не было. Я уставилась на него, готовая испепелить мерзавца взглядом.

– Собирайся, чаги, – с улыбкой сказал он. – Надень клубное платье.

– Мы едем в клуб?

– Нас позвали на закрытую вечеринку. Будет весело. – Он обхватил мою талию одной рукой и прижал к себе, затем на ухо шепнул: – Я хочу, чтобы моя жена была самой красивой. Затми всех женщин.

Он довольно жмурился, разглядывая мое ошарашенное лицо, а потом с какой-то нечеловеческой стремительностью впился в мои губы жадным поцелуем.

Я с ним точно свихнусь.

~~~

Куда деться от нескольких десятков любопытных глаз?

Это была моя первая мысль, когда мы приехали на вечеринку в закрытый клуб. Друзья, коллеги и просто знакомые Читтапона видели меня впервые. Все они без исключения улыбались, девушки махали белыми ручками, а парни сдержанно кивали. Я старалась быть приветливой. Читтапон вёл меня за руку вперёд сквозь толпу танцующих корейцев, а я только и делала, что показывала свои белые зубки и смотрела под ноги, боясь упасть.

Добравшись до бара, Чит спросил, что я хочу выпить. Я пожелала коктейль. Он заговорил с барменом, а я принялась разглядывать место. В свете клубных розовых и синих софитов сложно было разглядеть лица людей, да и интерьер не особо различался. Я видела столики, столики, столики, парней и девушек с бокалами, бегающие по стенам лазерные блики. В какой-то момент я прищурилась, так как из толпы выплыло знакомое лицо. Парень направлялся к нам.

Это был Вон. Он поприветствовал Чита, затем повернулся ко мне.