Битва королей (Книга вторая)

Джордж Мартин

– Тысяча извинений, ваше величество, - опустился на колени старик.
– Он мертв. Я не сломал вам руку?

Дени, поморщившись, сжала пальцы в кулак.

– Не думаю.

– Я должен был выбить ее у вас, - начал он, но ее кровные всадники уже накинулись на него. Агго пинком вышиб у него посох, Чхого обхватил его за плечи и приставил к горлу кинжал.

– Кхалиси, мы видели, как он тебя ударил. Показать тебе, какого цвета у него кровь?

– Отпустите его.
– Дени поднялась на ноги.
– Посмотри на нижний конец его посоха, кровь моей крови.
–

Евнух тем временем повалил сира Джораха. Дени бросилась между ними в тот самый миг, когда аракх и длинный меч вылетели из ножен.
– Опустите оружие! Перестаньте!

– Ваше величество?
– Мормонт опустил свой меч всего на дюйм.
– Эти люди напали на вас.

– Они меня спасали.
– Дени потрясла ушибленной рукой.
– Это тот, другой, квартиец, замышлял недоброе.
– Она оглянулась вокруг, но он уже исчез.
– Он из Жалостливых. В коробочке, которую он дал мне, был мантикор, а старик у меня ее выбил.
– Медник все еще валялся на земле, и Дени помогла ему встать. Мантикор тебя ужалил?

– Нет, добрая госпожа, - трясясь, ответил он, - иначе я был бы уже мертв. Но он коснулся меня. А-ай! Упал прямо мне на руку.
– Он обмарался - и не диво.

Дени дала ему серебряную монету за урон и отослала прочь, а потом снова обернулась к старику:

– Кому я обязана своей жизнью?

– Вы ничем не обязаны мне, ваше величество, а зовут меня Арстан, хотя Бельвас в пути нарек меня Белобородым.
– Чхого отпустил его, но старик так и остался стоять на одном колене. Агго перевернул его посох, тихо выбранился по-дотракийски, соскреб о камень останки мантикора и отдал посох старику.

– А кто такой Бельвас?
– спросила Дени.

Громадный коричневый евнух вышел вперед, спрятав в ножны свой аракх.

– Это я. Бельвас-Силач, как прозвали меня в бойцовых ямах Миэрина. Я ни разу не терпел поражения.
– Он похлопал себя по животу, покрытому шрамами.
– Я даю противнику один раз пустить мне кровь, а потом убиваю его. Сосчитайте порезы - и вы будете знать, скольких человек убил Бельвас-Силач.

Дени не было нужды считать - она и так видела, что шрамов много.

– А что ты делаешь здесь, Бельвас-Силач?

– Из Миэрина меня продали в Квохор, а оттуда в Пентос, толстяку с душистыми волосами. Он-то и послал Бельваса назад через море, дав ему Белобородого для услуг.

Толстяк с душистыми волосами...

– Иллирио? Вас послал магистр Иллирио?

– Да, ваше величество, - ответил Белобородый.
– Магистр просит извинить его за то, что вместо себя послал нас, но он уже не может сидеть на коне, как в молодости, а море дурно влияет на его желудок.
– Старик, начавший говорить на валирийском Вольных Городов, перешел на общий язык.
– Сожалею, если мы встревожили вас. По правде сказать, мы не были уверены, ибо ожидали увидеть особу более... более...

– Царственную?
– засмеялась Дени. Сегодня она не взяла с собой дракона, а ее наряд и правда затруднительно было счесть королевским.
– Ты хорошо владеешь общим языком, Арстан. Ты из Вестероса?

– Да. Я родился на Дорнийских

Марках, ваше величество. Мальчиком я служил оруженосцем у рыцаря из числа домочадцев лорда Сванна.
– Он поднял перед собой посох, как древко знамени.
– Теперь я - оруженосец Бельваса.

– Староват ты для оруженосца.
– Сир Джорах стал рядом с Дени, держа под мышкой медное блюдо. От соприкосновения с крепкой головой Бельваса оно сильно погнулось.

– Не так уж стар для того, чтобы служить моему сюзерену, лорд Мормонт.

– Ты и меня знаешь?

– Я пару раз видел вас на турнирах. В Ланниспорте вы чуть не вышибли из седла Цареубийцу. И на Пайке мы встречались. Вы не помните меня, лорд Мормонт?

– Твое лицо мне знакомо, - нахмурился сир Джорах, - но в Ланниспорте были сотни народу, а на Пайке - тысячи. И не называй меня лордом. Медвежий остров у меня отобрали - теперь я просто рыцарь.

– Рыцарь моей Королевской Гвардии.
– Дени взяла его за руку.
– Мой верный друг и добрый советчик.
– Достоинство и спокойная сила, которые чувствовались в Арстане, пришлись ей по душе.
– Встань, Арстан Белобородый. Добро пожаловать, Бельвас-Силач. Сира Джораха вы уже знаете, а это ко Агго и ко Чхого, кровь от моей крови. Они пересекли со мной красную пустыню и видели рождение моих драконов.

– Лошадники, - осклабился Бельвас.
– Бельвас много лошадников убил в бойцовых ямах. Они дребезжат, когда умирают.

Агго выхватил свой аракх.

– А вот я черномазых толстяков еще ни разу не убивал. Бельвас будет первым.

– Убери свою сталь, кровь моей крови, - сказала Дени.
– Этот человек приехал, чтобы служить мне. А ты, Бельвас, отнесись к моему народу со всем уважением, иначе ты покинешь свою службу скорее, чем тебе желательно, и с большим количеством шрамов, чем носишь на себе теперь.

Щербатая улыбка на широком коричневом лице гиганта сменилась сконфуженной гримасой. Как видно, он не часто выслушивал угрозы - тем более от девчушки в три раза тоньше его.

Дени улыбнулась ему, чтобы смягчить свой укор.

– А теперь скажи, что понадобилось от меня магистру Иллирио, если он послал вас в такую даль?

– Ему нужны драконы, - проворчал Бельвас - и девушка, которая умеет их выводить, то есть ты.

– Бельвас правду говорит, ваше величество, - подтвердил Арстан.
– Нам велено отыскать вас и привезти обратно в Пентос. Семь Королевств нуждаются в вас. Роберт Узурпатор умер, и страна истекает кровью. Когда мы отплывали из Пентоса, в ней было четыре короля и правило беззаконие.

В сердце Дени вспыхнула радость, но она не подала виду.

– У меня три дракона и кхаласар, где больше ста человек с пожитками и лошадьми.

– Ничего, - пробасил Бельвас.
– Мы всех возьмем. Толстяк нанял три корабля для своей маленькой королевы с серебряными волосами.

– Это так, ваше величество, - молвил Арстан.
– Большая барка "Садулеон" стоит в конце пристани, а галеи "Летний сон" и "Шалунья Джозо" - за волнорезом.

У дракона три головы, вспомнила Дени.