Битва королей (Книга вторая)

Джордж Мартин

"Он тоже меня ненавидит - или боится". Арья отошла, скорее опечаленная, чем рассерженная. Приготовив еду, повара накрыли ее серебряной крышкой, а штоф закутали в толстое полотенце. На дворе уже смеркалось. Вороны кружили над головами на стене, как придворные вокруг короля. Один из часовых открыл перед ней дверь в Королевский Костер.

– Надеюсь, это не Ласкин суп, - пошутил он.

Росе Болтон, сидя у огня, читал толстый, переплетенный в кожу том.

– Зажги несколько свечей, - приказал он, перевернув страницу.
– Здесь становится темно.

Арья поставила поднос

у его локтя и пошла исполнять приказание. Комната наполнилась мерцающим светом и запахом гвоздики. Болтон перелистнул еще несколько страниц, закрыл книгу, сунул ее в огонь и стал смотреть, как она горит. Пламя отражалось в его бледных глазах. Старая сухая кожа вспыхнула мигом, и желтые страницы зашевелились, словно их листал призрак.

– Больше ты мне сегодня не понадобишься, - сказал лорд, не глядя на Арью.

Ей следовало бы уйти тихо, как мышка, но что-то ее удержало.

– Милорд, - спросила она, - вы возьмете меня с собой, когда покинете Харренхолл?

Он уставился на нее так, словно это его ужин вдруг заговорил с ним.

– Разве я разрешал тебе обращаться ко мне с вопросом, Нэн?

– Нет, милорд, - потупилась она.

– В таком случае тебе не следовало этого делать - так или нет?

– Так, милорд.

Он усмехнулся:

– Хорошо, на этот раз я тебе отвечу. Когда я вернусь на север, то передам Харренхолл лорду Варго. Ты останешься здесь, вместе с ним.

– Но я не...
– начала она.

– Я не привык, чтобы меня допрашивали слуги, Нэн. Может, тебе язык отрезать?

Она знала, что он способен сделать это с той же легкостью, как другой стукнуть собаку.

– Нет, милорд.

– Значит, больше ты голоса не подашь?

– Нет, милорд.

– Хорошо, ступай. Я закрою глаза на твою дерзость.

Арья оставила его, но спать не пошла. Когда она вышла на темный двор, часовой у двери кивнул ей и сказал:

– Гроза идет. Чуешь, как пахнет?

Резкий ветер рвал пламя факелов, поставленных на стене рядом с головами. На пути в богорощу Арья прошла мимо башни Плача, где еще недавно жила в страхе перед Визом. После взятия Харренхолла Фреи забрали ее себе. В окно слышались сердитые голоса спорящих мужчин. Элмар сидел на крыльце один.

– Что случилось?
– спросила Арья, увидев слезы у него на щеках.

– Моя принцесса, - прорыдал он.
– Эйенис сказал, что мы обесчещены. Из Близнецов прилетела птица. Мой лорд-отец говорит, что мне придется жениться на ком-нибудь другом или пойти в септоны.

"Нашел о чем плакать, - подумала она, - о какой-то дурацкой принцессе".

– А я слышала, что мои братья умерли, - призналась она.

– Да кому до них дело, до твоих братьев?
– презрительно спросил Элмар.

Она с трудом удержалась, чтобы не стукнуть его.

– Хоть бы твоя принцесса тоже умерла, - сказала она и пустилась бежать, чтобы он ее не поймал.

В богороще она нашла свой деревянный меч и опустилась на колени перед сердце-деревом. Его красные листья шелестели, и красные глаза смотрели прямо в нее - глаза богов.

– Скажите, что мне делать, о боги, - помолилась она.

Ответа долго не было - только ветер, журчание

воды и шорох листьев. Потом из-за богорощи, из-за необитаемых башен и высоченных стен Харренхолла, с вольных просторов мира, донесся одинокий волчий вой. У Арьи на миг помутилось в глазах, и по коже побежали мурашки. Ей почудился голос отца, едва слышный: "Когда выпадает снег и дуют белые ветры, одинокий волк умирает, но стая живет".

– Но у меня нет стаи, - прошептала она чар-дереву. Бран и Рикон мертвы, Санса у Ланнистеров, Джон ушел на Стену.
– И меня тоже больше нет. Я теперь Нэн.

– Ты Арья из Винтерфелла, дочь Севера. Ты говорила мне, что можешь быть сильной. В тебе течет волчья кровь.

– Волчья кровь.
– Теперь она вспомнила.
– Да, я буду сильной. Сильной, как Робб.
– Втянув в себя воздух, она обеими руками взяла деревянный меч и с громким треском переломила его о колено.
– Я лютоволк, и мне не нужны деревянные зубы.

В ту ночь, лежа на своей колючей соломе, она слушала шепчущие голоса живых и мертвых и дожидалась восхода луны. Только этим голосам она теперь и доверяла. Она слышала собственное дыхание и волков - теперь их была целая стая. "Они ближе, чем тот, кого я слышала в богороще. Они зовут меня". Она вылезла из-под одеяла, натянула камзол и босиком спустилась по лестнице. Русе Болтон был человек осторожный, и вход в Королевский Костер охранялся днем и ночью - пришлось выбраться через узкое подвальное оконце. На дворе было тихо огромный замок спал, погруженный в свои призрачные сны. Ветер выл в трещинах башни Плача. В кузнице огни были потушены и двери заперты на засов. Арья снова пролезла в окно. Джендри делил постель с двумя другими подмастерьями. Арья долго сидела на корточках в темноте, пока не уверилась, что он - тот, что с краю. Тогда она зажала ему рот и ущипнула его. Должно быть, он спал не очень крепко, потому что сразу открыл глаза.

– Пошли со мной, - прошептала она и убрала руку от его рта.

Сначала он как будто не понял ее, но потом выбрался из-под одеяла, прошлепал голый по комнате, влез в грубую холщовую рубаху и спустился за ней с чердака. Спящие подмастерья даже не шевельнулись.

– Ну, чего тебе еще?
– проворчал Джендри.

– Меч.

– Мечи под замком у кузнеца - я тебе сто раз говорил. Это для твоего лорда Пиявки, что ли?

– Для меня. Возьми молот и сломай замок.

– Чтобы мне потом руку сломали? Если не хуже.

– Не сломают, если убежишь со мной.

– Ага, убежишь. Поймают и убьют.

– Смотри, как бы хуже не было. Лорд Болтон мне сказал, что оставляет замок Кровавым Скоморохам.

Джендри откинул черные волосы с глаз.

– Ну и что?

– А то, что, когда Варго Хоут станет лордом, он отрубит ноги всем слугам, чтобы не убежали. И кузнецам тоже.

– Сочиняешь, - фыркнул он.

– А вот и нет. Лорд Варго сам так сказал - я слышала. Что отрубит каждому одну ногу - левую. Ступай на кухню и разбуди Пирожка - тебя он послушает. Нам понадобится хлеб или лепешки - что-нибудь. Ты возьмешь мечи, а я добуду лошадей. Встретимся у калитки в восточной стене, за башней Призраков. Там никто не ходит.