Бифуркатор
Шрифт:
– Артём, - едва слышно выдавливаю я.
– Господи, она даже не знает его имени.
– Солдат Андрей заводит глаза и хлопает себя по лбу той рукой, что не лежит на пистолете.
– Может, он посидит на вокзале, пока досмотр не закончится?
– ворчат губы тёти Мари-ны.
И что же мои друзья?
Что они?
Серый, похоже, готов на всё, лишь бы вырваться. И молчит. А вот Стёпка изумлён.
– Мам, нет, - громко шепчет он.
– Его нельзя здесь оставлять. В нём-то вся суть. Если его
Потом Стёпка вдруг закусывает губу, а солдат Андрей немедленно достаёт пистолет.
– Всё понятно!
– вскрикивает он.
– Я не знаю, что у вас на уме! Может вы и не террористы! Но ситуация дурная!
– Он наводит ствол НА МЕНЯ.
– Всем отойти на шаг назад!
– Андрей!
– кричит тётя Марина.
– Марина! Ты выходи. Я даже детей отпущу с тобой! Но этот тип никуда отсюда не уйдёт.
Санта Барбара закончилась. Спасибо за внимание. Я хоть и отхожу назад, хоть и почти падаю без сознания от ужаса, но усмехаюсь. Усмехаюсь почти со слезами на глазах.
– Дети, пойдёмте, - шепчет тётя Марина.
– Нет, - упирается Стёпка.
Серый молчит.
– Дети, пойдёмте!
– Слова тёти Марины звучат как приказ.
– Серёжа, бери брата.
Растерянный Серый смотрит на меня, потом на мать.
– Тёмка, извини, я не могу ослушаться маму, - лепечет он.
– Да никакая она не мать вам!
– злобно вскрикиваю я и почти бросаюсь на Серёгу.
– Назад!
– кричит солдат Андрей.
– Артём!
– кричит Стёпка.
Тётя Марина тоже хватается за пистолет.
Этот фарс мог продолжаться долго, в конце, возможно, меня даже убили бы, но нас прерывает голос:
– Мальчики пойдут со мной и немедленно.
Когда я вижу говорящего, меня охватывает непреодолимое восхищение. За нами пришла почти копия молодого Арнольда Шварценеггера, что-то из раннего терминатора. Тёмные очки, кожаная куртка, только лицо другое. Образ, на который я всю жизнь молился и на который так стремился быть похожим. Мне даже кажется, что передо мной взрослый я.
В руках парень сжимал два пистолета, которые нацелил на таможенников.
Первой среагировала тётя Марина. Она молниеносно вытащила оружие и вскинула его в сторону молодого Арнольда. Прогремел выстрел. Андрей, не успевший вытащить пистолет, хватается за ногу и с криками валится на пол. Теперь дула Арнольда сверлят таможенника Женю и тётю Марину.
– Извини, парень, - обращается человек к Андрею, - руки у меня не три.
– Бросай оружие!
– кричит тётя Марина, а Женя бледнеет и теряется.
– Я никого не хочу убивать, - говорит Арнольд.
– Иначе я бы пристрелил уже вашего то-варища. Мы воюем не с вами. Отдайте мальчиков и разойдёмся, иначе мне придётся убить, - ударение на слово придётся.
– Бросай оружие!
– повторяет тётя Марина.
– А ты что
– спрашивает Арнольд у Жени. Таможенник медленно поднимает дрожащие руки и отступает.
– Мне мало платят, чтобы я рисковал жизнью, - мямлит он.
– Какой хороший мальчик, - улыбается Арнольд и переводит оба ствола на тётю Марину.
– Давайте оставим дуэль, дамочка.
Я восхищаюсь новым персонажем, а Стёпка вдруг поражает меня следующей выходкой. Он выскакивает вперёд и прикрывает тётю Марину своим телом.
– Не стреляйте в неё!
– выкрикивает он.
– Не буду, если она отпустит вас со мной, - отвечает парень.
Уже догадываюсь, что молодого Арнольда послал старик Шаман, как мои мысли сбивает шум из главного павильона. Тётя Марина внезапно опускает пистолет и тихо говорит:
– Я иду с ними.
– Тогда нечего стоять и лясы точить! Вперёд-вперёд!
– вопит Арнольд и освобождает нам проход.
Под кряхтящие крики Андрея, наш квартет скользит на улицу. Слышу позади, как раненый таможенник пытается орать:
– Сюда! Они здесь!
У выхода я мешкаю, но молодой Арнольд хватает меня за плечо и толкает вперёд.
– Давай-давай, - шепчет он.
– Нам нужен только ты. Не задерживайся.
Его слова прибавляют энтузиазма и в темноте ночи я бегу по чужому асфальту в неиз-вестное мне вперёд. Но свист пули заставляет меня вздрогнуть и автоматически пригнуться.
Вдоль фасада вокзала, с чёрного хода пробирается взвод оранжевых. Опоздали, ребята.
– В машину!
– командует Арнольд и кивает на чёрную Хонду у обочины. Пригибаясь, мы спешим к автомобилю, что сливается с ночью в десятке метров от нас. А по нашему уже квинтету открывают огонь.
Ну не сказать, чтобы посыпался град пуль, но редкие выстрелы засвистели над головой. Одна пуля сверкнула возле ноги, царапая искрами асфальт, ещё одна врезалась в обшивку седана. А мы уже забираемся на заднее сиденье.
Уши оглушают выстрелы Арнольда. Тётя Марина, засунувшая нас на заднее сиденье, лишь коротко спросила:
– Этому человеку стоит доверять?
– Да, он от Шамана, - тут же отвечает Стёпка.
Кажется, он тоже догадался, хотя чего это я, это ж Стёпка, а вот на лице Сергея немед-ленно нарисовалось удивление: откуда ты знаешь?
Да и тётя Марина не поняла ни слова, лишь недовольно хлопнула дверцей и тоже от-крыла огонь по оранжевым, пробираясь к переднему сиденью.
В общем, как в голливудских боевиках, взрослые, отстреливаясь, забрались в машину, и Арнольд дал газ. В зеркале заднего вида высвечивалось холодное сосредоточенное лицо парня. И лишь когда одна из пуль задела стекло и то покрылось паутиной трещин, Арнольд выплюнул грозное ругательство: твари. Ну... почти. Эквивалент этого слова, только пожёстче.