Биатлон
Шрифт:
— Отпустили? Где он?
— Сам сбежал. Ждет на дороге.
Полицейские смотрели на них внимательно и настороженно.
— Знаешь, где это?
— Разобрался.
— Ладно. Давай за ним и сразу к нам.
— Я только заправлюсь.
— Парень нашелся, — объявил Виктор Иванович. — Мистер Камов едет
Машина Камова стояла у бензоколонки, а неподалеку от нее, готовая ехать следом, пофыркивала сине-белая машина полиции.
Мимо на хорошей скорости проехал Виктор Иванович, и тотчас следом за ним рванули полицейские, решив, что их хотят обмануть, а потому Камов тянет время.
— Вот чудаки, — хмыкнул Камов. — Ни с того ни с сего дернулись… Зато мне легче будет, обойдемся без переговоров.
— Только что мне сообщили из Эймса: кто-то позвонил в мотель и по-русски разговаривал с вице-консулом, — докладывал представитель «агентства». — Сейчас нам должны перегнать запись беседы, через несколько минут мы будем иметь перевод.
— А мы держим под контролем машину русского консула.
На приставном столике зазвонил один из телефонов.
— Хеллоу, — протянул нараспев владелец кабинета и тут же передал трубку «лохматому».
— Так. Хорошо. Записываю. — Он бесцеремонно взял какой-то листок со стола помощника министра, выхватил ручку из кармана пиджака и начал черкать какие-то цифры.
— Итак, джентльмены, — повесив трубку, многозначительно произнес человек из «агентства», — этот русский чемпион звонил в Эймс и сообщил сотрудникам консульства, где находится сейчас. Они едут за ним…
— Наши люди имеют указание взять его любой ценой, — твердо произнес человек из «бюро».
Увидев столб с телефонной коробкой, Камов начал притормаживать, одновременно поглядывая в зеркальце —
— Товарищ консул! — послышалось с другой стороны дороги.
Камов обернулся. Никого не было видно.
— Бутаков! — крикнул он. — Виктор, ты где?
— Сейчас.
И Камов увидел, как из-за толстой сосны появился Виктор. Он побежал через дорогу, неся лыжи в руках.
— Замерз?
— Конечно. Вы целую вечность добирались.
— За сорок минут почти сто миль проехал, а ты — вечность… Садись быстрей…
Аэропорт Шереметьево-2 был перегружен: в эти часы скопилось много рейсов. Репнин работал в зале прилета. Не было ни одной свободной минутки, ко всем стойкам выстроились очереди, и Леня ни разу даже не присел. Работал автоматически, быстро, четко смотрел в телевизоре на внутренности чемоданов, иногда просил открыть сумку, забирал декларацию, возвращал паспорт, говорил «До свидания» и «Следующий».
И вдруг в потоке незнакомых людей — наших и иностранцев — Леонид увидел Бутакова. Тот шел налегке прямо к его стойке. Репнин заулыбался:
— Поздравляю с победой! А почему один?
— Все уже дома.
— И ведь правильно: чемпионам командировку надо продлевать, заслужили.
Бутаков внимательно посмотрел на таможенника — не издевается ли тот, но лицо Репнина выражало совершенно искреннюю радость от встречи. Виктор облегченно вздохнул, улыбнулся и сказал:
— Все должны приезжать вместе. И чемпионам делать исключений не следует.