Безвозвратно

Сноу Тиффани А.

— Нет, — повторила я, и Клэрис вздохнула.

— Ладно… черт. Что ты теперь собираешься делать? — спросила она с сочувствием.

— Не знаю, — ответила я, понимая, что теперь мне, как минимум, следовало искать новую работу. А для этого нужны были рекомендации со стороны бывшего работодателя, что значительно осложняло ситуацию. Я задумчиво потерла висок, пытаясь заранее не поддаваться паническим настроениям.

— Мне очень жаль, Кэтлин, — вздохнула Клэрис после некоторой паузы. — Просто… то, как отреагировал Блейн, когда узнал обо всем… я решила, что сплетни действительно были правдой.

Ее

слова заставили мой и без того неровный пульс подпрыгнуть.

— И как он отреагировал? — спросила я, презирая сама себя за то, что так хотела об этом узнать.

— О, он вызверился на Джеймса так, что я опасалась, все дойдет до рукоприкладства. На Джеймсе лица не было, когда он уходил. Ему повезло, что Блейну нужно было уезжать в суд.

Что-то промелькнуло в моей памяти, когда я слушала Клэрис, и мое дыхание перехватило.

«Тексол».

Компания, на которую работал Марк. Он боялся их. И теперь я вспомнила, где слышала это название раньше. Ну, или точнее, где читала… В тот вечер, когда я помогала Клэрис закончить работу… в документе, который был мною набран, и потом Блейном доставлен братьям Сантини — в нем говорилось о процессе над компанией «Тексол». Только теперь, даже если бы от этого зависела вся моя жизнь, я не могла вспомнить ни одной детали.

Тут я испуганно вздрогнула, сжав в руке телефонную трубку, потому что в дверь резко постучали.

Глава восьмая

— Клэрис, — выдохнула я, стараясь говорить спокойно, — извини, мне нужно идти… я перезвоню тебе позже. — Она начала протестовать, но я уже сбросила звонок. Мои ладони были влажными, потому что я почти не сомневалась, что у моей двери стоял Блейн, и меня терзали противоречивые чувства относительно того, хотела я его видеть или нет.

Настойчивый стук повторился снова, и я, предварительно переведя дыхание, поспешила открыть дверь. Прошлой ночью Блейн недвусмысленно дал понять, что, несмотря на всю свою странную озабоченность моим благополучием, он не собирался идти в отношении меня ни на что большее. И теперь, после всего случившегося, я не знала, сумею ли скрыть от него свои эмоции, потому что во мне сталкивались смущение с благодарностью, и я не имела ни малейшего представления, что именно собиралась ему говорить.

Открыв дверь и увидев стоявшего на пороге Джеймса, я испытала невольный укол разочарования, но потом вспомнила о том, что говорила мне Клэрис, и мое разочарование сменилось настороженностью и еще злостью, потому что уволили меня именно из-за него. Возможно, Джеймсу не нужно было беспокоиться о том, каким образом заработать на свой обед, но у меня, к сожалению, таких привилегий не было.

— Чего ты хочешь? — поинтересовалась я ледяным тоном, застыв в дверном проеме.

Джеймс улыбнулся, и от той злости, которая сквозила в его улыбке, по моему позвоночнику пробежала дрожь. Он придвинулся ближе, но я упрямо продолжала стоять на месте, откинув голову назад, чтобы видеть его лицо.

— Слышал, тебя сегодня уволили, — протянул он, вскинув бровь, и в этот момент я почувствовала исходивший от него запах алкоголя.

— Да, спасибо тебе, — отрезала я, не уступая ему в холодности тона.

— Верно. Бизнесу не идет на пользу, когда по

офису дефилируют шлюхи, вроде тебя, — презрительно скривил губы он. — Скажи мне, ему хотя бы какое-то усилие пришлось приложить, чтобы забраться тебе под юбку, или ты сама бегала за ним, как во время течки?

Кровь мгновенно схлынула с моего лица.

Я не могла поверить, что он говорил со мной в подобном вульгарном тоне, и вопреки всем своим усилиям сдержаться, почувствовала, как к моим глазам подступили слезы. Но уже через несколько секунд эти слезы сменились злостью, и я, замахнувшись, со всей силы влепила ему пощечину.

— Не говори со мной так! — выплюнула я дрожащим от злости и смятения голосом, совершенно не успев среагировать, когда его рука метнулась вперед, задев кулаком мою скулу и заставив мою голову откинуться в бок. От болевого шока перед моими глазами поплыло. Схватив меня за волосы, он потянул мою голову на себя, и я вскрикнула от боли.

— Блейн закончит с тобой уже через месяц, а потом вышвырнет, как мусор, которым ты в действительности и являешься, — прошипел он поверх моего уха. — И тогда ты пожалеешь, что предпочла его мне. А я, поверь мне, позабочусь о том, чтобы ты жалела об этом еще очень-очень долго.

Слезы боли жгли мои глаза, в то время как я тщетно пыталась убрать его руку с моих волос.

— Отпусти ее! — Раздавшийся позади нас жёсткий женский голос застал нас обоих врасплох, и Джеймс резко обернулся. В дверях соседней квартиры стояла Сиджи, державшая в руке оружие. От чувства облегчения, которое окатило все мое тело, я чуть не осела в сторону стены.

— Отпусти ее, — резко повторила Сиджи, и я была приятно удивлена тем, что ее рука уверенно держала Джеймса на прицеле.

Губы Джеймса дрогнули в пугающей улыбке, которая казалась на половину безумной. Он отшвырнул меня в сторону, и я с силой ударилась о дверной проем, морщась от болевого спазма, пронзившего мое плечо.

— Без проблем, — произнес он, пожав плечами. — Я с ней в любом случае уже закончил.

На этом он направился к лестнице, и мы обе, молча, смотрели, как он спускался вниз, не двигаясь до тех пор, пока не услышали, как его машина выехала со стоянки.

— Спасибо, — умудрилась выдавить я, взглянув на Сиджи, которая сразу же поспешила ко мне.

— Давай приложим немного льда ко всему этому, — произнесла она, помогая мне пройти в свою квартиру. Я была слишком подвержена эмоциональному и болевому шоку, чтобы как-то реагировать на то, что она буквально тащила меня в гостиную. Усадив меня на диван, Сиджи принесла с кухни пакет льда, обернутый в полотенце, и я, морщась от боли, прижала холодный компресс к саднившей щеке.

— Какого черта ему было от тебя нужно? — вскинулась она, и мои губы поджались. — Кто он вообще такой?

— Мой бывший босс, — ответила я, все еще находясь под впечатлением агрессивной конфронтации. Реакция Джеймса с трудом поддавалась объяснению. Он вел себя так, словно поймал меня на измене, и хотя я была крайне раздосадована на него из-за увольнения, я даже представить себе не могла, что он мог меня ударить.

— Вот сволочь, — скривилась Сиджи в презрительной гримасе. Ее взгляд прошелся по квартире теперь уже с нескрываемым любопытством. — Вау… здесь, похоже, неплохо поработали.