Безнадега
Шрифт:
Синтия схватила его руку и отвела от скульптурки, прежде чем палец Стива лег на спину волка.
— Эй, дружище, читай по губам: Я хочу уйти отсюда. Немедленно!
Он глубоко вдохнул, выдохнул. Еще раз. Вроде бы вернулся в привычный мир, но внезапно и на него навалился страх. Определить, чего он боится, Стив не мог. Да и не хотел. Совсем не хотел.
— Ладно. Пошли отсюда.
Держа Синтию за руку, он вывел ее в коридор. Один раз оглянулся, посмотрел на серую разбитую скульптурку, оставшуюся на столе. Хищная голова. Вытаращенные глаза. Слишком длинная
Вода выплеснулась из открытой двери кабинета, в котором стоял аквариум. Золотая рыбка лежала на ковре, широко открывая и закрывая рот. Что ж, подумал Стив, теперь мы знаем, что разбилось, нет нужды гадать.
— Не смотри, когда будем проходить мимо, — предупредил Стив. — Просто…
— Ты слышишь? — прервала его Синтия. — Какие-то удары и взрывы.
Стив прислушался. Вроде бы только завывание ветра… но нет, действительно какие-то повторяющиеся звуки, похожие на удары.
Он огляделся. Ничего. Конечно, ничего и быть не могло, во всяком случае, здесь. Или он вообразил, что один из трупов спрыгнул с крюка и идет следом за ними? Глупость какая-то. Даже учитывая необычность ситуации. Впрочем, был еще один фактор, который не следовало сбрасывать со счетов. Эта скульптурка. Момент физического контакта с ней прочно запечатлелся в памяти. Словно что-то влезло в мозг Стива и начало там хозяйничать. Лучше бы он не заметил эту скульптурку. И уж конечно, не следовало ее трогать.
— Стив? Ты слышишь? Как будто выстрелы. Вот! И еще один!
Ветер завывал и завывал, что-то громыхнуло за металлической стеной ангара, отчего Стив с Синтией вскрикнули и прижались друг к другу, словно дети в темноте. Свалившийся предмет со скрежетом поволокло по земле.
— Я ничего не слышу, кроме ветра. Возможно, ты услышала, как где-то хлопнула дверь. Если вообще услышала.
— Громыхнуло трижды. Может, это действительно не выстрелы, а какие-то удары, но…
— А может, там что-то летает. Пошли, булочка, больше нам тут делать нечего.
— Не зови меня булочкой, а я не буду звать тебя тортом, — автоматически откликнулась Синтия, проходя мимо кабинета с аквариумом. Смотрела она при этом в другую сторону.
А вот Стив бросил взгляд в кабинет. От аквариума остался лишь мокрый песок, засыпанный осколками стекла. Рука упала на ковер неподалеку от стола. Ладонью кверху. На ладони лежала мертвая гуппи. Пальцы словно звали его: подойди, незнакомец, присядь, отдохни, mi casa es su casa [41] .
Нет, благодарствую, подумал Стив.
41
Мой дом — твой дом (исп.).
Он хотел чуть-чуть приоткрыть входную дверь, но ее вырвало у него из руки. Воздух перемешался с песком и пылью. Горы на западе полностью скрыла золотая пелена: песок и солончаковая пыль, подсвеченные последними лучами заходящего солнца, но Стив заметил появившиеся на
— Вот твои выстрелы. — Стиву пришлось кричать, чтобы перекрыть шум ветра.
— Ну… вроде звучало по-другому.
И тут завыли койоты. Сначала на западе, потом на севере. Вой этот напомнил Стиву документальные фильмы времен «Битлз», девчонок, вопящих что есть мочи при виде волосатиков из Ливерпуля. Они с Синтией переглянулись.
— Пошли. — Стив подтолкнул ее к грузовику. — В кабину. Быстро.
И они, обнявшись, поспешили к грузовику. Ветер дул им в спину. В кабине Синтия сразу же нажала кнопку блокировки двери со своей стороны. Стив последовал ее примеру, потом завел двигатель. Его мерное урчание и подсветка щитка, которую Стив сразу же включил, успокаивали. Он повернулся к Синтии:
— Так кому будем об этом докладывать? Остин исключается. Слишком далеко на запад, а все это дерьмо летит оттуда. Еще окажемся на обочине с заглохшим двигателем и не сможем завести его, пока не стихнет буря. Остается Эли, туда два часа езды, если ветер не перевернет грузовик, и Безнадега в миле отсюда.
— Эли, — без колебаний ответила Синтия. — Те, кто это сделал, сейчас наверняка в городе, и я сомневаюсь, что пара местных копов сможет противостоять убийцам, побывавшим здесь до нас.
— Эти убийцы могут вернуться на шоссе 50. Вспомни кемпер или мотоцикл босса.
— Но по шоссе шли машины. — Синтия подпрыгнула, так как рядом с грузовиком упало что-то большое и металлическое. — Господи, разве мы не можем уехать отсюда? И побыстрее.
Стиву тоже хотелось уехать, но он покачал головой:
— Не можем, пока не разберемся, что к чему. Это важно. У нас на руках четырнадцать трупов, не считая моего босса и людей из кемпера.
— Карверов.
— Эта история получит огласку… в национальном масштабе. Если мы уедем в Эли, а при этом окажется, что в миле от нас были два копа с телефонами, если убийцы смогут уйти, потому что мы слишком поздно подняли тревогу… наше решение едва ли сочтут логичным.
В идущем от щитка свете лицо Синтии позеленело.
— Ты хочешь сказать, что нас могут принять за сообщников?
— Этого я не знаю, но в одном не сомневаюсь: ты не герцогиня Виндзорская, а я не герцог и не граф. Мы пара бродяг, вот кто мы. У тебя есть какие-нибудь документы? Хотя бы водительское удостоверение?
— Я не сдавала экзамена. Слишком часто переезжала с места на место.
— Номер службы социального страхования [42] ?
— Карточку я где-то потеряла, кажется, оставила у того парня, который едва не откусил мне ухо, но номер я помню.
42
Присваивается управлением социального страхования при рождении американца и остается с ним до конца жизни.