Без тормозов

Март Михаил

Марта взяла Ирину за руки и уставилась на огонь.

— Вас привело ко мне несчастье?

— Не уверена. Врачи заподозрили у меня рак. Я этому не верю. У меня ничего не болит. Мне тридцать пять лет, а они хотят делать мне химию. К сорока годам я стану инвалидом.

— У вас доброкачественная опухоль кишечника. Ее можно удалить операционным путем. Вам ничего не грозит. Жить вы будете долго. Дело не в вас. Мужа зовут Костей?

— Да. Костя.

— Я слышу его голос. Но голоса живых я никогда не слышу.

—

Господи! — Ирина попыталась вырвать руки, но у нее не получилось. — С ним-то все в порядке. При чем тут Костя?

— С ним не все в порядке. У вас в доме голубые обои?

— Да. Во всех комнатах.

— А на полу лежит шкура белого медведя?

— Даже две. В общей комнате внизу и в спальне на втором этаже.

— На шкуре свежая кровь. Много крови.

— Это невозможно. Дом хорошо охраняется, на окнах решетки. Муж — полицейский. У него есть оружие.

— Он говорит, что убийцу подослали. Кто-то из четырех. Имена я разобрать не могу. Скорее всего, это клички. Я смогу вам описать убийцу, если посмотрю на место преступления. Пока лишь вижу черное пятно. Крупное пятно.

— Глупости! Он жив!

Ирине удалось вырвать руки, она достала из кармана приготовленную стодолларовую бумажку и, бросив ее на стол, помчалась к двери.

Марта не тронулась с места. Она все еще находилась в трансе. Вдруг она повернулась к картине, висящей на стене, и сказала:

— Я все равно тебя найду!

* * *

Журавлев не хотел пускать Зураба в дом, не считая нужным скрывать презрение к подобной шушере. Зураб все же прорвался. Конечно, он им помешал. Дик пьянствовал в гостиной со своим напарником Женькой Метелкиным. Теперь и тот остался без работы. Но Метелкин, носивший псевдоним Метлицкий, был талантливым журналистом и без работы не останется, а вот Журавлев промотает свою долю за одну поездку в Ялту и вернется в чем мать родила.

— Мне ничего не надо, Дик, выскажусь и уйду, — бурчал Зураб. — Хочу, чтобы ты был в курсе дела. По сути, я всех заложил. Жить хотелось. А этот амбал обещал размазать меня по стене. Я же людей насквозь вижу, от этого парня нарами за версту воняет.

Журавлев ничего не понял и схватил грузина за грудки, чтобы выкинуть из квартиры, но тут вмешался его приятель:

— Оставь его, Дик. Дай высказаться человеку. Ты кто?

— Зураб меня зовут. Участник последней партии в покер.

— Как они меня достали! — взвыл Журавлев. — Вот и помогай пиявкам, потом не отлипнут, пока всю кровь не высосут.

— Успокойся, Дик, — остановил его Метелкин. — Нам торопиться некуда. Может, парень мне новый сюжетец подбросит. Голова пустая, никаких идей.

— Точно! — воскликнул Зураб. — Тот еще сюжетец. Сегодня вечером он мне обернется в пол-лимона баксов.

Журавлев рухнул на диван, в руках у него был бокал

с шампанским, Метелкин пил виски. Гостю не предложили даже сесть. Ничего, он привык.

— Меня невозможно найти, если я этого не хочу, — начал Зураб. — Сейчас я залег на дно. Мой адресок знают только двое проверенных ребят, но этот Франкенштейн меня нашел.

Журавлев корчил гримасы, а дотошный Метелкин деликатно попросил:

— Алфавит, пропущенный через мясорубку. Попробуй слепить из букв правильные слова, а из них сделай предложения. Ненужные пропусти, оставь лишь обязательные. Итак, кто тебя нашел?

— Хозяин парня, которого мы обыграли на миллион двести тысяч баксов. Теперь я понимаю, почему проигравший повесился. Лучше самому, чем от руки гориллы. Хозяин этот требует вернуть проигранные деньги. Я обещал вечером отдать ему полмиллиона. Одурачил, одним словом. Послал его к одному оперу, у того с охраной все в порядке. Если же этот тип появится, деньги я ему отдам. Но он придет не только ко мне, придет ко всем игрокам. Имена я ему назвал.

В Зураба полетела пустая бутылка из-под шампанского, он успел увернуться.

— Этот громила все равно всех найдет, — продолжил Зураб. — Меня же нашел. Я поехал в конюшни. Один из тех, кто знает мой адрес, работает там «сигнальщиком», сливает сведения за бабки. Так вот. Он мертв. Кобыла ему копытом череп разнесла. Других версий ни у кого нет. А если лошади и слушались кого-то, так только его. Меня сдал конюх. Я сдал остальных. Не я, так кто-то другой. Мне хотелось выиграть время, чтобы предупредить всех игроков. Только общими силами мы сможем одолеть этого монстра. Нужен капкан и наживка. По одиночке с ним никто не справится. Если только он выживет после визита к Судакову. Но он может и не пойти к нему вовсе. Хотя, скорее всего, пойдет.

— Почему ты так решил, Зураб? — спросил Метелкин.

— Застоялся. Говорю же, от него нарами воняет. Хочет вернуть себе былую форму. Но это не просто безмозглый циклоп. Башка у него хорошо варит, если он мою берлогу вычислил.

— А деньги у тебя есть? — поинтересовался Журавлев.

— Уже приготовил. Злить зверя ни к чему. А по сути он прав. Какой-то придурок просрал его бабки и удавился. Вернуть свои деньги — резонное желание. Думаю, он очень на них рассчитывал.

— Может, сдать его ментам? — предложил Метелкин.

— Он их сожрет, а нами закусит, — сказал Зураб, его даже передернуло. — На такого хищника надо роту ОМОНа вызывать, а не наряд из четырех желторотиков. Менты ленивы, только когда их жареный петух клюнет, они зашевелятся.

— У меня идея, — предложил Метелкин. — Я поеду с тобой. Возьму фотоаппарат с хорошей оптикой и зафиксирую клиента. Потом мы его по ментовским базам вычислим. Тогда твоему монстру можно будет дать точную оценку, а пока я вижу лишь пугало.