Без тебя
Шрифт:
– Спасибо на добром, хотя несколько снисходительном слове.
Наша встреча стремительно приближалась к концу, но я твердо решил, что не сойду с этого парома, не узнав, с кем имею дело. Уже прошло очень много времени с тех пор, как меня кто-то заинтересовывал так сильно, как эта загадочная женщина-адвокат с грязными ногами.
– А в какой области права вы практикуете?
– Отгадайте…
– Ну…
В университете я и сам занимался правом, но с тех пор, как мне казалось, минула целая вечность.
– Корпоративное
– Нет.
– Собственность?
– Нет.
Я снова к ней пригляделся. Кое-что в ее внешности намекало, что эта женщина не соответствует обычному шаблону правоведа.
– Ну… Думаю… семейное право?
– Нет! – Лайла вновь рассмеялась.
Смех ее был нежным и мелодичным. Именно так, по общему мнению, должна смеяться такая красивая женщина, как Лайла.
– Трудовое право?
– И снова мимо.
– Уголовное?
– Нет.
– Что еще остается?
– Только самое важное и динамично развивающееся.
– Авторское право?
Она посмотрела на меня с подозрением.
– Вы же не имеете никакого касательства к индустрии развлечений, сэр?
Теперь уже я не удержался от смеха:
– Маркетинг.
– Даже хуже. Я прямо-таки вижу голову типичного капиталиста на ваших плечах. Никакой заботы о планете, дающей нам жизнь. Как тривиально!
– Законодательство по защите окружающей среды. Вы занимаетесь спасением мира.
– Наконец-то!
– Извините, что сразу не догадался, но прежде мне всегда казалось, что юристы-экологи непременно должны ходить в футболках и с прическами из множества коротких косичек. Однако теперь я понимаю, к чему тут босые ноги.
– Не могу не выразить… – начала она, но оборвала себя на полуслове, словно передумала говорить то, что собиралась.
Впоследствии, узнав Лайлу получше, я понял, что это была не столько нерешительность, сколько желание проверить, заинтересован ли я в ее персоне.
– Ну? – вставил я.
Правда заключалась в том, что я ловил каждое ее слово.
– А-а-а… ничего, – одарив меня улыбкой, сказала она, а в душе у меня все затрепетало. – Просто мне интересно, как вам удастся повернуть нашу шутливую беседу таким образом, чтобы иметь возможность пригласить меня на ужин.
– А мне кажется, что он первым делом предложит вам сходить домой и обуться в приличные туфли, – рассмеялась сидевшая рядом с ней дама.
– Мне кажется, что вам следует пригласить всех нас в качестве группы поддержки, а не то она вас перехитрит, – произнес себе под нос мужчина, сидевший возле меня.
Отовсюду вокруг нас послышались смешки, но мы с Лайлой не сводили друг с друга глаз. Звук этот показался мне не более реальным, чем аудиозапись, включаемая во время комедийной передачи.
– Сегодня? – спросил я.
– Я не хожу на свидания с маркетологами, – игриво произнесла она, но я знал, что она всего лишь шутит.
– У меня
Конечно, я врал. Если на то пошло, у меня на кухне даже подоконника не было. Во время ремонта я там все разрушил, а потом забросил это дело, так ничего и не доведя до ума. Не имело значения, что моя неуклюжая попытка понравиться ей вызвала очередной взрыв смеха у окружающих. Лайла лишь улыбнулась:
– Ну, в таком случае…
Мы вместе сошли с парома. Толпа начала рассеиваться в теплых сумерках Мэнли. На плече у Лайлы висела чудовищных размеров сумка. Видно было, что там лежит лэптоп. Мне еще предстояло несколько часов поработать, чтобы закончить до утра. Я не верил в судьбу, сейчас тоже не верю, но тогда я чувствовал, что отправляюсь в одно из тех путешествий, которые выпадают раз в жизни.
– Значит, ты злобный гений маркетинга, – насмешливо произнесла Лайла.
Мы ожидали, когда удастся пересечь дорогу, ведущую к Корсо [1] . Несмотря на довольно позднее время, час пик еще не минул.
– Что-то вроде того. Сегодня я весь день разрабатывал планы, как обманом заставить детей покупать яд.
– Яд, сдобренный сахаром?
– Я уже долгие годы сдабриваю яд сахаром. А недавно пришел к выводу, что следует добавлять к сахару кокаин. Так детишки быстрее привыкают к яду.
Шутка вышла не очень, и Лайла улыбнулась мне скорее из жалости, чем по другим причинам.
1
Корсо – одна из главных улиц Мэнли, приморского пригорода Сиднея. (Здесь и далее примеч. пер.)
– Почему маркетинг?
– А почему нет? – пожав плачами, спросил я. – Мне нравится менять отношение людей к вещам.
Светофор засветился янтарем. Поток автомобилей замедлился, а затем и вовсе остановился. Мы, словно автоматы, последовали вместе с толпой на Корсо. Так обычно ведут себя люди, очутившись в Мэнли. Улица застроена магазинами и ресторанами, а противоположный конец ее упирается в песок – в самом прямом смысле слова. Днем и ночью, летом и зимой люди фланируют по Корсо, привлекаемые зовом пляжа.
– У тебя в сумке случайно нет этих ужасных туфель на «шпильках»? – спросил я.
Мне не хотелось снова упоминать о ее босых ступнях, но я не мог представить себе, чтобы в какой-то из этих ресторанов допустили босоногую клиентку, пусть даже до океана отсюда всего несколько сотен метров.
– Не-а… Они мирно стоят под столом, дожидаясь завтрашних мучений. Не возражаешь, если я отведу тебя в свое любимое заведеньице? – предложила она, а затем, прочитав мои мысли, добавила: – В Мэнли есть места, куда пускают грязных хиппи.