Без суда и следствия
Шрифт:
– Да? И в чем это будет заключаться?
– Вы оставляете меня в покое. А я обязуюсь забыть о вашем существовании... И еще. Вы отдаете мне Снежина. Как его вытащить – это мои заботы. Вы просто не будете мне мешать...
– Здорово! Снежин обвиняется в убийстве, а вы его хотите вытащить, – угрожающе нахмурился Дима.
– А он не исчезнет вслед за Володарским и Дроздовым? – насмешливо спросил Кирилл.
Сомов смерил его удивленным взглядом.
– Я не понимаю, о чем разговор.
– Зато я понимаю... Вы
– Может быть. Но я обещаю исправиться... Кстати, я добился амнистии в отношения Самарского Дмитрия Станиславовича. Вы помните такого?
Конечно же, Кирилл помнил Митяя, как не забыть. Они оба попали за решетку благодаря Сомову...
– Задабриваете?
– Нет. Просто восстанавливаю справедливость.
– Было бы сказано... – недоверчиво усмехнулся Дима.
Сомов улыбнулся ему как лучшему другу. Только взгляд остался холодным как лед.
– Насколько мне известно, в самом ближайшем будущем вы женитесь. Нет, вы только не думайте, в шаферы я не набиваюсь. Просто хочу заранее поздравить вас и пожелать вам всего хорошего...
Нет, не поздравить он хотел Диму. Он дал понять, что в курсе всех событий в его личной жизни. Дал понять, что способен сломать его семейное счастье.
Сомов демонстративно посмотрел на часы:
– Извините, мне пора... Надеюсь, мы поняли друг друга.
Он не стал прощаться. Просто развернулся и вышел из кабинета. Исчезли и телохранители.
Дима досадливо причмокнул, взял со стола бутылку водки, плеснул себе на руку.
– Кулаки чешутся, спасу нет, – объяснил он. – Так хотелось врезать по этой наглой рыжей морде.
– Я бы ему врезал. Но увы, я уже не частное лицо. Я снова при исполнении...
– Вот за это и выпьем.
– Третий день пьем... Что с козлом этим делать будем?
– Не знаю, – пожал плечами Дима. – Скользкий он – натуральный сом...
– Я бы назвал его акулой. Гарпун по нему плачет. И гарпунщики есть... Мне он всю жизнь сломал... И тебе мог сломать. И может. А у тебя вся жизнь впереди. И Ольга у тебя красавица. Все у вас хорошо должно быть... А Сомов, похоже, не врет. Устал он от нас. И если мы от него отвяжемся, он спрячет топор войны. Будет мир... И у тебя с Ольгой все будет нормально... Давай, что ли, отстанем от него, – предложил Кирилл. – Все равно ведь заставят...
– А ты не против? – с сомнением посмотрел на него Дима.
– Против... Но... Мне бы очень не хотелось, чтобы с тобой и с Ольгой что-нибудь случилось. Месть, оно, конечно, дело благородное. Но что изменится, если Сомова не станет? На его место придет другой Сомов. И все закрутится по новой...
Объяснение Кирилла звучало убедительно. Только почему-то на душе так муторно. Так бывает, когда идешь наперекор своей совести. И Дима тоже скис. Не хотел он давать спуску Сомову. Но и не хотел стать очередной жертвой его происков.
Не должны они давать
Домой Кирилл вернулся ночью. Он много выпил, но пьяным себя не чувствовал. Такое впечатление, будто своим появлением Сомов превратил водку в обычную воду.
Он открыл дверь, зашел в квартиру. И сразу понял, что у него гости. Вернее, гостья. Он почувствовал до боли знакомый запах. Не разуваясь, рванул в комнату, зажег свет.
На диване, свернувшись калачиком, спала Таня.
Его появление разбудило ее. Она поднялась, посмотрела на него теплым, нежным взглядом. Одного только этого хватило, чтобы Кирилл почувствовал себя самым счастливым человеком.
– Я ушла от Викентия, – сказала она. – Навсегда... Я сама приняла это решение... Ты меня примешь?
– Что за вопрос....
– Тогда не надо слов, ладно?
Таня подошла к нему, ласково обвила руками его шею и накрыла губы затяжным поцелуем...
Действительно, слова сейчас ни к чему. У них будет особый разговор – на языке жаждущих тел. Кирилл уже не чаял, что такой разговор у них состоится...
Таня ушла от мужа. Она вернулась к нему. Теперь они будут вместе... Может, они с Димой поступают правильно, что оставляют Сомова в покое?..
Три очаровательные красотки не просто купались в бассейне. Это было самое настоящее шоу русалок. До пояса у них все как у людей – смазливые мордашки, длинные волосы, обнаженные бюсты, плоские животики. Ниже пояса все как у русалок – чешуйчатый костюм с прозрачным хвостом.
Сейчас у Барабы деловой разговор. Но это ненадолго. Сейчас он решит все проблемы, выгонит всех из зала и сам нырнет в бассейн. Только он и три «русалки» – неслабый получится групповичок. Как подумает об этом, так у самого плавник вырастает, все из плавок норовит вылезти. Ничего, скоро он даст ему волю. А сейчас надо сосредоточиться на делах.
Он сидел в кресле за столиком у самого бассейна, смотрел на «русалок», пил пиво и слушал Тоника. Это был самый авторитетный пацан в бригаде – разумеется, после него. Самый авторитетный и самый преданный. Бараба знал его как облупленного и доверял ему во всем.
Вот только бабу бы он ему ни в жизни не доверил. Тоник – натуральный кобель. Девки от него млеют, а он этим пользуется – портит их аж бегом. И сейчас на «русалок» так жадно смотрит. Уже мысленно их трахает – вот-вот сперма из глаз хлынет.
– Дорик совсем оборзел, – сказал он. – Вчера на «Планету Икс» наехал. Типа, это теперь его точка...
– Что, слабину почуял? – усмехнулся Бараба.
– Похоже на то... И еще, это, Песок тоже волну поднимает. К «Веранде» клинья подбивает. А через «Веранду» товар конкретно уходит...